Каюр - Андрей Алексеевич Панченко

Например, спать теперь полярники могли, когда и сколько угодно, если это не мешало их работе. Это тут же дало свои негативные плоды. Выспавшиеся днем мужики, не спали ночью и мешали спать остальным, режим сна и отдыха сбился, теперь часть полярников маялась от бессонницы, а вторая половина от хронического недосыпа. До драк доходило. Например, однажды вернувшийся с обхода метеостанций Мэйсон, случайно под порывом ветра не удержал дверь, и громко ей хлопнул и разбудил дежурившего прошлой ночью Итана, слово за слово, и вот уже два бывших друга с упоением бьют друг-другу морды, разнося всё вокруг. Нам с Чарли тогда с трудом удалось разнять озверевших от накопившегося стресса мужиков и погасить этот конфликт. Хотя… Я бы и сам морду набил кое кому, тому же Чарли, например, а Соверса сам бы обратно в кому отправил!

Именно Чарли выступил ярым сторонником очнувшегося Соверса. Боясь принимать самостоятельные решения, лейтенант Гросс, как и положено в армии, приказы начальника выполнял без обсуждений и критики. На сторону Чарли встали и Сэсил с Эдвардом. В противоположном лагере оказались все те, кто хоть что-то понимал в этой жизни, и ходил со мной в походы на закладку складов. Ричард, Льюис и Мэйсон демонстративно советовались со мной, прежде чем выполнить какой ни будь спорный приказ Сэсила и его зама, они даже спать ложились по старому графику, напрочь игнорируя «разрешение» отдыхать, когда угодно. Между братьями пробежала черная кошка, Чарли и Ричард вскоре попросту перестали разговаривать друг с другом, общаясь строго официально и только по необходимости. Остальные члены экспедиции, Адам, Джо и Итан, заняли выжидающую позицию, боясь примкнуть к какой-либо из сторон.

Только наша четверка сейчас выходили на прогулки и тренировались ходить на лыжах и упряжках. Отмена «обязаловки» сильно расслабила остальных, и постепенно желающих «прогуляться» в буран или жгучий мороз становилось всё меньше и меньше, пока мы не остались одни. Даже Льюис, рука которого после встречи с медведем ещё толком не восстановилась, пытался от нас не отстать. Покалеченный штурман, которому я посоветовал ежедневно разрабатывать поврежденную конечность, строго выполнял мои рекомендации и быстро шел на поправку. Так мы и держались вчетвером: вмести проводили всё свободное время, поддерживая и помогая друг другу.

В сложившейся ситуации я вел себя крайне осторожно. Я не спорил с Соверсом, но каждый его приказ, если он мне не нравился, я, не стесняясь комментировал, указывая на ошибки. В основном меня всё равно не слушали, и тогда эти распоряжения, если это было в моей власти или во власти моих друзей, тихо саботировались. К примеру, на приказ Совера об отмене подготовки нарт и собачьих упряжек к походу, мы просто забили, и я усиленно готовил собак к долгому и тяжёлому выходу, обучая своих сторонников тому, что сам знал.

— Делай как я сказал! Я знаю, что так тяжелее, но по-другому нельзя, если мы хотим добиться результата! — Я в раздражении почти кричу на Адама, которого застал кормящим Соверса с ложечки. — Посади его, зажми ложку ему в руку, и уже так корми, пусть ест как обычно!

— Да не помогает эта ваша «лечебная физкультура»! — Огрызается обычно спокойный и уравновешенный Адам — Если делать так, как вы говорите, всё вокруг опять в каше будет! Снова потом постель менять! Вы же знаете, у него рука трястись начинает!

— Значит работать начинает! — Психую я ещё больше — Только повторяя одни и те же движения, можно чего-то добиться, выстроить новые нейронные связи! Ты ему сейчас только хуже делаешь!

— Вот вы всё время умные слова говорите, а толку всё равно нет! — Адам тоже вспыхивает, и отложив столовые приборы, встает передо мной, почти готовый бросится в драку — Сами тогда потом и меняйте ему бельё!

— Адам, делай так, как сказал доктор! — За моей спиной незримой тенью вырастает Ричард, за ним тут же встают Льюис и Мэйсон, отложив все свои дела — Он же тебя не учит жрать готовить⁈ Хотя стоило бы, твои помои уже в рот не лезут!

— Помои⁈ — Адам взрывается, тарелка с кашей летит на пол, ложка с жалобным звяканьем катится под стол — Сам будешь себе готовить, если мои помои жрать не желаешь!

— Тихо парни! — Между нами вклинивается Чарли — Не горячитесь. Ричард, извинись!

— Что⁈ — Ричард переключается на своего кузена — А я что, не правду сказал⁈ Я извинятся не буду, только не перед этим куском дерьма! Уже третий день мы едим пересоленную похлебку!

— У Адама скорее всего проблемы с надпочечниками — Я только сейчас замечаю темные пятна на лице повара, в гневе он сильно побледнел, и они стали отчетливо видны — Ну да, так и есть. Раздражительность, спать он толком не может, сахар ворует и жрет. Ему всё не соленное, вот он и досаливает до своего вкуса.

— Сахар ворует⁈ — Я озвучил свой диагноз, но из всего мною сказанного, Ричард услышал только то, что ему надо.

— Всё! Тихо все! — Я с трудом подавляю свой гнев и беру себя в руки. — Возобновляем ежедневные медицинские осмотры! Адам болен, мне это очевидно.

— Я чувствую себя нормально… — Вяло возражает повар, на его лице гнев сменяется на тревогу — А это опасно⁈

— Нет, пока не опасно — Успокаиваю я Адама — Вылечим, если будешь делать так, как я говорю. Восемь часов непрерывного ночного сна, ни каких сладких продуктов, есть по расписанию, три раза в день, и пить много воды. Через несколько дней должно пройти. Понял?

— Понял, спасибо доктор — Адам облегченно вздыхает — Я сделаю так, как вы сказали.

— А почему сейчас не делаешь⁈ — Моё раздражение снова вырывается наружу — Или ты считаешь, что я хернёй страдаю, только чтобы тебе хуже сделать⁈ Кормить его как я приказал!

Обычный наш день… Вспышки гнева у всех, и до беды не далеко, скорей бы поход!

* * *

— Основная группа: Лейтенант Чарли Гросс, Сэсил Присли, Эдвард Уилсон, Итан Коллинз. Вспомогательная группа: Сидор Волков, Ричард Гросс, Льюис Бак и Мэйсон Кир. — До выхода неделя, и Чарли зачитывает состав групп, утвержденных Соверсом. — Выход запланирован…

Я этого и ждал. Для меня распределение групп не стало неожиданностью. Вся оппозиция определена в доставщики провизии, и идти будет позади основной группы, пополняя склады,