Школа мечтателей - Элеонор Бирке

В недрах тела Ветхона бушевала буря, и под мольбы желудка он попытался кричать:

— Пппрочь, ггггады! — коты продолжали жадно терзать его кропотливую работу, — Пппрочь! — но силы покинула чучеловеда, и он опять отключился.

Прошло какое-то время, пока Ветхон вновь пришел в себя и смог присесть. Он подполз к двери, откинул камень. Скрип и резкий хлопок не привели обездвиженных животных в чувства. Три бездомных котяры не шевелились. Ветхон подполз к окну и закрыл его, отдышался и проделал тоже самое со вторым.

— Начнем, пожалуй! Начнем! — он зарыдал. — Начнем… — сквозь слезы шептал Ветхон, — начнем! Опять, опять все с начала…

Глава 17. Хандра

В Куполе Природы учили разным вещам, но первейший интерес у Харма вызвало огородничество. Голодный вэйос погрузился в грядки, и ненасытный интерес в том переплелся с всепоглощающим желудком Харма. После занятий Дриммерн многое опробывал на своем огороде. Мать не особо беспокоилась, лишь бы не портил ее посадки, а Харму хотелось все проверять на практике. Выращивать еду — что может быть увлекательней?!

Мистер Хванч привлекал в свои ряды учеников не заманчивыми бонусами, а щедростью и участием к любому вопросу вэйоса. Хванч делился семенами и, как и обещал, подарил Харму несколько кустистых томатов в глиняных горшках. Кажется, добродушная Мэри предложила Харму прямоугольный ящик с тремя кустами сладких перцев. Вэйос Дриммерн, следуя точным указаниям знающего педагога, пересадил все землю. И каждый куст, на удивление, прижился.

Мистер Хванч незримо участвовал в делах вэйосов. Ведь любой вопрос, каждый нюанс он описывал в мельчайших подробностях. Харм полюбил мистера Хванча, хотя в последнее время часто замечал, как учитель огородничества, сгорбившись над грядой, сидел неподвижно, поглощенный печалью. Но стоило его озадачить расспросами, он тот час выпрямлялся и с жаром окунал вэйоса в хитрости огородного мастерства.

Возможно, в печали Хванча малыш Дриммерн видел свое прошлое, а в азарте — будущее. Поэтому Харм проникся к мистеру Хванчу теплыми чувствами. Он стал для него путеводителем в земельных делах.

Лучшая рассада Хванча всегда приживалась, растения мощными стеблями излучали здоровье и хорошо плодоносили. Довольно скоро у Харма во дворе все разрослось и зацвело. Маленькая Сара стала проявлять интерес к занятиям брата и научилась ему помогать. Восьмилетний Майкл, вслед за Сарой, также подключился. Это общее дело, наконец, объединило, хотя бы часть большой семьи, общим интересом. Они сеяли, поливали, пропалывали.

Но как же Харм, да и другие выращивали огород осенью? А очень просто: в тех местах лето продолжалось более полугода. Теплая погода радовала жителей Воллдрима с начала апреля по конец ноября. Здесь собирали урожай по 2–3 раза за сезон. Зима наступала лютая, но непродолжительная. В конце декабря резко холодало, но через два месяца врывалась в Воллдрим благодатная весна. Конечно, вскоре, Харму придется отказаться от огорода — все замерзнет. Чем тогда заниматься? Но пока Дриммерны старались вовсю.

Сара завела маленькую традицию. Она первая все пробовала на вкус. Бывало, ей попадался еще не созревший плод. Например, баклажаны она не оценила:

— Фу! Это не ешьте! — сморщилась малышка и выплюнула горький овощ.

Харм хотел было выкорчевывать все баклажанные кусты, но Хванч вовремя его просветил. Оказалось, «фиолетовые огурцы» не едят сырыми. Зато томаты и кучерявый горох пришлись по вкусу детворе Дриммернов.

К сожалению, старший из братьев, Стив, не проявлял интереса. Он держался в стороне и не принимал участие в радости, прячущейся за высотной полынью в дальней части участка, на огородике Харма. Там трое младших Дриммернов тихо, не заметно для остальных, были немного счастливы.

После пары месяцев занятий Харм уже не прятался в своей комнате, он перестал приносить пакеты из столовой, потому что у семьи появились и другие источники пропитания. Из-за растущего огорода изменялся рацион семьи Дриммернов. Выращенные детворой овощи, отмытые и очищенные, скромно ожидали на кухонном столе. Хозяйка всеобщего настроения в доме, мать четверых детей, Ольга Дриммерн, смягчилась. Она позволила детям приносить на кухню свои зеленые эксперименты. Похвалить их за старания она и не думала, согласилась и на том спасибо.

— Сегодня салат: перцы, бычьи томаты и листочки базилика, — перечислил Харм.

— А еще жареный картофель с грибами! — потирал руки Майкл.

— Мне грибок, который я нашла, — гордо заявила Сара.

— Конечно, сейчас я его выловлю, — улыбнулся Майкл.

— Я сама, не мешай, — остановила Майкла мама. — Сядьте по своим местам! Теперь по одному! С тарелками! Ко мне! — будто щенкам скомандовала. — Тихо! Есть надо в тишине! Дети, я устала, не толпитесь!

Все умолкли, только Харм, прикрыв улыбку ладошкой, подбодрил сестренку. Также, как тогда, в лесу, когда Сара нашла свой первый грушевидный дождевик. Шапочка, словно шарик выполз из старой коры, когда-то могучего бука.

Сара улыбнулась Харму в ответ.

Кстати о грибах. О возможности употребления их в пищу, Харм узнал на уроках даров леса от мистера Шампиньона.

Первый урок даров леса Харм не забудет никогда. Группа «зверей» спустилась в подземелье школы. Пугающее путешествие по подземным пещерам навевало грустные воспоминания.

Еще недавно, до занятий в школе Крубстеров, от строгих и порой жестоких замечаний матери, Харму хотелось провалиться под землю. С глаз долой, от бесконечных упреков. Там его никто не мог достать, там он был в безопасности. Он представлял укромные закоулки подземных проходов, вырисовывал комнатки, тоннели, — целую сеть подземного лабиринта. На деле же тягостная семейная атмосфера давила на всех, кто жил в доме Дриммернов, и спрятаться от нее не удавалось никому.

Маленький вэйос знал каждый ход, мельчайший корешок или камушек в его личном мире. Теперь, когда Харм многое узнал о природе, в пещерах закопошились жуки, черви, муравьи, а недавно там поселились кроты и землеройки. Харм ползал по темным проходам собственной фантазии, занимая свою голову незримыми раскопками.

Никто и не планировал вогнать детвору в уныние или напугать. Школьные тоннели служили для иных целей. Коридоры с опорными балками и дощатым потолком разрывались широкими проемами, открывающими вырытые комнаты. Здесь под искусственным освещением, а некоторые и вовсе в темноте, при чрезмерной влажности пузырились грибницы. Наука, исследования — здесь витали знания и воплощались страстные увлечения учеников Купола Природы.

Грибофермой руководил мистер Шампиньон. Не менее тридцати помощников делали основную работу под надзором строгого хозяина знаний о лесах. Правда сказать, свою доброту он неумело прятал под маской строгости, однако был чрезвычайно убедителен, и потому детвора слушалась его без особых сопротивлений.