Золотой - Шеннон Майер

в это время года. – Мужчина вышел из ниоткуда. Он был тоже во всем белом. Длинные, блондинистые, можно сказать, снежные волосы струились вокруг бледного лица с почти белыми глазами. Да уж, все здесь было чертовски жутким. На вид ему примерно двадцать лет, как Гранту. Но на самом деле это не так, и неважно, какой нежной казалась его кожа.

– Странности продолжаются, – прошептала Бэбе у меня на руках. – Он осознает, что этот цвет никак не ассоциируется с вампиром?

Его бледные глаза нашли Бэбе.

– Говорящая кошка? Необычно, но слышал о таком. Под заклятьем, полагаю? Если только это не неудачная реинкарнация. А ты? Кто ты? – Он был слишком вежливым для предполагаемого ворчуна-ублюдка, особенно если учесть, что мы намеренно вломились в его дом. Но Грант говорил, что он непредсказуем.

Посмотрим, сможет ли он услышать мой «голос».

– Меня зовут Син. Я пыталась сделать хотя бы что-то, чтобы больше не превращаться в золотистого ретривера, поэтому пошла на сделку. Но эти обращения медленно убивают меня. И заклятие сейчас ускорилось, так что я умру завтра на закате. Плюс-минус пару минут. Только если вы вдруг не являетесь принцем?

– Грант говорил, что ты интересная. Чем тебе помочь? И нет, я не принц. Даже не лорд, – проговорил он, а его сероватые бледные брови приподнялись.

Бэбе не сдержала грустное мяуканье, а я почувствовала, как последняя надежда угасала, подобно свече на окне.

– Здесь может быть ключ к понимаю, почему за моей подругой охотится пара норвежских парней. Оба придурки. Оборотни, но… Может, и нет? – Я протянула маленький дневник, переходя к нашей настоящей цели визита. – Они очень старые, поэтому я думаю, что они могут быть наполовину вампирами, – наконец проговорила я то, что так долго обдумывала.

– Хорошо, рада, что ты наконец объединила их в категорию придурков, – скривилась Бэбе, и я перевернула ее в руках.

В это мгновение Теодор подошел ближе, скользя так, словно на нем были коньки, а не обычные белые туфли. Приблизившись, он взял дневник.

– Ах, я уже так давно не видел таких великолепных рукописных записей, сделанных на моем родном языке! А вы и вправду принесли мне настоящее развлечение. Уже несколько столетий мне ничего подобного не доводилось испытывать. Прекрасно! – Он позволил книге открыться веером, его взгляд смягчился.

Я стояла неподвижно. Что-то потянуло мой разум, и я повернулась навстречу. Что же это…

Черт. Хан, вот кого я чувствовала. Он приближался, догонял нас.

– У нас мало времени. Один из норвежских парней уже близко, – оповестила я.

– У тебя нет времени. А вот у меня все время этого мира. Двое твоих друзей снаружи, ты волнуешься за них? Не сто2ит. Они уехали. – Теодор улыбнулся, показав клыки.

– Те, кто причинит им вред, уже близко. Стой, что? Что значит уехали? – Я уставилась на него. Это не может быть правдой.

– Это… Неожиданно. Очень, очень интересно. Я бы хотел оставить это в качестве оплаты. Конечно, после того, как дам тебе то, что нужно. – Он покачал головой и продолжил листать дневник, будто я только что не задала ему более важный вопрос.

– Хорошо, но ты сказал, что мои друзья уехали. То есть… Они прячутся? – снова спросила я.

– Что? Денна и Солейл уехали? – Бэбе напряглась в моих руках.

Он же, игнорируя меня, все так же листал книгу с невероятной скоростью.

– Непростая ситуация. Цель – убить Солнце и Луну. Вот только… Это приведет к концу. Но чтобы подобного не случилось, можно осуществить передачу. – Он начал ходить по комнате, водя пальцем по страницам и перелистывая их еще быстрее. – Да, передача. Значит, кем бы ни было Солнце, оно может передать то, что делает его особенным, другому человеку. Перед самой смертью. Очень любопытно. Какой поворот. И еще это можно передать в качестве подарка? Вот это интересно. И да, двое твоих друзей уехали. Они сделали это, как только двери закрылись.

История Солейл о ее умирающей подруге… Я посмотрела вниз, на Бэбе. Ее зеленовато-желтые глаза смотрели на меня с тем же ужасом, какой был наверняка и у меня. Я перевела взгляд на браслеты. Три ряда бусин подмигивали мне. Смеялись. Подарок от Солейл. Знала ли она?

– Она рассказывала, что ее подруга умирала у нее на руках, а потом…

– А потом она стала целью? – кивнул Теодор. – Да, подходит. Не сказано, почему это происходит или какая конечная цель, но я могу попробовать угадать… – он взглянул вниз и покачал головой. – Еще более… Увлекательно. Оу, а вот это неожиданно. – Он перелистнул еще несколько страниц. Грохот на первом этаже заставил дом затрястись, но Теодор, похоже, не переживал об этом. Он был увлечен дневником.

– Я пойду проверю. Вдруг это плохие парни. – И еще потому что мне надо было поговорить с Бэбе наедине.

– Делай что должна. – Он лишь махнул рукой на меня.

Бэбе крепко прижалась ко мне на руках, когда я спускалась вниз, в главную часть дома.

– Бэбе, ты была права, что не стоило доверять Солейл. Думаю, она меня подставила. Я ношу эти браслеты. Что хочешь поставить на то, что это выдавало ее местонахождение Хану? Хэвоку? Она уехала сразу же, как мы добрались сюда. Как будто знала, что они не последуют за ней.

– О боже, о боже, о боже! – Бэбе спрыгнула с рук и закружилась вокруг моих ног. – Ты серьезно?

– Так что теперь они охотятся за мной по-настоящему. Я… Я новая цель. – Еще один удар в дверь. Дерево треснуло и слегка накренилось.

– Но… Что насчет заклятия? Значит, ты не умрешь? – прошептала Бэбе.

Еще один удар.

Когда я посмотрела поверх перил, до меня долетел прохладный ветерок, после чего дверь открылась, и огромная фигура пересекла порог, закрыв собой маленький свет ночного неба. Все мысли о проклятье вылетели из головы.

Из тени на меня смотрели темные глаза, в одном из которых мерцала капля серебра. Шрам Хэвока растянулся, когда он выпустил яростный вой. Этот звук прошелся по моему телу, напрямую к киске – и я говорила не о Бэбе.

Он положил руку на дверь и медленно закрыл ее. Как будто сейчас это имело значение.

Пока он не будет выть, я в безопасности. Так я мысленно говорила себе. Только. Не. Вой.

Он откинул голову назад и открыл рот.

Вот дерьмо.

26

Хорошие вибрации, огромное спасибо

Со всех сил, которые у меня были, я направила свой внутренний голос в сторону Хэвока. Только он оказался не внутренним.

– Нет, не вой! Мои братья близко, и Хан тоже! – Я закрыла рот руками. Я заговорила. Как?

Лучшая реакция, какую я могла получить от Хэвока в данной ситуации, – это пауза и удивление.

– Вот так! Заткни его! – закричала Бэбе.

Я быстро спустилась вниз по лестнице, держась за перила.

Хэвок повернулся ко мне как раз в тот момент, когда я набросилась на