Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Вораг продрался к шаману, несмотря на пульсирующие ветра, которые пытались отбросить его прочь, и, прежде чем тварь смогла сбежать, разбил череп шамана с одного удара. Буря кричала ещё несколько мгновений, занося всё пеплом и песком, прежде чем постепенно стихнуть.

Гоблины завопили, когда их шаман умер, и Вораг прикончил тех, что не сбежали. Он развернулся, когда волки вприпрыжку унеслись прочь, подгоняемые своими наездниками бешеными ударами пятками в бока. Гоблины и многие другие зеленокожие, освободившиеся в битве, бежали к огромному кратеру, который открылся во дворе. Пыль клубилась над ним, и Вораг увидел многочисленные тела пожирателей трупов, лежавшие в яме.

— Что случилось? — рявкнул он, оглядываясь на своих лейтенантов. — Как это произошло?

— Волчьи всадники вышли из нор костоглотов! — прокричал стригой, пока он добивал барахтающегося орка. — Их были сотни. Они просто одновременно выскочили из нор, как будто были там всегда! Бои там ещё продолжаются. Кадар и Барбат уже пошли вниз, чтобы посмотреть, могут ли они что-нибудь сделать!

К этому времени подошли ещё вампиры, чтобы покончить с беспорядками, их плоть от солнца закрывали шлемы и одежды.

— Они ещё там? — прорычал Вораг. Что ж, это многое объясняло. Армия вполне могла поместиться в норах, а гоблинская магия, разрушительная по своей сути, легко могла проделать отверстие во дворе, позволяя бурлящей орде появиться прямо в центре цитадели. После того, как началась бы атака, рабы бы воспользовались моментом, и всё быстро обратилось в хаос. Зеленокожие обладали своеобразной хитростью, своего рода, но недостаточной для того, чтобы провернуть всё это. Кто-то выработал для них стратегию, кто-то помог им, спрятал их от его патрулей и часовых. И он точно знал, кто был этим кем-то.

Ещё больше пыли повалило из кратера, когда улепётывающие гоблины ринулись в открывшиеся туннели. Он услышал звуки ожесточённого боя, доносящиеся из тех туннелей, и спросил, кто выигрывает. Вораг приготовился прыгнуть вниз, чтобы присоединиться к своим воинам, но, прежде чем успел это сделать, мощный взрыв чуть не сбил его с ног. Он посмотрел вверх, широко раскрыв глаза, и увидел толстые, жирные столбы дыма, поднимающиеся от верхней части башни.

— Стрегга, — прошипел он и побежал к дверям. Тролль, покрытый кровавыми ранами, с торчащими из толстой шкуры стрелами и обломанными копьями, встал перед ним, раскрыв челюсти. Вораг прыгнул мимо него, махнув мечом, его клинок легко перерубил толстую шею. Зверь рухнул вперёд, а его голова, с удивлённым выражением на морде, покатилась, подпрыгивая, прочь.

Он поднялся по лестнице, перепрыгивая три ступени за раз. Для него не стало неожиданностью, когда первые из умертвий, которых вроде бы контролировал Санзак, напали на него. Он прорвался сквозь трупы легко, словно они были всего лишь утренним туманом. Ни один человек, живой или мёртвый, не в состоянии противостоять ярости Ворага Кровавозубого. Наверху он увидел мёртвые тела могильных страшилищ, их тела были разодраны тёмной магией. Впрочем, он ожидал этого.

Дверь его покоев была сорвана с петель. Он шагнул внутрь. У его ног лежали обугленные, дымящиеся останки Санзака, чья магия, в конце концов, оказалась слабее, чем у существа, что смотрело на одр и драгоценную ношу на нём. Он почувствовал слабый укол сожаления, но отбросил его прочь. Были и более важные вопросы, на которые нужно было обратить внимание.

— Кадар, время расставания, наконец, пришло? — прорычал Вораг, перешагивая через тело.

Кадар повернулся, его лицо скривилось в презрительной гримасе.

— Ради этого, — проскрежетал он. — Ради этого, мы сидим здесь и гниём? Не ради империи, которую можно было бы завоевать. Мы сидим здесь ради хныкающей ведьмы? — Он сверкнул клыками. — В`соран ошибся. Ты никчёмный идиот. Есть и другие, на которых будет более легко возложить корону.

— О, в этом я не сомневаюсь, — сказал Вораг. — Ты помогал зеленокожим, не так ли? Прятал их скапливающиеся силы от моих часовых, позволил им войти в норы незамеченными и освободить рабов… — он ухмыльнулся. — В`соран бы одобрил.

— У меня не было особого выбора, — ответил Кадар. — Они бы всё равно напали, рано или поздно. Я просто сделал всё так, чтобы это могло принести пользу мне. Они уже были в тех туннелях и пещерах, когда мы прибыли, и это не стало таким уж сложным делом — объединиться с маленькими коварными червями. В отличие от орков, гоблины достаточно терпеливы, при правильном подборе стимулов. Ты рос слишком комфортно здесь, в этом убежище, отстроенном для себя, в своей мелкой империи личинок и пожирателей трупов. В`соран нуждается в этой армии, и я приведу её к нему и стану его правой рукой, выше дурака Зоара или этого кровавого сумасшедшего — Мельхиора. Я дал тебе шанс Вораг. Я давал тебе много шансов, но ты, глупец, отверг их все, — он указал на одр. — Отверг их все, ради дохлой шлю…

Вораг взревел и бросился на Кадара, который в страхе отшатнулся. Посох и меч столкнулись, а затем Кадара отпрыгнул за одр.

— Ещё один шаг, и я обрушу эту проклятую башню! Я могу похоронить тебя под развалинами твоей империи вместе с этим сгнившим трупом, который ты называешь своей королевой, если таково твоё желание, — прошипел он. Он опустил свой посох, и тень от черепа, венчавшего его, полностью скрыла Стреггу.

— Уничтожь башню, уничтожь всё, колдун, — ответил Вораг. — Мне важна лишь она, и больше ничего. Я осудил тысячи ради неё. Я построил эту цитадель ради неё. Не для твоего хозяина, не для себя. Для неё.

— Тогда я уничтожу её, — отрезал Кадар. — Я превращу её труп в пепел!

Вораг напрягся, поняв, что тот мог это сделать. Кадар облизнул губы.

— Ты знаешь, Санзак был наполовину прав в том, как вернуть её. Кровь второстепенна. Смерть — вот всё, что имеет значение. Чем больше смерти, тем сильнее она станет. — Он посмотрел на неё. — В своё время она бы проснулась.

Вораг ничего не сказал. Кадар нахмурился.

— Ты предал моего учителя, Вораг. Это не может так остаться. В`соран требует эту армию. Он требует силу, которую ты сотворил, для своей великой цели. Ты мог бы выиграть для него империю, но вместо этого ты замешкался и впустую потратил время и кровь на строительство храма мёртвой ведьме. Ты сам удалил себя из полотна истории. Я всего лишь закопал могилу.

— Нет, ты всего лишь приостановил это, — сказал Вораг и обнажил клыки. Глаза Кадара слегка расширились, и Вораг усмехнулся, зная, что произойдёт, даже прежде, чем услышал шелест стали, вышедшей из ножен из кости и меха летучей мыши.

Он развернулся, быстрее чем мысль, и кончик его клинка упёрся в горло Барбата. Последний замер с мечом в руке.