Свет - Женя Дрегович

– Нет уж, спасибо, – вежливо отказалась девушка, с интересом рассматривая его радостно-возбужденное лицо.

«И потом, у Евгении в спальне все равно нет окон», – подумала она, на что тут же получила строгий окрик вернувшегося внутреннего контролера: «Да ты что, совсем рехнулась? Откуда такие мысли?»

Панин вдохновенно продолжил рассказывать:

– Самое трудное было надежно прилепить цветок скотчем к стеклу! Я и так, и сяк, а там ветрище! – тут его руки замелькали с такой скоростью, что Яна на секунду закрыла глаза, борясь с внезапным головокружением. – Но потом все получилось!

– Здорово. Ты такой молодец, – похвалила Яна.

– Скажи, а как ты, – тут парень немного засмущался и, сняв очки, начал протирать их о подол футболки, – ну, как ты отреагировала, когда тебе сделали такой подарок? Что сказала этому человеку?

– Ничего, – безразлично пожала девушка плечами. – Он же разбился.

Рука, протиравшая стекла, замерла, голубые глаза потрясенно уставились на погрустневшее лицо помощника.

– Что? Правда, что ли? – беспомощно пролепетал Панин, еще больше округляя глаза.

Девушка выдержала долгую паузу, потом выдохнула: «Нет», – и рассмеялась, увидев, как на лице парня одновременно отобразились облегчение и досада.

– Конечно, я очень обрадовалась и поблагодарила его. И мы начали встречаться… Но в моей жизни вскоре произошли некоторые изменения, мне пришлось переехать из Питера в Москву, я перевелась на заочное, и больше никогда не видела этого своего однокурсника, – объяснила она.

Яна впервые за много лет задумалась, где теперь мог быть славный Андрюша Макаров, который так красиво за ней ухаживал.

– А-а, понятно, – сказал парень, возвращая очки на нос. – А Эля, кстати, отреагировала потрясающе…

– В смысле? Ты что, как человек-паук, завис в воздухе и наблюдал, как она обнаружит цветок? – удивилась девушка.

– Ну, как тебе сказать, – Сергей опустил глаза. – Я никак не мог понять, как она ко мне относится, и поэтому одолжил у Алекса на время пару профессиональных приспособлений для наблюдения.

– Э-э, батенька, да вы… да-а, ну ничего себе, – Яна рассматривала Панина, как будто увидела его впервые, и качала головой.

Тот слегка покраснел.

– И что же она сделала? – не сумела сдержать любопытства девушка.

– Ах! Она сначала долго смотрела… Потом провела рукой по стеклу – еще с той, внутренней стороны. А потом открыла окно, осторожно, очень осторожно отклеила скотч, прочитала записку и…

Сергей растроганно улыбнулся, его глаза заблестели.

– И что? – спросила Яна.

– И поцеловала ее! Она правда это сделала! – торжествующе сказал он.

– О-о, – только и смогла сказать девушка.

– Я так счастлив, – признался парень.

Они секунду помолчали, а потом Панин подбежал и судорожно обнял растерявшуюся девушку. «Какой же ты все-таки милый и добрый», – подумала Яна, чуть скривившись от боли в ребрах.

– Извините. Я только хотела поинтересоваться, что за странное последнее смс отправлено с твоего телефона. Но… теперь мне и ответ не нужен.

При первом же звуке голоса Яна и Сергей резко отпрянули друг от друга и посмотрели на дверь. Эля стояла на пороге, зажав в руке мобильник Панина с такой силой, что ее тонкая кисть побелела. Короткие вздыбленные волосы девушки снова превратились в колючки, а испепеляющий взгляд живо напомнил Яне ее первые дни работы в «Свете». Но если что-то и могло быть хуже этого, то оно стояло непосредственно за Элей, в приемной, у распахнутой настежь двери. Немая сцена включала в себя зажмурившегося Липатова, прижавшую, словно в испуге, ладонь к губам Юлю и удивленно распахнувшую глаза Евгению.

«О, нет, и какого черта я заставила хозяйственника отрегулировать петли… Если бы дверь по-прежнему скрипела… Что они все теперь подумают?» – Яна смотрела на коллег уже с отчаянием, а в голове появилась фраза из пошлого анекдота «бывают в жизни ситуации, которые невозможно объяснить».

– Все не так, как кажется, – проблеял Панин.

– Да, я понимаю. Ведь на самом деле все куда лучше. «Ты класс, спасибо, все супер», – не заглядывая в телефон, по памяти воспроизвела секретарь утреннее смс, из ее уст и правда прозвучавшее очень двусмысленно.

– А ведь я уже нашла другую работу. Но ты опять… Снова не устоял перед блондинкой, да? – продолжила она.

На длиннющих ресницах девушки повисли слезы, и Сергей бросился к ней, одновременно произнося:

– Я тоже нашел другую работу, и это правда не то, что ты думаешь!

Эля холодно отвернулась, и из-за ее спины неожиданно вышла Юля.

– Ты – дрянь, – громко произнесла она, обращаясь к Яне. – И я еще прощения просила… А ты уже тогда… Вадим ушел, Сергей пришел, как поезд, да?

Яна устало посмотрела на разгневанную рыжую фурию, понимая, что говорить что-либо в свое оправдание бесполезно. У нее даже не было сил порадоваться, что сейчас в руках первого секретаря нет тяжелого весла, а самый увесистый предмет обстановки – дырокол – надежно запрятан в нижний ящик стола.

Юля развернулась и покинула кабинет, а Эля обошла застывшего перед ней Сергея и, близко придвинувшись к помощнику, сказала:

– Как ты могла? Я же считала тебя своей подругой! А ты просто грязная… грязная…

Девушка неожиданно почувствовала, как в ней вскипает гнев. Она не была ангелом, да, но, возможно, именно поэтому, когда ее совесть, по крайней мере, в части посягательств на Панина, была абсолютно чиста, эти несправедливые обвинения вызвали в ней неконтролируемую ярость.

– А по-моему, грязный, тут кто-то другой! – бросила она разозленной девушке в лицо.

Не отрывая от нее презрительного взгляда, Яна зашла за стол и, открыв верхний ящик, на ощупь достала и выложила на стол красивую сережку с синим камушком.

– Ничего здесь не потеряла? – язвительно спросила она.

Эля подошла ближе, не отрывая взгляда от украшения. Ее бледное кукольное личико заострилось, губы сжались, а огромные глаза больше не излучали ни злость, ни обиду – они словно потухли.

– Ты ведь поклялся, что не спал с ней, – безжизненно сказала она.

– Да, не спал! – Панин смотрел на нее в полном отчаянии, бессознательно запустив обе руки в золотистые, некогда аккуратно приглаженные волосы.

– Понятно, – безразлично ответила Эля и вышла из комнаты, снова обойдя Сергея, как предмет мебели.

Панин закрыл глаза и обессиленно прислонился к стене. Липатов по-прежнему стоял у входа и сокрушенно качал головой, а Евгении, как убедилась помощник, бросив быстрый взгляд за его широкую спину, там уже не оказалось, и Яна не знала, в какой момент действия она покинула зрительный зал.