Школа мечтателей - Элеонор Бирке

Грибофермой руководил мистер Шампиньон. Не менее тридцати помощников делали основную работу под надзором строгого хозяина знаний о лесах. Правда сказать, свою доброту он неумело прятал под маской строгости, однако был чрезвычайно убедителен, и потому детвора слушалась его без особых сопротивлений.

Большинство грибов, выращенных в подземельях школы, уходило на кухни школы, а из некоторых готовили лекарственные средства. Было и несколько лабораторий, где ученики со своим наставником выводили новые виды плесенных грибов или же пытались изобрести естественные ускорители роста. Учебных проектов было еще больше, чем работающих здесь воспитанников.

Для вэйосов эти лаборатории оставались недоступны. Слишком ответственно, а порой и опасно для неопытных учеников контактировать с отдельными едкими и токсичными экспонатами галереи подземелья. Уравновешенный Шампиньон, однако, зорко следил за каждым вэйосом, и тем даже в голову не приходило ступить, куда не следует.

После пугающей прогулки под землей, через несколько сотен метров тоннеля, детки облегченно вздыхали, увидав макушки высоких стволов, когда выходили на открытое пространство. Дубы, кедры, буки, ясень смешивались с редкими елями и карликовыми соснами. Мистер Шампиньон рассказывал о лесных этажах и их обитателях. Лакомства местных жителей порой приходились по вкусу молодым лесовичкам.

С мощной тростью учитель расхаживал меж сотен стволов и выискивал прячущихся под листочками малюток лисичек и захвативших мощные стволы многоэтажных грибов баранов. Прогулки по лесу не ограничивались поиском грибов. Многочисленные ягодники, орешники, лекарственные травы — мистер Шампиньон рассказывал обо всем. Учитель охотно просвещал детей о богатствах, которыми щедро делятся с людьми Воллдримские леса. Урок даров леса стал для Харма одним из любимых. Харм твердо решил, что этот предмет он непременно выберет во время праздника распределения.

Совсем недавно Харм и не думал, что можно играть, читать, изучать, быть среди неравнодушных людей. Мистер Хванч или же мистер Шампиньон и, конечно же, столь родная мисс Брегантина, как же он жил без них?

А несколько дней назад у Харма появился еще один взрослый товарищ. Отец Элфи — Генри Смолг. Обычный осенний день и Харм встретил мистера Генри. После того, как он привел мальчишку в школу, Харм больше его не видел. Но всегда помнил, что без вмешательства этого человека вряд ли жизнь показала бы ему свое многообразие. Не квадрат земли вокруг дома — огромный Воллдрим и бесконечный мир за его пределами, разбросали границы его сознания. Генри Смолг подтолкнул малыша Дриммерна к дверям открытий, и в нее ринулись счастливые мгновения. В таком ритме, еще немного, и Харма поверит даже в чудо. Впрочем, теперь поверить в него проще простого!

Харм не торопился домой, лишь кончались занятия. Он гулял по Куполу Природы, просиживал в главном холле, изучая витиеватые облака потолка. Расхаживал мимо вазонов с кустарниками и теперь знал названия многих ветвистых обитателей главного холла. Он вспоминал, как Кирк блистал перед ним строгими научными знаниями в его первый школьный день и теперь мог во многом посоперничать с Беккетом-младшим.

Ароматные цветы и скрывающие свои эфирные секреты в мощных стеблях гости из южных широт укутали коктейлем из десятка запахов весь холл. Птички Кипарисуса порой сбегали от своего командира и резвились в холле вместе с учениками. Припевы и подчирикивания создавали ощущения пребывания в сказочном лесу, лишь потрескивания колесиков барометра, указывало на человеческий труд, воплотивший мечту о гармонии в стенах многовековой постройки.

В холле всегда было много народу. Вэйосы, вустасы, двиншены, кто там еще? Труднозапоминаемые названия уровней школы Харм пока освоил не все, но старших он знал — галины. Сотни учащихся из разных уровней отдыхали, спорили, делились догадками. Словно арена интеллекта и умений, холл был центром научных изысканий природоведов школы. Харм не умел подключиться к беседе учеников, он сторонился всяких разговоров. Не для этого Харм оставался в школе. Он искал встреч с мисс Брегантиной, а теперь еще надеялся отыскать в лабиринтах Купола Природы мистера Генри Смолга. И у него получалось!

Безупречно одетый в изысканный костюм бежевого или серого оттенков, в белоснежной рубахе или же в шерстяном джемпере — мистер Генри выступал эталоном стиля и опрятности. Это немного смущало потрепанного Харма, но интерес к знаниям, исходящим от мистера Смолга, затмевал всякую неловкость, и молодой вэйос осыпал товарища сотнями вопросов.

Харм и мистер Смолг часто беседовали, гуляли по школьным коридорам. Но пока Харм не смел мечтать о том, чтобы его родной отец стал столь же интересным и веселым.

Порой Генри Смолг размышлял о странных вещах. Он рассказывал какие-то смутные соображения об устройстве человека, о его хороших мыслях, которые должны воплощаться в поступки. Он говорил, что только добрые предчувствия принесут счастье, а плохими, если доведется им воплотиться, не стоит мусолить свои мысли, ведь так ты лишь еще дольше будешь несчастен. Ожидание горя приносит лишь тревогу, и не дает возможности все хорошенько обдумать.

Харм кое о чем и сам давно догадался. Он верил, что плохое сбывается, но никак не мог отделаться от предчувствия, о чем и сообщил мистеру Генри. Тот учил избавляться от тяжкого груза, но пока не выходило. Однако теперь Харм заметил, что каждая такая встреча наполняла его воодушевлением. Теперь крохотная мысль о счастье в его собственном доме неуверенно постукивала ноготком в миниатюрную дверцу, за створами которой начинались мечты о семейном уюте и любви.

Как жаль, но о мечтателях мистер Смолг ни разу не упомянул. А ведь Кирк говорил, что Смолги знают о них. Харм пока не решался выяснить. Да и другие вопросы стремились прояснить догадки.

Благодаря стараниям учителей из Блока Интеллектуалов и Мировых Языков, Харм научился читать, писать и теперь мог делать пометки о важных, по его мнению, вещах. Он записывал названия растений, как за ними ухаживать, какие грибы можно собирать, а какие лучше не трогать. Он научился считать, поэтому ему проще стало отмерять нужное расстояние на грядах и брать именно столько сколько нужно семян, а также смешивать в нужных пропорциях удобрения. На самом деле Харму хотелось научиться создавать узоры, как мистер Хванч. Но пока он стеснялся мечтать о таком у себя в огороде.

По правде говоря, на празднике распределения Харм не особо сомневался. Листки с его именем оказались в урне каждого из учителей уровня «вэйос». Харм впитывал информацию, он был ненасытен в поисках новых знаний. Он стремился узнать все обо всем и оттого целый день перебегал с кабинета в кабинет, из зоосада в аквамир мисс Фиганро, залетал на чириканья к Кипарисусу и на каждый урок, на который его могли допустить. Удивительно, но усталость Харма не трогала. Казалось, шесть лет он копил силы и теперь его ничто не остановит.