Защити или отомщу! - Юта Пахомова

прошлому Амелии, к которому он ничего общего не имел, но, видя переживания и страдания на лице любимой, он был готов разорвать весь мир лишь бы облегчить ее боль.

Даже бывший муж вызывал жуткую ревность, и его инстинкт собственника так и просился вырваться наружу. Хорошо еще, что с мозгами Михаил дружил, и несколько напоминаний самому себе о том, что он тоже был не девственником и не паинькой, и Амелия имеет свое прошлое так же, как и он, быстро его успокоили и усмирили его пыл.

Их разговор настолько затянулся, что девушка в его крепких и надежных руках не заметила, как уснула. Михаил же еще долго сидел и смотрел то на огонь, то на огонек в своих руках. Амелия прижималась к нему, она верила и доверяла ему оберегать свой сон. а стоило ему немного отодвинуться, чтобы приподнять ее на руки и отнести в постель, как девушка тут же инстинктивно последовала за ним.

Михаил улыбнулся такой нежной улыбкой, которая могла облучить любого своей любовью, если они бы увидели бы его. Этот мужчина был пленен, и он понимал это, а главное, он полностью принимал и осознавал это.

Уложив Амелию в постель, Михаил укрыл ее одеялом и, поцеловав девушку в лоб, тихо удалился.

Ему не давало покоя поведение братьев Ветровых, и больше ждать момента их встречи он не желал. Правильно Амалия сказала – пора было действовать, и начать он планировал с допроса.

Дойдя до места, где Ветровы были заключены, не заняло много времени. Место, находящееся рядом с их постоянным местом сбора и решения всех насущных проблем.

Михаил невольно вспомнил, как это место называла Амелия. «Тюрьма». Первое слово, которое выдало ее и навело мужчину на правильные мысли о том, что не все так просто с той, кто просила у него защиту. Ранее неведомое слово для него, теперь имело под собой силу и смысл, который в их новом мире, с возможностью Амелии, приобретал грандиозное значение.

Поприветствовав охрану, мужчина преодолел пару помещений, пока не спустился вниз, в подвал, где и находились законченные. Его пропустили без вопросов и по его желанию позволили спуститься вниз одному. Ему хотелось посмотреть, что происходит в камерах до того, как его заметят.

Свет освещал помещение очень тускло и видимость была не очень хорошей, но и этого оказалось достаточно, чтобы различить за прутьями решеток двух отчаянно пытающихся снять с себя браслеты мужчин.

Они выглядели помятыми и уставшими. Пару часов в камере им явно не пошли на пользу, но Михаил был рад. Им наконец довелось испытать то, что они не всесильны и их власть может закончиться в любой момент. Напрасно они играли с Матушкой. Ой, как напрасно!

Братья старались проделывать все свои манипуляции тихо, но получалось у них это очень и очень плохо. Они ругались, матерились и даже дрались, но преуспеть в снятии хоть одного браслета так и не смогли.

Сколько Михаил простоял в темноте, даже он не знал. Время наблюдения явно затянулось, но, глядя на Ветровых, Михаил невольно понимал, что, не сделай они свою глупость, и у него не было бы Амелии.

У каждого из братьев на лице виднелись кровоподтеки и ярко выраженные синяки, которых точно не было до того, как их привели в помещение и оставили тут. Это было видно даже при плохом освещении.

Не такая уж они и сплоченная семейка, как показала практика. Они оказались всего лишь крысами, которые возомнили себя львами на чужом добре.

- Тяни, кому говорю. Еще чуть-чуть и я смогу высвободить руку от этого браслета. – шипел Вадим, рука которого от постоянных попыток потревожить браслет покрылась царапинами и даже немного опухла.

- Ничего у тебя не получается. Мы уже пробовали так, но все напрасно. Браслет не снять, только если отрубить руку. – зло ответил Игнат и в подтверждение этому он перестал тянуть браслет брата и резко отпустил неготового к такому Вадима.

Тот не ожидал такой подставы и грохнулся на землю, сильно ударив копчик. Послышался мат и претензии. Вадим как старший высказывал претензии о том, что Игнат обязан его слушаться, на что получил по ребрам от второго и зашипел еще громче.

Михаил, наблюдая за ними, не мог понять до конца, работают ли они вместе или только фамилия связывает их. Одно было точно: стоит им предложить выход из ситуации или напугать, и они сдадут друг друга.

- Ах ты... - дальше Михаил не пожелал слушать.

- Не думаю, что метод с отрезанием руки поможет, но вы можете попробовать, и если у вас получится, то следящий «ошейник» защелкнется у вас на шее. Вы же в праве попробовать, и тогда я буду знать наверняка, что, если честно, меня тоже волнует. Все же, это нужные сведения, которые пригодятся нам в будущем. – произнес мужчина, выходя на свет. – Продолжайте, прошу. Поговорить мы с вами всегда успеем! – произнес Михаил, заведя обе свои руки за спину, чтобы не поддаться соблазну и ударить того, кто окажется ближе.

Братья резко обернулись и синхронно зарычали. Они хотели показать свое недовольство, но они совершенно забыли, что сейчас они не более чем обычные люди, которые не представляют никакой угрозы.

Михаил очень хотел промолчать, но его вторая ипостась посчитала это вызовом и зарычала в ответ. Простой, но громкий рев заставил обоих заключенных немного склонить головы и отступить на пару шагов назад. В случае Вадима, который все еще валялся на земле, ему пришлось отползти, чувствуя куда сильнейшего зверя рядом с собой.

- Ну же… А где же ваша бравада, с которой вы пришли в нашу деревню и стали ставить свои условия? Не разочаровывайте меня. Я ведь тоже живу по законам Матушки, и одним из основных законов является – сила решает многое. Сейчас сильнее я, и этим я планирую воспользоваться, ведь вы обидели ту, кто дорог мне. – сказал Михаил и посмотрел в глаза обоим братьям, которые понимали, что ничего хорошего ждать не стоит.

Правильно думали, между прочим!

- Я покину вас на пару минут. Схожу за свидетелями, которые не позволят убить вас слишком быстро. Не хотелось бы потерять источник информации раньше времени. Вы же пока посидите и подумайте, что вы можете мне рассказать о том, как вы осквернили обряд и что вы сделали с той, кто стала вашей жертвой. От того, что вы скажете, зависит, как больно вам будет и выживете ли вы