Под скорбной луной - Одден Карен

— Скорее всего, об этом писали, только в заголовках речь шла в основном о принцессах королевского дома, — поправила его Бел. — Помните фотографию Елены и Беатрис, вцепившихся друг в друга на тротуаре? Подле них еще стояли три констебля. Королева Виктория тогда наградила полисменов медалями.

— Мне срочно надо увидеть Винсента, — бросил я Стайлзу, оттолкнувшись от стола. — Можете покамест кое-что для меня сделать?

— Встретиться с Арчибальдом Хоутоном? — догадался тот, и я кивнул.

— Пока у нас нет ни единой ниточки, позволяющей связать Хоутона или «Лигу стюардов» с «Принцессой Алисой», за исключением встречи нашего парламентария с Недом Уилкинсом. И та совсем тоненькая, кроме меня ее никто не разглядит. Винсент ни за что не разрешит нам взять Хоутона без веских доказательств. Даже письма в газеты мы можем связать с Хоутоном лишь косвенно, через Атвелла, который использовал псевдонимы. — Я повернулся к Белинде, понимая, что только она поможет мне встретиться с человеком, который сумеет использовать подобную улику: — Где я могу найти лорда Бейнс-Хилла?

— Во внутреннем храме, — ответила она, собирая газеты.

— Можешь их оставить? — попросил я. — Покажу статьи Винсенту. Эта писанина — серьезное доказательство согласованного плана. Другого у нас нет.

Мы встретились взглядами, и любимая улыбнулась.

Стайлз вышел в прихожую за пальто, а Белинда передала мне свое, чтобы я подсобил ей продеть руки в рукава.

— Бел, — прошептал я. — Прости, что не смог остаться в субботу, да и после мы почти не виделись…

— Не бери в голову, Майкл, — покачала головой она, положив ладошку мне на грудь. — Я ведь знаю, что у тебя за служба. Прошу, береги себя.

Я коснулся лицом ее лба, поцеловал в щеку и помог надеть пальто. В комнату заглянул Стайлз.

— Встречусь с Хоутоном — разумеется, если он меня примет, — потом поеду в Уоппинг.

— Мистер Стайлз, сможете составить мне компанию? — попросила Белинда.

— Конечно. — Инспектор открыл перед ней дверь. — Я поймаю кэб.

Они вышли, и я побежал наверх, одеваться. Добравшись до площадки над лестницей, остановился. После встреч с Винсентом и лордом Бейнс-Хиллом следует переговорить еще с одним человеком. Черт бы побрал Ротерли! Деваться некуда — придется просить Маккейба сделать мне одолжение.

Глава 28

Кэб довез меня до Флит-стрит, где из-за столкновения сразу трех экипажей возникла пробка, и я, расплатившись с кэбменом, добежал пешком до набережной Виктории, а там припустил в восточном направлении. Дождя не было, однако тучи висели прямо над головой, солнце скрылось без следа, и поверхность реки казалась длинной стальной полосой. Крепкие трудяги буксиры и переполненные пароходы бороздили акваторию; мачты кораблей втыкались в небеса. Добравшись до пешеходного моста Чаринг-Кросс, я поднялся по его низким каменным ступеням и дошел до дворика, располагавшегося сразу за Уайтхолл-плейс.

Казалось, с тех пор как я последний раз ступал на мощеную дорожку под каменной аркой, прошло куда больше трех месяцев. После хорошего дождя булыжники здесь весело блестели, сегодня же они были грязными и унылыми.

Открыв дверь, я ощутил знакомые затхлые запахи старого здания.

Кивнув дежурному сержанту, прошел прямо к закрытому кабинету Винсента и постучался.

А вот здесь кое-что изменилось. На полу лежал новый ковер, пахло свежей краской. Странно, но вроде бы комната стала немного уже. Должно быть, такое впечатление создавала новая мебель из замечательного вишневого дерева, которую поставили вместо потрепанных книжных шкафов.

— Можно? — спросил я, заглянув в кабинет, и Винсент кивком пригласил меня войти.

Прикрыв дверь, я расстегнул пальто и лишь тогда заметил лихорадочный блеск в глазах директора. Похоже, тот температурил: на лбу выступила испарина, нос покраснел — видно, часто приходилось пользоваться платком.

— Вы нездоровы, сэр.

— Это все неважно. Скажите, что пришли с хорошими новостями.

— Так и есть. Кажется, мы вычислили, кто стоит за крушением «Принцессы Алисы». Это довольно сложная история, не согласующаяся с теми, что публикуют в газетах.

— То есть ИРБ тут ни при чем? — вскинул брови Винсент.

— Братство невиновно, и трагической случайностью тут тоже не пахнет.

Я рассказал, как мы установили, что Нед Уилкинс пронес на судно динамит, а затем воспользовался аварийным румпелем, и доложил о нападении братьев Уилкинсов на Эйрса и Конвея.

— Сперва я предположил, что братья — члены ИРБ, однако Стайлз, проследив за Дэйвидом до типографии, обнаружил вот эту листовку.

Вытащив из кармана смятое объявление о лекции, я передал его Винсенту. Тот нахмурился, вчитываясь, и наконец поднял на меня озадаченный взгляд.

— Стайлз вчера посетил это собрание, — продолжил я, — и битых два часа слушал бредни Атвелла о том, что ирландцы подобны крысам, что якобы подкрепляется научными наблюдениями. В зале было около ста человек — в основном клерки и банковские служащие. Работяг Стайлз там не заметил.

Директор чихнул, прикрыв лицо носовым платком.

— Что известно об этой «Лиге стюардов»? Они работают под научное общество?

— Похоже, их цель — пробудить в народе антиирландские настроения, подстроив все так, будто ирландцы представляют жизненную угрозу для Англии.

— Но зачем?

— Помимо всего прочего, они намерены предотвратить возможность восстановления самоуправления Ирландии в случае, если Гладстон станет премьер-министром.

В глазах Винсента забрезжило понимание.

— Кто руководит действиями «Лиги»? Радикалы из парламента? Промышленники, имеющие деловые интересы в Ирландии?

— Судя по всему, тут и то, и другое.

Директор поморщился, и я вспомнил, что он на короткой ноге со множеством парламентариев и деловых людей. Все-таки второй сын баронета… Кстати, и редакторов лондонских газет Винсент тоже должен знать — все же не зря служил корреспондентом «Дейли телеграф».

— К тому же этот человек имеет влияние на редакции, — добавил я и выложил на стол стопку из четырех газет, которые принесла Белинда. — В каждой из них напечатаны очень похожие истории. Более того, использованы одни и те же слова, выражения, задаются аналогичные риторические вопросы. Словом, читателя подталкивают к выводу, что в случившемся повинно не только Братство, но и все ирландцы скопом. Что скажете, сэр? — спросил я, наблюдая, как директор изучает каждую статью по отдельности.

Читал он медленно, возвращаясь то к одной заметке, то к другой, сравнивая формулировки. Покачав головой, отложил газеты.

— Они явно перекликаются. Я знаю редактора «Ивнинг стар» и не могу поверить, что он сознательно перепечатывает материалы из других газет, понимая, что эти опусы разжигают ненависть и недоверие. Кто-то оказал на него давление.

— Мы догадываемся, кто этим занимается, сэр. Пока Стайлз сидел на лекции, я искал Неда Уилкинса, а когда нашел — проследил за ним. На улице только рассвело, когда он вошел в новый склад, принадлежащий члену парламента Арчибальду Хоутону. У Неда имелся собственный ключ от задней двери. Четверти часа не прошло, как…

Я остановился, заметив, что фамилия Хоутона произвела на Винсента эффект сродни оплеухе. В его глазах промелькнули неуверенность и возмущение, однако он быстро овладел собой. Сглотнув комок в горле, нервно потеребил воротник и бесстрастно предложил:

— Продолжайте. Четверти часа не прошло…

— Приехал Хоутон, прошел внутрь, а потом они с Уилкинсом вместе уехали в экипаже с литерой «X» на дверце. — Помолчав, я уточнил: — Так вы знаете Хоутона?

— Я учился в университете с его младшим братом Максвеллом.

Винсент поднялся и на нетвердых ногах подошел к окну. Глубоко вздохнул, тут же захлебнувшись приступом кашля, и снова прикрыл рот платком.

— Сэр, вы были у доктора?

— Да, был.

Он продолжал смотреть в окно. Здесь стекло было чистым, и из кабинета открывался отличный вид на Темзу.