Разрушитель судеб - Виктория Авеярд

Теплящаяся в его груди надежда погасла, оставив после себя лишь угольки. Дом не стал произносить слова молитвы. Боги все равно не услышат его в этом мире, столь далеком от Глориана. Столь далеком от дома и всего, что имело для него значение.

Он рассеянно подумал о Сорасе и Сигилле, надеясь, что они успели добраться до города. Или, быть может, они уже сели на корабль и теперь медленно уплывали за горизонт.

– Я не стану воскрешать тебя, Домакриан. Твое мертвое тело останется там, куда оно падет, – сказал Таристан. Меч в его руке не дрожал. – По крайней мере, это я могу тебе обещать.

Дом ошеломленно моргнул. Это можно было назвать актом милосердия.

На щеке Таристана дернулась мышца.

– Ты заслужил право на спокойную смерть.

– Странное у тебя представление о спокойствии.

В ушах Дома зазвучал стук сердца, столь же знакомый, как его собственный, и ритмичный, словно песнь. Он перевел взгляд с Таристана на Эриду, по-прежнему стоявшую на некотором отдалении от них.

Позади нее возвышалась Сораса Сарн – тень, облаченная в кожаные доспехи. Лезвие ее бронзового кинжала было приставлено к бледному подрагивающему горлу Эриды.

Хотя вокруг плясало пламя, поглощающее комнату все быстрее и быстрее, четыре фигуры застыли на месте, не в состоянии пошевелиться. Измазанные сажей и кровью, они смотрели друг на друга и дышали задымленным воздухом, пока опасность стремительно нарастала. После всего, через что им пришлось пройти, они вчетвером оказались прямо здесь. Бессмертный, королева, убийца и проклятый принц.

Происходящее походило на немыслимый фарс, к которому привели происки темного божества или просто-напросто безумное стечение судеб.

Дом, к горлу которого был приставлен меч, мог лишь смотреть. Он не осмеливался даже моргнуть, боясь, что все это окажется иллюзией. Последним видением перед неизбежным концом.

– Где твои армии, Эрида? – спросил Дом, чувствуя, как меч скребет кожу на шее. Он едва не рассмеялся от абсурдности ситуации. – Где твой демонический бог, Таристан?

«Несмотря на всю вашу сокрушительную страшную мощь, вы уязвимы, – подумал Дом, переводя взгляд с королевы на ее бродягу. – И все так же смертны».

Таристан не отступал, крепко сжимая в руке меч. Но все же наклонил голову так, чтобы в поле его зрения попадали и обе женщины, и бессмертный. Кровь отлила от его лица, и кожа стала белой, как кости. В этот момент Дом понял, сколько королева значит для Таристана. И как сильно он боялся ее потерять.

Эрида издала тихий сдавленный всхлип. Она не решалась пошевелиться, не могла закричать, поэтому лишь скалила зубы. Она была напугана, но в то же время очень зла.

Делая короткие и прерывистые вдохи, Дом перевел взгляд на Сорасу. Впервые с того времени, как они были в Билскосе, он смотрел на настоящую убийцу. Не на изгнанницу, а на смертоносную амхара во всей своей убийственной мощи.

Она уставилась на него в ответ. Ее лицо ничего не выражало, в медных глазах не отражалось ни единой эмоции. Ни раскаяния, ни страха, ни презрения, столь типичного для нее. Растрепанные черные волосы падали ей на лицо, едва касаясь плеч. Одна-единственная прядь слегка шевелилась, выдавая медленное, размеренное дыхание убийцы.

– Убей ее, Сораса, – крикнул Дом прерывающимся от дыма голосом. – Убей ее!

Королева Галланда дернулась, но Сораса быстро отреагировала и незамедлительно скопировала ее движение. Свободной рукой схватила Эриду за предплечье, а второй продолжала прижимать к ее горлу нож.

– Ты знаешь, что произойдет, если сделаешь это, – прошипела Эрида и закашлялась. Ее взгляд метался между Таристаном и пламенем.

Глаза королевы и ее супруга сверкнули, словно они поняли друг друга без слов. Оба сглотнули, ощущая безвыходность своего положения.

– Ты знаешь, что произойдет в любом случае, – невозмутимым голосом отозвалась Сораса и посмотрела на Таристана, подначивая его. – Решай, Таристан из Древнего Кора. Хочешь, чтобы я вскрыла твоей жене глотку, или предпочтешь, чтобы она сгинула в огне?

Таристан снова судорожно сглотнул. Его взгляд был устремлен не на Сорасу, а на королеву. В глазах пульсировало красное сияние, а зрачки напоминали две горящие свечи. Дом бы даже не удивился, если бы сейчас из него вырвался Тот, Кто Ждет, вобрав в себя всю ярость бездны.

– Сораса, убей ее, – прохрипел Дом.

«Если мы не способны убить Таристана, то можем избавиться от самой сильной его союзницы, – подумал он, чувствуя, как затуманивается его сознание. – Этого будет достаточно, и плата не слишком высока. Возможно, именно в этом и заключается наше предназначение».

К бесконечному огорчению Дома, Сораса проигнорировала его слова.

Она сильнее прижала лезвие к горлу Эриды. Капелька крови скатилась по шее королевы.

– Или ты все-таки отпустишь Домакриана? – спросила Сораса.

Стоящий на коленях Дом издал глухое рычание. Острие меча чуть слышно засвистело, чиркнув по его коже.

– Сораса, – прошипел он.

– Королева четырех королевств. Возродившаяся императрица. Вот как тебя теперь называют, – промурлыкала Сораса. Она немного сдвинулась, чтобы смотреть Таристану в лицо, и потянула Эриду за собой, словно они были партнершами в смертельно опасном танце. Глаза убийцы сверкнули. – Но как они назовут твою королеву завтра?

Эрида держалась со всем достоинством, на какое только была способна, но все-таки не смогла взять эмоции под контроль. На ее глазах засверкали в отблесках пламени слезы. Она поперхнулась дымом, изо всех сил сдерживая кашель.

Сораса не отпускала ее. Позади убийцы блестели черные квадраты роскошных окон, с которых открывался вид на дворцовые сады.

«Мог бы и догадаться, что даже за секунду до смерти буду препираться с Сорасой Сарн», – с горечью подумал Дом, чувствуя, как все его тело напрягается от безысходности.

– Ее смерть ценнее, чем наша жизнь, – прокричал он. – Убей ее!

Нависавший над ним Таристан перевел жуткий немигающий взгляд на Сорасу. Она встретилась с принцем глазами, даже не вздрогнув, словно ее совершенно не беспокоил затаившийся в его мозгу демон.

– Я буду охотиться за тобой, амхара, – тихо сказал Таристан. – Я буду охотиться за вами обоими.

Острие меча по-прежнему холодило кожу Дома. Где-то в глубине души он понимал, что может сам положить всему конец. Стоит только резко дернуть шеей, и у Сорасы не останется выбора. Он покинет этот мир, и у нее больше не будет причин сохранять королеве жизнь.

«Я не могу, – подумал он, приходя в отчаяние от подобной перспективы. – Сделай это за меня, Сораса. Сделай это ради меня».

Его глаза защипало от подступающих слез. Ему казалось, что он вот-вот задохнется от безысходности.

– Сораса, пожалуйста…

– Я рассчитываю на это, – сказала Сораса, не отводя от Таристана пристального взгляда.

Дом сглотнул,