Я и мой капитан - Артем Морозов

А раздолбайство было очевидным. 24-й не раздумывая уволил бы подобных типов, если бы они находились в его подчинении. Уж насколько непривычной была для него здешняя обстановка, но даже он в первый же день подсчитал и запомнил расположение колесного транспорта землян, припаркованного у жилых блоков. Даже амебе было ясно, что каждый счастливый обладатель этого чудо-средства передвижения будет блюсти место его стоянки. Особисты ГРУ, видимо, арендовали квартиру в доме напротив. Леня на их месте поступил бы так же и оценил то, что визуальный осмотр окон соседней пятиэтажки не выявил ни малейшего намека на присутствие агентов. И тут такой прокол! В данный момент один из гуманоидов пытался унять хозяина автомобиля, который приехал домой и обнаружил на своем привычном месте чужую машину. Спорили очень громко, так что звук преодолевал даже закрытое окно кухни. 24-й посмеивался.

Владелец машины сперва сигналил минуты три, а когда это не возымело должного эффекта, покинул салон и сильно стукнул пару раз по капоту потрепанного «ситроена». А этот идиот, выбежавший из подъезда на вой сигнализации, вместо того чтобы по-тихому убрать повозку, начал тыкать корочкой в лицо крепкому мужичку. Неудивительно, что тот разъярился.

— Я манал твою тачилу! Я манал твою ксиву! — орал он на весь двор так, что окна близлежащих зданий заполнились любопытными рожами зевак. — Да будь ты хоть президент — вали с моего места!

Глущенков закашлялся, подавившись блином, и спешно запил еду жидкостью из вареных сухофруктов. «Хорошо-то как! Но пора идти, сейчас самый подходящий момент». Он не без сожаления вышел из-за стола и направился в прихожую.

— Это вот Валентино… — донесся до 24-го голос «его» Светы.

— Гламурненько как! — восхищалась вторая Светлана. — Дай поносить, у нас корпоратив в пятницу.

— Света! — возмутилась самка Лени снисходительным тоном.

— Что, Света? — ответила та.

— Я же его сама еще ни разу не надевала!

— Но оно же на тебе сейчас! — возразила Света номер два.

— Это не считается! — настаивала первая.

Глущенков натянул ботинки и толкнул дверь в спальню. «Его» Света взвизгнула:

— Я не одета!

«Ага, значит, вчера с этим самцом ты была одета?! А сейчас в элегантном черном с серыми вставками платье и наполовину расстегнутой молнией на спине — ты не одета!» Вместо того чтоб озвучить свои мысли, Глущенков бросил дамам:

— Никому не открывайте! Я на полчасика за сигаретами сгоняю.

— Ленюшка, ты же не куришь! — воскликнула «его» Света, продолжая расстегивать молнию и становясь еще «более неодетой».

— Теперь курю. — Агент захлопнул двери во избежание длинных разборок и вышел на площадку.

Вынырнув из полумрака подъезда, Леня сразу же повернул направо, прошел широким шагом под балконами и, как только свернул за угол дома, рванул с места и побежал к соседней пятиэтажке, перепрыгнув пару крашеных заграждений детской площадки по пути. До ближайшего парадного было метров пятьдесят, но это расстояние для раздолбанного тела настоящего Глущенкова оказалось не такой уж короткой дистанцией. Когда 24-й добрался до лестничной клетки второго этажа, его грудь изнутри саднило от колыханий кислорода, сердце билось как бешеное, а в правом боку кололо. Агент выглянул в окно, пытаясь отдышаться: из-за угла дома напротив появился мордастый тип в кожаной куртке, продвинулся вперед на пару метров размеренными шагами, потом, поняв, что его объект покинул зону досягаемости световых датчиков, начал звонить кому-то по мобильнику. Через пару минут соглядатай скрылся за углом Лениной пятиэтажки.

«Так легко избавиться от этих профанов», — улыбнулся 24-й и направился к станции «Павшино», чтобы там сесть на электричку в центр. По дороге он выбросил в мусорный бак мобильный телефон, отправив эсэмэску курьеру о том, что чуть задержится.

Воодушевление агента несколько поубавилось, когда на платформе он заметил того самого субтильного неприметного типа, который совсем недавно выяснял отношения с водителем на стоянке у дома. На щеке у контрразведчика красовался свежий порез. Видимо, конфликт с автолюбителем на парковке перешел в активную фазу и жильцу все-таки удалось если не задавить авторитетом своих кулаков, то по крайней мере внушить некоторое уважение непрошеному гостю. Тем не менее сейчас он был здесь, мельком поглядывая на Леню, делая вид, словно просто таращится на поток пассажиров.

«Нельзя недооценивать противника… Не такие уж они тут дураки». — 24-й шумно втянул ноздрями воздух, и это помогло на какое-то время. В конце концов, его задача на сегодня не настолько сложная, как завтрашняя.

Они вошли в один вагон, но Леня не стал предпринимать никаких действий. Просто занял свободное место, кожей ощущая сверлящий его затылок взгляд российского агента. Планы пришлось немного скорректировать и ехать к другой станции метро, чтобы затем, пересев на «Кольцевой», избавиться от «хвоста». Что 24-му удалось провернуть без особых усилий. «Ах это прекрасное московское метро в час пик! Эти многочисленные переходы с толпами спешащих с работы гуманоидов. Но что еще прекрасней — так это здешний Интернет, где можно купить все что угодно». Глущенков опаздывал на встречу с курьером, но был уверен, что тот его дождется. Ведь Леня посулил ему пятьдесят долларов сверху. Еще на аванпосте, когда шпион изучал особенности экономики провинции Россия, он был сначала очень удивлен тем обстоятельством, что, несмотря на собственную валюту «рубль», аборигены измеряли стоимость всех товаров в долларах, они даже мыслили в «баксах». Но агент 24 быстро разобрался в причинах такой любви к денежным знакам провинции-конкурента… Ситуация действительно была забавной и в какой-то степени напоминала цугцванг, как выразились бы любители популярной интеллектуальной игры землян.

Когда электричка, лениво постукивая колесами, довезла Леню до его станции, уже вечерело. На перроне его ожидал знакомый агент с расцарапанной скулой. Он зло зыркнул на объемный полиэтиленовый пакет в руке 24-го и, уже не скрываясь, пошел за Глущенковым. Леня купил пачку сигарет в киоске и, хмыкнув, зашагал к своему микрорайону.

— А где твоя подруга? — спросил он с порога Светлану.

— Ушла. Ты где пропадал так долго?

— Приходил кто-нибудь? — проигнорировал ее Леня, снимая пальто.

— Нет… Ах да — сантехник, проверка счетчиков…

«Ну что такого неоднозначного во фразе: „Никому не открывай?“» — поморщился 24-й, а вслух произнес стальным тоном:

— Как он выглядел?

Самка замялась:

— Да как-как?.. Обычный мужик… здоровый такой.