Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Но у нас ведь нет выбора. Мы прижаты к стене. Не построим мост — вылетим из торговли.

Эдмунд покачал головой, будто согласие стоило ему больших усилий:

— И все-таки ради гильдии я пойду на это. Мне нужно поговорить с заимодавцами. Не знаю, конечно, что они ответят. — Олдермен посмотрел Годвину в глаза. — Но я очень постараюсь их убедить, если это все, что ты можешь нам предложить.

«Вообще-то, хитрый братец, ты ничего и не предлагал», — подумала Керис. Но аббат забыл об этом и твердо ответил:

— Да.

«Ну вот и попался!» — торжествовала Суконщица.

— Ты и впрямь хитрая, — улыбнулся Мерфин, когда Керис передала ему разговор с Годвином.

Юноша еще лежал на возлюбленной, играя ее волосами.

— Лучше всего, что он считает, будто провернул выгодную сделку. А на самом деле мост и земля вокруг него бесценны.

— Но все-таки печально, если он, как и твой дядя Антоний, не сможет наладить монастырское хозяйство.

Влюбленные уединились на лесной поляне за кустами ежевики в тени высоких буков, где протекавший по камням ручей создал заводь. Наверное, возлюбленные приходили сюда уже много столетий. Сначала молодые люди искупались в ручье. Здесь их никто не мог обнаружить — все, кто тайком пробирался по лесу, прошли бы опушкой, — случайно сюда могли забрести только дети, собирающие чернику. Именно так в свое время Керис и нашла это место, о чем и рассказала Мерфину. Фитцджеральд лениво спросил:

— Зачем ты попросила остров?

— Точно не знаю. Он, конечно, не так ценен, как земля возле моста, почва там неплодородная, но что-то, наверно, можно сделать. Да я просто поняла, что Годвин не будет возражать, и приплюсовала еще и остров.

— Ты думаешь о том, чтобы перенять когда-нибудь дело отца?

— Нет.

— Так уверена? Почему?

— Король, чуть что, повышает налоги на шерсть. Вот недавно наложил дополнительный налог: фунт с каждого мешка шерсти. Это помимо существующего налога в две трети фунта. Шерсть уже стоит настолько дорого, что итальянцы присматривают ее в других странах, например в Испании. Торговля слишком зависит от воли монарха.

— И все-таки это пропитание. Чем же тебе еще заняться?

Мерфин вел разговор к свадьбе — теме, которую она предпочитала не обсуждать.

— Не знаю. — Девушка улыбнулась. — Когда мне было десять лет, я хотела быть врачом. Думала, если бы разбиралась в медицине, спасла бы жизнь маме. Все надо мной смеялись. Я не понимала, что врачами могут быть только мужчины.

— Ты можешь стать знахаркой, как Мэтти.

— Это будет для моих таким ударом. Представь себе, что скажет Петронилла! Мать Сесилия считает, мой удел — монашество.

Молодой строитель рассмеялся:

— Если бы она тебя сейчас видела!

Юноша поцеловал возлюбленную в ногу.

— Может, ей тоже этого хочется, — возразила Керис. — Ты ведь знаешь, что говорят про монахинь.

— А почему она решила, что тебе нужно в монастырь?

— После крушения моста я помогала ей ухаживать за ранеными. И мать-настоятельница говорит, что у меня прирожденный дар.

— Так оно и есть. Даже я это вижу.

— Я только выполняла указания Сесилии.

— Но людям после разговора с тобой становилось легче. Ты всегда выслушивала их и только потом говорила, что делать.

Девушка погладила Мерфина по щеке.

— Я не могу стать монахиней. Ты мне слишком нравишься.

— У тебя родинка. Прямо здесь, ну надо же, в таком месте.

— Знаю. Это с детства. Я всегда считала, что это ужасно, и так радовалась, когда у меня начали расти волосы. Теперь-то, думала я, муж не увидит. А ты рассмотрел.

— Монах Мёрдоу решит, что ты ведьма. Лучше не показывай ему.

— Даже если он останется последним мужчиной на земле.

— Эта родинка спасает тебя от богохульства.

— О чем ты?

— Арабы каждое произведение искусства создают с небольшим изъяном, чтобы оно не могло тягаться с божественным совершенством.

— Откуда ты об этом знаешь?

— Один флорентиец рассказывал. Послушай, а как по-твоему, гильдии нужен остров?

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что я бы его взял.

— Четыре акра камней и кроликов? Зачем?

— Построил бы склад и строительный двор. Камни, дерево по реке прибывали бы сразу ко мне. А после моста возвел бы на острове дом.

— Хорошая мысль. Но просто так они его не отдадут.

— А если в качестве частичной уплаты за постройку моста? Я мог бы, скажем, отдать за него половину жалованья за два года.

— Твое жалованье — четыре пенса в день… тогда остров стоил бы чуть больше пяти фунтов. Мне кажется, что гильдия будет рада получить столько за бесплодный остров.

— Думаешь, здравая идея?

— Думаю, когда мост будет построен и остров станет доступным, поставишь там дома и станешь их сдавать.

— Да, — задумался Мерфин. — Надо поговорить с твоим отцом.

Глава 26