Подземный Нижний - Матвей Геннадьевич Курилкин

— Поэтому такси вызывать не станем. Это стандартная перестраховка. Вчера нас ещё не могли найти — мы везде ходили пешком, у недотыкомок просто не было достаточно сил, чтобы проследить, куда именно мы ходили. Поэтому я уверен, что они не знают о том, что мы делали ночью. Но наверняка заметили, что мы в доме. Если мы вызовем такси — велика есть вероятность, что водителя возьмут под контроль. Поедем на общественном транспорте.

— А водителя автобуса они под контроль не возьмут? — удивился Валерка.

— Могут и взять. Но автобусы обычно не ходят пустыми, там много людей. У недотыкомок есть одна слабость — они плохо управляют людьми в толпе. Чем больше людей — тем труднее им влиять на каждого отдельного. В этом их слабость, иначе они могли бы очень значительно влиять на жизнь в верхнем мире. Я слышал, иногда среди них рождаются уникумы. Говорят, в старину из-за таких здесь даже войны случались, а племя недотыкомок в такое время получало море дармовой энергии. Но сейчас таких нет, опасаться нечего. Однако отчасти в транспорте нам будет ещё сложнее, — объяснял Демьян. — Тут безлюдно. Местные жители, по крайней мере, зимой, заходят сюда крайне редко. Сомневаюсь, что недотыкомки ради слежки за домом могут настолько плотно брать под контроль людей, чтобы заставить их изменить маршрут и пойти туда, куда им было не нужно. На такое в принципе способен далеко не каждый недотыкомка, насколько я знаю. Если же нас засекут в людном месте, среди десятков людей, безусловно, найдутся восприимчивые. Те, кто поддадутся влиянию. Через них за нами и будут следить. Поэтому заклинаю вас, господа — ни слова о том, что мы узнали вчера и о том, что собираемся делать. Обсудим всё уже когда будем в резиденции. И Алиса — от князя не отходи. Вдруг найдётся кто-нибудь особенно сильный.

— Да хорош, я и сам за собой проследить могу! — возмутился Валерка. — Что вы со мной как с писаной торбой носитесь! Вообще-то меня не так просто убить, сами могли заметить! Нет, я в целом не против охраны, понимаю, что нужно. Но в вату меня закатывать не надо, а?

Демьян только головой покачал. Да и Алиса совсем не собиралась Валеркины возражения принимать во внимание.

Вопреки ожиданиям, никаких происшествий в автобусе не случилось. Компания благополучно добралась до Рождественской, никто Валерку не попытался убить, и Алиса напрасно зажала его в угол на задней площадке и прижималась, «закрывая своим телом». Птицын, правда, был совсем не против. Вообще собственное решение ожидать совершеннолетия девушки для того, чтобы к ней подкатить, казалось с каждым днём всё более ошибочным. «Так дураком и помрёшь, — пенял себе Валерка, — Тем более возможностей, судя по всему, более чем достаточно!» И всё-таки пока парень держался. Сам себе он казался ужасно взрослым, а Алиса — всего лишь девчонка. Ну что такое семнадцать лет? Здесь, на тёмной стороне, вряд ли возможен развод. Общество не поймёт. А если она вырастет, повзрослеет, и любовь уйдёт? Да, сейчас она влюблена, но это во многом из-за того, что он, Птицын, просто вовремя попался ей на дороге. Спас от опостылевшего отца, который её ненавидит и братьев, которые тоже вслед за отцом готовы были издеваться над девчонкой. Но как человека она его знает всего ничего. Перевести сейчас отношения в горизонтальную плоскость будет совсем несложно. Валерка видел — ей и самой этого хочется. Только не будет ли жалеть потом?

«Вообще-то ты идиот, — возражал себе Птицын. — Просто до сих пор боишься после прошлого облома. Трус несчастный. А все эти рассуждения — они в пользу бедных. Если бы все так же рассуждали, человечество бы вымерло давным-давно. А ещё ты идиот, потому что тебе сейчас надо думать о предстоящей войне, а вовсе не о размере тараканов в своей башке!»

Войну до перехода на тёмную сторону особо вообще не обсуждали. Как сказал Демьян — что там особо думать? Сначала — разведка, как можно более незаметная, потом внезапное нападение превосходящими силами. Недотыкомки сами по себе бойцы не сильно опасные.

— А на нас остальные не ополчатся местные? — спросил тогда Лёха. — Или власти?

— Недотыкомки первыми напали, — пожал плечами Демьян.

— А доказательства?

— В этом и заключается наша главная задача. Найти доказательства. Убивать весь клан недотыкомок совсем не обязательно — главное, выбить признание и уничтожить тех, кто это придумал.

— А мстить они потом не будут? А то мы в прошлый раз тоже думали — главных убили, остальные отстанут.

— В прошлый раз всё прошло неофициально. В этот раз так делать не будем. Всё должно быть по процедуре. Война, пленные, доказательство агрессии, официальное заявление на совете клана, и обязательно огромный выкуп за обиду, — Демьян мечтательно зажмурился. — Эх, давненько я в таком не участвовал! Всё один, да один. И потом, осторожные все стали, до отвращения. Это Валерий у нас пока тёмная лошадка.

Теперь Птицын вспоминал этот разговор с тревогой. Конечно, недотыкомки не выглядят серьёзным противником. Особенно, если вспомнить, сколько у Андрея Ивановича в подвале лежит трофейного оружия. Включая автоматы. Для недотыкомок, которые умирают так же легко, как обычные люди — ультимативный аргумент. «Только ведь по плану никогда ничего не идёт, — напомнил себе Птицын. — Особенно у тебя. Да и геноцида устраивать не хочется. Эти твари, конечно, отвратительны, как и их способ питания, но что теперь, их всех убить?»

Андрей Иванович, когда ему рассказали, тоже не сильно обрадовался. Это Демьян, похоже, любитель таких развлечений, а бывший бездомный предпочитает возиться с электроникой, которую за время бытия вурдалаком и упырём искренне полюбил. Да и в человеческой жизни был он человеком сугубо мирным.

— Ну, что ж поделаешь, надо, так надо, — вздохнул мужчина. — Давайте только подготовимся, что ли. Не нахрапом. В прошлый-то раз, когда воевали, у яломиште заложник был, потому и пришлось торопиться, а сейчас, думаю, лучше подготовиться. Хоть разведку проведём!

Против разведки никто не возражал. Правда, в качестве разведчиков опять пришлось использовать Третьяка и его ребят. Валерка ужасно морщился — это ведь не игрушки. Спалят — будет плохо, а тут ещё и дети. Третьяк же, наоборот, пылал энтузиазмом.

— На тот берег мы знаем, как перебраться, всё давно придумано, — объяснял упырёныш. Никто и не заметит. У моих родителей