Черная Пустошь - Андрей Ливадный

Говорят, что Орден – выше понятий добра и зла, а его адепты ищут истину в ее чистом виде, не оглядываясь на последствия вынужденных поступков.

Неправда.

Апостол только сейчас, глядя на Аскета, вдруг остро осознал, что ничто человеческое в нем не умерло.

Жутковатую, напряженную неопределенность ситуации внезапно разрушили возникшие в глубине тоннелей звуки стрельбы.

Треск очередей «ИПК», эхом отдающийся по мрачным подземельям, быстро приближался.

– Эй, ну помогите уже кто-нибудь! – Голос Саида, переданный через устройство мью-фона, стал для Егора той соломинкой, за которую уцепился тонущий в неконтролируемых эмоциях разум.

Все еще пребывая в состоянии запредельного внутреннего напряжения, Аскет мгновенно отреагировал на призыв сталкера, машинально активировав боевые импланты. Оружия – один автомат Калашникова на троих. За спиной тупик, с кем схлестнулся Саид, неизвестно.

– Не высовывайся! – резко приказал он Сафронову, обменялся колючим взглядом с Апостолом и внезапно пришел в себя, как будто в голове что-то переключилось.

За месяцы скитаний по черной Пустоши у него выработалось безошибочное внутреннее чутье: он знал, когда ему лгут, четко понимал, кто из сталкеров способен ударить в спину, позарившись на какой-нибудь артефакт, а кто – нет. И Митрофана, с его мелкими, корыстными помыслами, раскусил достаточно быстро, но в силу сумеречного состояния рассудка не придавал этому должного значения…

Во взгляде Апостола не читалось страха или отвращения, и это вернуло Егору ощущение реальности, твердой, надежной опоры под ногами, а приближающиеся звуки боя дали возможность выплеснуть переизбыток эмоций в мгновенном действии.

Сиплый выдох, прикосновение ладони к плечу, контакт металлизированных пятен, стремительное формирование боевого генератора, дробный, визгливый перестук уходящих на излет, рикошетящих пуль, болезненный вскрик Сафронова за спиной, силуэт Саида, высвеченный из сумрака короткими вспышками выстрелов, рывок Апостола, синие, ветвящиеся энергетические разряды, пронзившие воздух подземелий, – все слилось в коротком ощущении стремительной схватки…

– Аскет!

Рука Апостола остановила его яростный порыв.

Он с трудом отнял ладонь от металлизированного пятна на ключице, обернулся.

Мимо, пошатываясь, прошел Саид.

Тихо поскуливал раненный в правую руку Сафронов. Кровь капала на пол, растекаясь кляксами.

Саид прислонил к стене разряженный «ИПК», присел и, немного отдышавшись, произнес:

– Наверху бой. Технос сцепился вот с этими, – он кивком указал на эндоостовы двух низкорослых сталтехов. – Бьются насмерть. Механоиды словно озверели. Нежить прет со стороны тамбура, там еще боевые группы Ковчега нарисовались, попали под раздачу… В общем, бардак. Каждый сам за себя.

– Тебя кто преследовал? – уточнил Апостол.

– Технос. Механоиды. Никогда раньше таких не видел. На насекомых похожи. У них импульсные курсовые орудия и лазеры. Прижали, голову не поднять!.. Если б Егор разрядом не шарахнул, туго бы нам сейчас пришлось…

Аскет тем временем подошел к Сафронову.

– Зацепило? Покажи.

Тот со стоном отнял окровавленную ладонь от предплечья правой руки.

Рана оказалась неглубокой, так, чиркнуло вскользь, распоров кожу, но кровоточила обильно.

– Сейчас жгутом перетяну. – Аскет присел на корточки. – Только соберись, в обморок не падай. Жить будешь.

Сафронов лишь промычал что-то невнятное в ответ.

Наложив жгут, Егор обернулся.

– Паша, у тебя есть чем царапину перевязать?

Апостол достал из-за пазухи кусок чистой тряпки.

– Пусть к ране поплотнее прижмет, кровь остановит. Сейчас Саид отдышится, подлечит. Он у нас смежную специальность недавно освоил. Бионик.

– Царапина у Олега пустяковая, – успокоил Аскет. – Лучше б Саид ребятам помог в сознание прийти.

– И то верно, – согласился Апостол. – Егор, нам оружие надо добыть. Пошли, взглянем на механоидов, может, пару армганов с них снимем?

Пока вход в пещеру не скрылся за поворотом тоннеля, шли молча.

Первый из подбитых механоидов попался им метров черед двадцать. Саид не преувеличивал, механизм действительно выглядел необычно и был похож на крупное насекомое, закованное в панцирь металлизированной брони. Характерные вздутия по бортам выдавали наличие встроенных энергетических систем вооружений.

– Ты посмотри, какая цепкая тварь!.. – удивился Апостол, рассматривая шесть механических лап-манипуляторов, намертво впившихся в плетение автонов. Видимо, энергетический разряд, ударивший вдоль коридора, настиг механоида в тот момент, когда он пытался вскарабкаться на стену.

– Вон еще один валяется. – Егор посветил фонариком, найденным среди снаряжения Монгола, в глубь тоннеля. – Стопроцентная копия, заметил?

Адепт кивнул, вооружившись миниатюрным лазерным резаком, который всегда носил на поясе. Новости сегодня – одна другой хуже. Он видел столкновение полчищ механизмов из разных городищ, бившихся за контроль над единственной уцелевшей в Пустоши постройкой техноса. Тот факт, что механоиды между собой на ножах, – радовал, а вот явные признаки серийного производства техномонстров, напротив, удручали. Если не разобраться в сонмище внезапно возникших проблем, не найти адекватных средств борьбы с эволюционировавшим техносом, то разобщенные, разбросанные по разным регионам группировки сталкеров долго не протянут.

– Так вы с Саидом меня из-за этой татуировки искали? – Егор занял позицию, прикрывая Апостола, пока тот вскрывал оружейную надстройку на корпусе механоида.

– По трем причинам, – ответил тот, разрезая броню механоида в районе выступа. – Во-первых, Орден своих не бросает. Во-вторых, – он с усилием отогнул фрагмент обшивки, – нужно было понять, что ты в действительности помнишь о пространстве Узла и почему технос внезапно начал охоту за тобой. Ну, и в-третьих, эта голограмма на твоем плече. Титановая Лоза ничего объяснить не смогла, она также не имеет понятия, откуда у нее взялась татуировка.

– А где она сейчас?

– В Новосибирской зоне. Исследует бункеры Академгородка, те, куда еще не добрались боевики Хистера.

– Зачем?

– Она уверена, что твоя и ее голограммы как-то связаны с экспериментами военных.

– Выходит, Дарлинг ошиблась. Я никогда не принимал участия ни в каких экспериментах.

Апостол извлек из вскрытого оружейного отсека армган и, осмотрев его, присвистнул.

– Опасные твари. Два «Сердца зверя» на одном излучателе.

– Такой же, только разряженный, там, в пещере, валяется. Среди снаряжения питерцев.

– Выходит, теперь производство оружия на поток поставили… – пробормотал Апостол. – Мало нам было своих, доморощенных тварей… Как думаешь, Егор, зачем техносу понадобилась целая армия механоидов?