Гвардеец Бонапарта - Венита Хелтон

– Ах, папа, прекрати! – воскликнула Лаура, в то время как хозяин дома встал и начал спускать подтяжки со своих плеч. Ей эхом вторила Фабиан.

– Ах нет, нет, мой друг. Ну, зачем ты всегда показываешь свои царапины посторонним людям!

Не обращая на нее внимания, Этьен повернулся и спустил штаны так, чтобы можно было видеть не очень большой шрам на его левой ягодице.

Доминик расхохотался.

– Да, месье, вам повезло, что это не ваш скальп. Вновь одев штаны и натянув подтяжки, господин Шартье добродушно пробормотал:

– На свой скальп, по крайней мере, никто не садится. Вы себе не представляете, сколько времени мне пришлось стоять за столом, как последнему лакею. Я решил предостеречься на будущее и вытащил из ружья кремень.

Услышав это, Доминик выразительно посмотрел на Лауру, но ничего не сказал.

Хозяин дома вернулся за стол на свое место и поднял свой бокал.

– Итак, вы из Нового Орлеана? Ну, как там дела?

– Довольно худо, месье.

– Этим чертовым поселенцам следует очистить дорогу для кораблей раньше, чем мы все разоримся.

– Боюсь, что у коменданта Каттерсона связаны руки. Американцы настолько заняты сейчас предотвращением войны с Испанией, что боятся связываться с англичанами, и думают, что может быть им удастся выйти сухими из воды. Просто удивительно, сколько французских и американских купеческих кораблей сейчас стали плавать под испанским флагом.

Шартье покраснел.

– Должен признаться, что я один из них. Вы не одобряете эту тактику?

Доминик пожал плечами. Я думаю, что все-таки лучше быть честным, и хорошо вооруженным. Этьен замялся и хлопнул себя по колену.

– Может вы и правы, хотя, как говорят, эти проклятые американцы – есть много способов, как дергать кота за хвост, не так ли?

– Так же как и держаться подальше от его острых когтей.

– И от проклятых каперов, – добавил Этьен, а потом взглянул на Лауру: – Дорогая, ты что-то очень бледно выглядишь. Фабиан, проводи мою дочь в ее комнату.

– Папа, я не собираюсь ложиться.

– Ах, нет, конечно, иди, ложись. Тебе столько пришлось пережить из-за этих проклятых британцев. Забирай ее Фабиан. Быстренько беги.

– Я не собираюсь выходить из-за стола пока не поем, – сказала Лаура увидев, как Фабиан встала. Медленно опустившись на свое место, Фабиан неуверенно переводила взгляд с Лауры на Этьена, который стремительно багровел от гнева.

Тогда Доминик решил вмешаться и отвести назревавшую бурю.

– Месье, расскажите мне о вашей плантации. По правде говоря я никогда не видел таких изумительных табачных полей.

Услышав, как отец с увлечением стал описывать всевозможные хитрости табаководства, Лаура непроизвольно вернулась мыслями к той ночи, которую она провела с Домиником. Руки девушки тут же задрожали от волнения так, что ей даже пришлось поставить бокал на стол.

– Пожалуй, теперь я пойду в свою комнату, – тихо проговорила она.

Доминик встал, помог ей подняться из-за стола. На мгновение их глаза встретились и в ту же секунду Лаура догадалась, что он понял, что она сейчас испытывает и догадался так же, что ее отношения с Юксом не остались тайной и для отца с его любовницей. Вспыхнув, девушка быстро вышла из комнаты. Следом за ней отправилась Фабиан.

Что ей делать с Домиником Юксом? Она старается из-за всех сил, но ей никак не удается устоять перед его обаянием. Несмотря на весь свой гнев и раздражение, в глубине души Лаура понимала, что по-прежнему любит его. И от этой мысли становилось еще больнее.

Глава 16

Доминик проводил Лауру взглядом, а затем медленно сел на свое место, едва слушая Этьена Шартье, который начал описывать, как обеспокоен он появлением на табачных плантациях какого-то жучка, особенно вредившего им. Внезапно хозяин дома прервался и, хлопнув себя по лбу, воскликнул:

– Я совсем поглупел. Держу вас за столом возле пустой тарелки. Давайте пройдем на веранду и покурим.

Спустя пять минут, усевшись в удобное плетеное кресло и положив ноги на перила, Доминик взял в руки сигару и помял ее пальцами. Рядом с ним сидел Этьен. Дым от его сигары поднимался у него над головой. Глаза хозяина дома были прикрыты и он из-под полуопущенных век наблюдал за тем, как окрестности окутывает ночная мгла. В цветах затянули свою песню сверчки, а из-под веранды раздалось сопение спящих собак.

– Это мой собственный кусочек небес. Я здесь как в раю, – произнес Шартье, открыв глаза. – Здесь все мое. Когда-нибудь оно будет принадлежать Лауре.

Доминик закурил сигару, выпустив изо рта кольцо дыма и молча наблюдал за тем, как оно исчезало в ночном воздухе.

– Человек, который сумеет понравиться моей дочери, станет богатым.

Доминик стряхнул пепел за перила и меланхолично произнес:

– Да, ему повезет.

– Да, не каждый день человеку удается заполучить уже готовое состояние.

– Я думаю, что жениться на Лауре – это само по себе большая удача.

Этьен посмотрел на него с интересом.

– Ага, я сразу понял, что между вами что-то есть. Мне еще никогда не доводилось видеть, как моя дочь старается делать вид, что мужчина ей совершенно не интересен.

– А что, она пыталась это сделать, месье?

– А вы что, сами не заметили, друг мой? – хозяин дома улыбнулся неопытности гостя, – впрочем, конечно, вы, видимо, не очень искушенный человек в таких вопросах.

Доминик кивнул.

– О, да! Я каждый день убеждаюсь, как много я еще не знаю.

– Ну, Лауру разгадать легко. Она похожа на меня.

– Каким образом, месье?

– Ну… – сигара хозяина дома описала полукруг в воздухе, – она похожа внешним видом, очарованием, жаждой жизни. Моя Лаура никогда не потерпит, если кто-то будет первым, а не она. О, да! Моя Лаура должна иметь или все, или ничего… – Его лицо стало печальным. – Впрочем, друг мой, это и повод для отцовских огорчений.

– Ну, мне кажется, у отца нет причин огорчаться, если у него такая дочь.

– Это все потому, что она как раз такая дочь, как я только что описал. Если бы она была невзрачной, то я бы не волновался, зная, что ей будет достаточно какого-нибудь бедняги владельца лавки. Но в том-то и дело, что моя девочка прекраснее, чем Жозефина, в которую был влюблен наш уважаемый великий император, и я уверен, она способна подарить мне замечательных внуков.

– Вы говорите о ней как о каком-то породистом скакуне. Поверьте мне, Лаура Шартье может значительно больше чем только рожать.

Этьен изумленно посмотрел на собеседника.

– С какой готовностью вы бросаетесь на ее защиту. Скажите, капитан, вы женаты?

Доминик не смог скрыть гримасы.

– Увы!

Этьен покатал сигару во рту, затем бросил ее вниз и достал из куртки другую. Откусив кончик сигары, он прикурил от свечи и, втянув дым, подождал, что скажет Доминик.