Убийца - Андрей Романов

В общем, выросла она в этом закрытом заведении, успешно пережив все впихнутые в нее декокты, в результате чего она стала заметно живучее, повысилась регенерация, сломанная рука дня за три в норму придет, и получила общее улучшение организма. Что в купе с профессиональной подготовкой делает ее опасным противником, но только не для владельца тейгу. После сдачи выпускных экзаменов, в шестнадцать лет, ее принял на службу имперский генерал, некто Малик Кепер. Обычная практика применительно к выпускникам таких заведений, заказчик получает славящихся своей верностью профессионалов, а храм за найм своих бойцов получает очень солидные деньги.

Лет пять она ему, верно, служила, в основном на должности телохранителя, и грелки. Сама призналась. После чего генерал попал в опалу, и в последний момент ускользнул от посланных по его душу карателей, и довольно быстро прибился к революционерам. И не просто прибился, а на не самых последних позициях.

Дальше Окой предпочла в подробности не вдаваться, сухо сообщив, что не смогла в одном из мелких сражений сберечь жизнь нанимателя и осталась без хозяина. Что делать в такой ситуации она представляла плохо. Но выход ей подсказали революционеры, предложив контракт наемника.

- Так ты что просто наемник? - Возмутилась Мейн, когда рассказ добрался до этого момента. - Ты сражаешься не ради свободы простых людей и свержения тирании премьер-министра, а ради денег?

- Да. - Просто пояснила она. - Я должна была бы вернуться в храм, но мне захотелось попробовать пожить для себя, а для этого нужны деньги, вот я и решила заняться тем, что умею лучше всего.

На это Мейн, все еще шокированная отсутствием великой идеи борьбы народов, ничего не ответила, а Окой продолжила, точнее, закончила свою историю, рассказав как попала в тюрьму. Просто по глупости и врожденной наивности начальства, сдал их базу один из благодарных горожан за вознаграждение. А что касается ее высокопарного обещания служить и все такое, то это даже не из традиций храма. Ну, как она может платить всем и каждому за свое спасение, когда у нее и так должен быть контракт? Это скорее издержки воспитания основанного на верности и благодарности, так что это ее личная инициатива, вернуть долг спасшим ее жизнь.

- И что ты действительно собираешься выполнять любые наши приказы? - Проявил интерес Лаббак.

- Любые, если они не несут вред одному из моих спасителей, - согласилась девушка.

- А если я прикажу…

- Лаббак! Только попробуй и я тебя… - Многообещающе пообещала Мейн, у парня мгновенно пропали любые мысли по любому поводу. - И вообще, Окой, бросай эти глупости, тебя спасали не ради благодарности, а потому, что мы воюем на оной стороне, пусть даже ты это делаешь только ради денег.

Под конец завтрака объявился паровоз имени Надежды, хорошо, что мы уже поели и аппетит испортить она никому не смогла. Заглянула к нам она с целью уведомить Окой, что по решению штаба, ее решено было оставить в нашей группе, благо подготовка у нее нормальная, и раз так то стоит попробовать принять одно из имеющихся у нас тейгу.

К этой возможности Окой отнеслась с небывалым воодушевлением, вот только ее воодушевление ни на что не повлияло. С веером просто ничего не получилось. Взяла, покрутила в руках и все, ноль эффекта. А вот глаз. Он изначально вызывал, у девушки не самые приятные воспоминания, все же слегка допросить ее успели, но она решила попробовать и его.

Прилепила его на лоб, где он даже сам закрепился, и вроде заработал. После чего последовал удивленно радостный возглас:

- Кажется, работает! Ух, ты вы голые…

Но это был единственный успех, поскольку сразу после него Окой дико закричала, и Надежда поспешила сорвать с нее тейгу. Очевидно, что глаз не смог с ней нормально синхронизироваться.

После этого события Окой увели в комнату, предварительно напоив успокоительным, а мы разошлись по своим делам. Так девчонки всей группой под моим предводительством отправились на тренировку.

Уже привычные занятия с Шел, к которым решила подключится и Акаме, вдалбливая в девушку основы владения оружием, пара легких спаррингов с Леоне, и нудные и не слишком приятные растяжки с гимнастическими упражнениями.

В перерыве, пока Львенок мутузила на кулачках Шел и Акаме, я подсел к скучающей, по причине ранений, розоволоске, с коварными разговорами.

- Мейн, а почему ты так возмутилась, узнав, что Окой, сражается просто за деньги?

- Но как же?! Она ведь…

- Она сражается на нашей стороне, и мне кажется ее мотивы куда честнее, чем, например твои. - Слегка спровоцировал я малышку, малявкой я ее называть уже перестал.

- Что значит честнее? Да я воюю против империи ради людей! Ради того, чтоб наши земли вновь принадлежали западным племенам, ради справедливости…

- Так ради народа или ради земель?

- Я уже сказала, что ради всего! - Решительно заявила мелкая. - И вообще чего ты лезешь с глупыми вопросами?

- Вопросы не глупые, вот только твои цели не сочетаются, ведь земли что принадлежали западникам уже несколько десятилетий под властью империи и население там давно считает себя частью империи. Как ты думаешь, что случится, когда твои соплеменники придут на эти земли?

- Станут мирно жить, заводить семьи и…

- Мейн, как мирно жить? Места уже заняты, и их придется освободить, а значит, это уже захватническая война, в которой в первую очередь страдают простые люди и справедливость. - Вкрадчиво проговорил я.

- Нет, этого не может быть, простым людям, избавившимся от ига империи, станет только лучше! - Заявила Мейн, потрясая руками, правда большой уверенности в ее словах не чувствовалось.

- Тоже спорное утверждение, империя далеко не идеальна, но именно ее войска защищают простых людей от монстров. И ее законы хоть как-то, пусть и очень коряво стоят на страже справедливости. - Возразил я, и, не давая собеседнице, вклинится с очередным отрицанием, продолжил. - А когда на ее территории начнется смута войны, когда западники пойдут вперед, желая вырвать обратно те земли, что они считают своими, при этом, истребляя тех, кого они причислят к имперцам, даже эти законы рухнут и всем станет только хуже.

- Но эти земли действительно им принадлежали!

- Не им а их родителям в лучшем случае, но теперь там другие хозяева, да и сами западники не испытывают особой нужды в территориях. - Ответил я на очередной крик души. - Вот я и говорю, что Окой честна хотя бы сама с собой, она сражается за деньги, а ты? Говоришь что за справедливость для всех, но в итоге твои действия могут породить еще большее беззаконие и хаос. И зачем вообще тебе сдались те земли? Единое сильное государство способно обеспечить своих жителей куда лучшей жизнью и защитой чем отдельные племена. Хотя бы потому, что империя сама с собой не воюет.