Дачница для сбежавшего олигарха (СИ) - Мэйз Евгения

— Сделай это ради меня, Березин. Извинись перед женщиной, чьей добротой и гостеприимством ты воспользовался, но подвел и потрепал нервы. Ты ведь умеешь быть обаятельным и не забыл, что такое совесть?

Таня не стала слушать его разговор с Алиной, проверять выполнил ли он ее требование и наслаждаться своим триумфом.

— Я верю в тебя, — проговорила она напоследок, потянувшись и коснувшись его щеки губами. — У тебя все получится.

Олег еще смотрел в след ушедшей женщине, прислушиваясь к овладевшим им двойственным ощущениям — недовольство и раздражение никуда не делись, но к ним прибавились некое подобие восхищения и, как ни странно, облегчения. Он еще не разобрался в последнем чувстве, но кажется, дело было в том, что Таня «возвращала» в него человека и это было по-настоящему светлое чувство.

— Алина Викторовна, — наконец проговорил Березин, услышав знакомый голос. — Вас беспокоит Олег Березин…

— Опять ты?! — быстро проговорила мгновенно вскипевшая тетка. — Слышать тебя не хочу!

Олег тяжело вздохнул, перебарывая внутреннее сопротивление, очень напоминающее какой-то скользкий и даже движущийся клубок в груди, а еще порадовался тому, что мать Ромки не бросила трубку. Это было бы испытанием.

— Я все тебе сказала!

— Хотел извиниться перед вами, — наконец проговорил он, — и попросить прощения за все произошедшее.

Он рассказал ей все, как сделал бы это в разговоре с матерью, то есть не стал нагружать лишними подробностями, объяснил в какую ситуацию попал и как ценна оказалась та помощь, которую она оказала ему.

— Не ждал, что дойдет до этого и конечно не стал бы подвергать опасности Таню, но все случилось, как случилось. Но нет худо без добра, заменили вам окна, заделали щели…

Олег говорил, вытаскивая из памяти то, о чем не задумывался долгие годы.

— Еще бы ты оставил все так как есть! — Продолжала бушевать тетка. — Я ведь рано или поздно вернусь в Россию!..

Ему пришлось выслушать все и даже усмехнуться ее наивным угрозам. В действительности она бы ничего не сделала ему, но ей нужно было отчитать его, наставить на путь истинный и конечно же вспомнить старые времена.

— Ладно, — наконец проговорила она. — Раз все исправил и повинился…

Олег выдохнул, но следующий вопрос заставил его напрячься и тут же выдохнуть.

— Так ты чего же ты хочешь? — было слышно, как мать Ромки улыбается, говоря все это. — Неужели остаться рядом с моей Танюшей?

Ковалевская просила его об одном и вряд ли предвидела «побочный» эффект от принесенных им извинений. Хотя…

— Очень не хочу…

Олег выглянул в окно, проследив за гуляющей по саду Таней.

— Отпускать ее куда бы то ни было.

Он получил «добро» уже повесил трубку, но продолжил оставаться у окна, размышляя над сказанным. Олег думал о том, как скажет все Тане и, положа руку на сердце, не знал, что ответит на главный вопрос его жизни заключенная в объятия вечернего солнца женщина.

— Интересно, — проговорил он себе под нос, наблюдая за тем, как Рыжая с чувством забрасывает в старое ведро вытащенные из клумбы стебли травы. — Это будет очень…

Таня в ответ на его приближение подняла на глаза, вскинув красиво очерченные брови в немом вопросе, как прошло его общение с Алиной.

— Мы остаемся.

Глаза женщины напротив засияли в радостном блеске, вновь напомнив ему редкие камешки. Олег потянулся поцеловать ее, в сиюминутном порыве отблагодарить за смешанное ощущение свободы и облегчения, но она отклонилась и покачала головой, а потом и вовсе показала язык, увидев в его глазах что-то.

— Жду подробного рассказа от тебя, — она принялась орудовать лопаткой, разбивая сложившиеся комья земли. — Что случилось в тот вечер и вчера?

Олег смотрел на вздрагивающие под усердными действиями полушария груди. Сознание сделало какой-то кувырок, на краткий миг нырнув в воспоминания и выхватив их них вид сидящей на нем обнаженной Тани — освещенная Луной улыбающаяся женщина была идеальна в одежде и без нее…

— Почему ты передумал? Олег!!!

Отвлекся Березин от своих размышлений о ведьмовской сущности Ковалевской только тогда, когда услышал ее возмущенный возглас.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вот поэтому тебе нельзя меня целовать! — ее губы исказила обескураженная, но такая яркая улыбка. — Мысли только об одном.

Это было правдой — близость и прикосновения делали что-то, увлекая его в чувственный мир обмена энергией. Вот только два дня подряд у него была возможность убедиться в том, что дело не только в к*ексе.

— Ты зря так, — Олег улыбнулся, все же потянувшись к ней. — Я думаю не только об этом.

Влажная земля под его ладонью просела, но это не помешало ему поймать алые, наполненные возмущенной энергией губы смяв в коротком поцелуе.

— Вариант: «я без ума от тебя» тебя тоже не устраивает?

— Почти, — откликнулась она, уже не думая отстраняться. — Но мне нужен рассказ, что произошло накануне.

Настал черед Олега издавать протестующие звуки и принимать вид оскорбленной невинности. Это было забавно, весело и очень круто — не получать надутые губы, надменный взгляд, отстраненность или холодность в ответ на не совсем пустяковую ссору. Березин понимал, что так не будет постоянно, но и у него и не было в планах обижать ее.

— Вообще-то, сейчас твоя очередь.

— О чем ты?

— Не играй со мной, Ковалевская, — проговорил он, не зная сердиться или радоваться ее уловке. — Ты сказала, что объяснишь мне все после звонка.

Вид, загоревших полушарий в V-образном вырезе продолжал отвлекать Олега и не давал ему посуроветь так, как следует.

— Ответ — это мой женский каприз не подойдет, не так ли?

Таня не ждала ответа и какие-то считанные секунды наслаждалась маленькой женской местью, но потом, медленно размяв в руках ком земли, она произнесла.

— Она попросила присмотреть за домом и с самого начала не пожелала, чтобы это делал кто-то из соседей — это первое. Второе, я снимаю у Алины квартиру и, если бы кто-то из нас не извинился за произошедшее и сбежал, поджавши хвост… Да-да, Олег! Это называется именно так!

Ковалевская вновь улыбнулась, но не смогла скрыть печальное выражение глаз, которое так сильно врезалось Березину в память. Теперь оно касалось его. Он был уверен в этом.

— Мне пришлось бы съехать и оттуда, а нам с Матвеем нравится та квартирка. Вот и весь секрет.

Березин поднялся с колен, протянул ей руку и в одно движение поставил ее рядом с собой, разглядывая вскинутое к нему лицо и заглядывая в миниатюрные зеркала ее души.

— Думаешь, я бы оставил тебя на улице? Серьезно?

Она закатила глаза на мгновение.

— Речь не о том, — начала она, но быстро переменила тему. — Предполагаю, что отказала бы тебе в меценатских началах.

Таня вновь сделала это — удивила его, но в этот раз добавила к уже знакомому рецепту щепотку чего-то такого, что тронуло его самолюбие, перевернуло все, заставило сомневаться, мгновенно выйти из себя и прижать к себе еще сильнее.

— Я — жуткий собственник Березин, — проговорила она ему в подбородок. — Не готова делить тебя с кем бы то ни было.

— Мы уже говорили об этом, — он вздернул ее кончик носа своим. — Я — не женат.

Она вздохнула, вновь осадив «газировку» его светлых чувств.

— Я тоже рылась в твоем телефоне в тот день — призналась она просто, сморщив губы в каком-то смущенном жесте, — и видела фотографии твоей подруги.

Нетерпение, желание задать вопрос и признаться в светлых чувствах отступили. Он совсем забыл об этом и так было всегда — он мало думал о том, что не было важно и не дорого сердцу.

— Жена она тебе или нет совершенно не важно.

— Она не жена, — повторился Березин и замолк, осознав, что не может объяснить этой женщине в чем все это время заключалась функция Лерки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

С Таней все было по-другому. Он знал, что она поймет, сделает выводы, не смирится и не пожелает таких перспектив. То, что она пойдет по этому пути размышлений Березин даже не сомневался. Он убедился в этом только что — вместо того, чтобы ждать и надеяться, крутить хвостом и добиваться желаемого она приняла решение и озвучила его.