Миф о «застое» - Алексей Владимирович Самсонов

поста министра иностранных дел Венгрии. Был главным из восьми обвиняемых на открытом процессе, проходившем в Будапеште 16–22 сентября 1949 года, приговорён к смертной казни через повешение. Казнён 15 октября 1949 года.)

Но слухи ползли не о 12-ти, а о «тысячах жертв». Видимо, эти слухи появились не без участия работников советского посольства, которое возглавлял Юрий Андропов, а помощником его был Владимир Крючков.

С 7-го по 14 июня 1956 года в Будапеште был Суслов (напомню, он долгое время курировал связи с компартиями). Он информировал Москву об отсутствии какого-либо кризиса и предложил продолжить поддерживать Ракоши [178; с. 336]. Но такая позиция Суслова не устраивала Хрущёва и, «по совпадению», посол Юрий Андропов шлёт телеграмму, в которой сообщает, что ситуация ухудшается [178; с. 336].

Вот это – то, что нужно. И в Будапешт едет «сам» Микоян. Он приехал с единственной целью: решить вопрос о судьбе Ракоши. Он провёл двухчасовую беседу с Ракоши, Хагедюшем и Герё и пришёл к выводу: «Достижение единства в руководстве партии, а также восстановление доверия у членов ЦК к Политбюро прямо упирается в вопрос о пребывании т. Ракоши на посту Первого секретаря ЦК ВПТ. Пока т. Ракоши возглавляет руководство партии, ЦК не сможет защитить себя от обвинений в необоснованных репрессиях, которые были в своё время проведены против честных коммунистов… Не лучше ли тогда в настоящих условиях т. Ракоши самому подать в отставку, чтобы обеспечить партии сохранение своего руководства» [178; с. 336–337]. Но Ракоши отказался уйти в отставку и в июне вылетел в Москву для выяснения отношений. В Будапешт он уже не вернулся. Он был фактически арестован. Его сначала поселили в Краснодаре, а потом отправили в Горький – подальше от границы.

«По совпадению», вскоре после отставки Ракоши, в конце августа того же года состоялся съезд Республиканской партии США. Её представитель – генерал Дуайт Эйзенхауэр был президентом до 1960 года. Съезд призвал к освобождению стран советского блока «от диктатуры и вмешательства Кремля», что было воспринято венгерской оппозицией как сигнал к активным действиям. Тем более, что в Австрии и Югославии увеличилось количество пунктов переброски в Венгрию антисоветской литературы, а также «инструкторов», оружия, боеприпасов, средств радиоразведки.

Ранее, в мае 1945 года, Ракоши, будучи сам евреем, информировал Москву о массовом вступлении в партию евреев, в чём видел опасность. Во-первых, благодаря этому факту, Запад, в пропагандистских целях, стал говорить, что, мол, как в 19-м, к власти пришли евреи. А, во-вторых, далеко не все вступившие были коммунистами и много было сионистов, получающих «ценные указания» из-за границы.

Застрельщиком «подвижения народа на революцию» стала, как обычно, «творческая интеллигенция». Помните ленинское определение интеллигенции в письме к Горькому как «говна нации, а не её мозга»? Это очень верное определение.

«Творческая интеллигенция» объединилась в «Клуб Петефи». В этом клубе, находящемся в Доме культуры Союза молодёжи (!), «интеллигенты» произносили антисоветские и антикоммунистические речи. Это была масонская ложа, тем более в 1946 г. в Будапеште вновь возникла ложа «Галилей», в честь ложи, в которую в своё время входил Бела Кун (Коган) [90; с. 131]. Хотя, что значит «вновь возникла»? Судя по всему, эта ложа действовала в подполье.

Этот «Клуб Петефи» был создан в 1954 г. при участии сотрудников Национального музея, создателем его считается «поэт» И. Лакатош. Первоначально клуб был назван именем венгерского просветителя (т. е. иллюмината) Д. Бешшенеи. В него входили Г. Танцош, Б. Надь, А. Хегедюш.

Первое его заседание прошло 25 марта 1955 года под эгидой Демократического союза молодёжи в дискуссионном клубе им. Кошута (масон).

Дебаты в клубе Петефи пользовались большой популярностью, дискуссию о прессе 27 июня 1956 г. слушали через репродукторы около 7000 человек. «Братья» активно участвовали в подготовке событий «венгерской революции».

Посмотрите на памятник Петефи. А также на памятники Кутузову, Барклаю, Ломоносову, Ришелье (в Одессе) и Наполеону. Посмотрите, в чём они одеты.

Известно, что Кутузов был масоном и есть его памятник в тоге. Так вот, аналогичный памятник Петефи в тоге и со свитком был установлен в 1882 г. на одноименной площади Будапешта Адольфом Гусаром. Видимо, в ложах это была своеобразная форма. В тогах, видимо, ходили на собрания лож.

Как тут не вспомнить, что, согласно общепринятой истории, «древнеримские императоры» ходили в тогах и носили лавровые венки! Обратите также внимание на их титул. Сразу видно, кто придумывал «историю Древнего мира». Уместно привести слова Наполеона, что «история – это басня, в которую договорились поверить». Вот только кто и почему договорились поверить именно в эту басню?

Для наглядности, я приведу фотографии этих памятников в тогах.

Памятник Петефи в Будапеште

Памятник Кутузову

Памятник Барклаю

Памятник Ломоносову

Памятник Фредерику Адаму

Памятник Наполеону на Корсике

Памятник Ришелье

(Вот так начинаешь изучать историю – и возникает много вопросов, на которые историки не дают ответов. Например, почему после победы России над Францией во главе городов – французы? А одинаковые памятники? А принадлежность к ложам Наполеона и Александра? Получается, что «брат» пошёл на «брата»?

Так исторически сложилось, что людям ставят памятники согласно их профессии. Полководцам ставят памятники в военной форме – и это логично. А вот памятники Кутузову и Барклаю одеты в тогу.

В 1837 г. перед Казанским собором были торжественно открыты памятники Кутузову и Барклаю-де-Толли. Они были выполнены по рисункам скульптора Бориса Орловского (1791–1837) и отлиты в бронзе мастером В. Екимовым. Проекты постаментов для памятников были разработаны архитектором В. Стасовым. Сооружением памятников руководил архитектор К. Тон.

Но сама идея установки памятников возникла ещё у Александра I в 1818 году. Однако в то время проект не был осуществлён, и лишь при Николае I возобновились разговоры о необходимости увековечить их память и в 1831-м Орловский начал работу над статуями.

Но почему именно в тоге? Ведь логично было бы изобразить их в мундирах. Ведь, насколько я знаю, на Руси в тогах не ходили – климат не тот.

Да, на Руси не ходили, но, видимо, так ходили на закрытых собраниях лож. И Александр, будучи масоном, это прекрасно знал.

Кутузов изображён в мундире, поверх которого накинута тога, со свитком, отставив палец по обычаю своей ложи. Интересно, что могло быть написано в свитке? Ещё более интересно,