Золотой Грифон (СИ) - Афинский Владислав

— Ещё немного! Ворота уже видны!

— Храни нас Арос… — пробормотал волшебник солнечное сияние которого неожиданного затухло, сам же маг и вовсе перевёл взгляд назад.

За второй линии обороны произошла огромная энергетическая вспышка, после чего разлом появился прямо за второй стеной. И если между второй и первой стенами оставались в основном пустые дома, благодаря убежищам в центре города, то вот за второй стеной осталось очень много мирных жителей, которые, может быть, и готовы были бросить всё нажитое с таким огромным трудом, но мест для них уже не осталось.

— Командир!

— Вижу я!

— Нет! Там, спереди!

Один из солдат с арбалетом в середине строя указал на уже захваченные ворота. Поднять огромные решётки демоны не могли из-за собственной тупости и разрушенного механизма. Да и зачем что-то там поднимать, когда можно сожрать парочку мирных граждан? Или хотя бы попробовать останки таких вкусных волшебников?

Однако за рядом решёток мощных ворот шёл тот самый демон в чёрной броне. Уже с относительно более близкого расстояния Вильгельм смог рассмотреть некоторые детали его внешности. Трудно сказать кем была эта тварь в прошлой жизни, вполне возможно человеком. Однако теперь ужасные рога торчали прямо из шлема, сначала они воспринимались как часть брони. Также местами у доспеха не было сочленений, металл прибивался прямо к костям, вплавлялся в уродливую обугленную кожу. Руки напоминали когти, но сжимали двуручный меч, в то время как ноги, судя по форме, скорее являлись копытами, облачёнными в проклятый металл.

И эта тварь, которая одним заклинанием расплавило верхнюю часть стены, повернуло свой меч прямо в сторону ворот.

— В укрытие! Отходим в переулки! БЫСТРЕЕ!!! — завопил во всю глотку командир.

Стремительно раздавая указания каждому отделению бойцов, началось масштабное перестроение. Нельзя было просто так взять и бежать назад. Мелкие твари никуда не исчезли. Отступление обязано быть плавным, чтобы избежать суматохи и ненужных жертв. Кроме того, переулки место тесное, поэтому необходимо разделится, что требует высокой организации и точного исполнения каждого своевременного приказа.

Потери возросли из-за стремительных манёвров, но теперь отряд отступал в укрытие куда быстрее. Задние ряды заняли место у переулка, вели огонь стрелки. Первые ряды постепенно отходили спиной, разделяясь и готовясь также уйти в переулки.

И Грулар действительно занимал место сотника по заслугам, а не по праву рождения. Но слишком мало времени в запасе, слишком узки эти переулки, где даже втроём встать тесно. Готрик с раной на плече отступил вглубь, за ним последовал и Вильгельм, который через считанные секунды обрушил клинок на очередного мерзкого беса во внутреннем дворе.

Офицер отступал в числе последних. Началась небольшая давка у узкого переулка, приходилось отходить буквально парами. А заклинание уже начало материализоваться на острие клинка рогатого демона. Юркнул в переулок маг, следующим со знаменем уже собирался заходить Бартем, как колоссальной силы магический всплеск пронёсся по главной улице.

Адское пламя рвануло мощным потоком вперёд, металлические ворота расплавились почти мгновенно, пошёл трещинами камень, обрушая стену во внутрь. Демон плевать хотел на защитников города на улице, как и на союзников. Его интересовало лишь разрушение ворот. Но так или иначе от попавших под эхо его заклинания порой не оставалось даже пепла.

Усилился натиск тварей, своим мечом рыцарь рубил крылья тварям и отсекал головы. В пылу сражения он не сразу заметил, странную суматоху в переулке.

На секунду Вильгельм замер, раздался крик Готрика. Одна из тварей сбила с ног рыцаря, сразу же беса пронзило копьё верного оруженосца. Но взгляд рыцаря всё ещё был некоторое время прикован к переулку.

Там Грулар тащил за плечи обугленное до черноты тело. Будто кусок мяса забыли вовремя снять с костра, и он начал превращаться в угли. Почти всем удалось в последний момент войти внутрь, но адское пламя дьявольскими языками вошло и внутрь переулка. Лишь слабый отголосок могучего заклинания… даже этого хватило, чтобы доспехи расплавились, а тела превратились в уродливое подобие корчащихся в боли статуй. Они будто окаменели в момент своих самых сильных агоний.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И Грулар тоже должен был умереть, но в последний момент его резким движением отправил на землю Бартем. В полный рост бывший сотник его величества встал на пути адского пламени и за считанные секунды умер. Он так и замер, прикрываясь щитом, направив взгляд вперёд. С отведённой за спину рукой, обугленные пальцы которой сжимали не меч, а грязное и порванное знамя.

Суматоха и неразбериха воцарилась во внутреннем дворе. Твари прорывались всё дальше, демоны взбирались на крыши домов, проникали в окна и жрали людей, которые отказались от эвакуации. Для некоторых было лучше умереть здесь, чем лишится всех трудов их жизней. Некоторые старики же просто предпочли оставить места в убежищах для молодых.

Остатки солдат под уже не такими уверенными командами Грулара пытались выстроить оборону. Но демоны лавиной хлынули из всех переулков, со всех улиц, вбегая во все внутренние дворы.

А вместе с тем всё сильнее становилась ненависть и боль. Обряд демонологов достиг пика, питаясь бесконечным грехом, источником которого являлись в том числе и сошедшие с ума живые защитники.

Один из таких обезумевших набросился на Готрика со спины, отбросив оружие одержимый попытался впиться зубами в шею оруженосца, но лишь сломал собственную челюсть о стальной воротник. От этого неожиданного поворота Готрик выронил копьё и щит, но сразу же вынул кинжал и воткнул прямо в глаз одержимому.

Безумие захлестнуло Плериандор, где-то вопили во всю глотку сошедшие с ума жрецы Ароса. Вопль служителей света сливался в одну молитву, где всё произошедшее называлось испытанием и проверкой. Жестокой карой всем грешникам, кто отринул веру в светлых богов. Твердя одни и те же слова, жрецы срывали с лица кожу, выдавливали себе глаза и умирали, перевоплощаясь в ужасные биомассы уродливой плоти.

Гул стоял и в голове Вильгельма, который уже не понимал, что происходит. Поле боя так стремительно менялось, демоны жрали друг друга, люди убивали братьев по оружию, кто-то молит о помощи, луженная глотка командира извергает рёвом новую команду, а одно из зданий просто разрушается.

Гигантское чудище преисподней размером с трёхэтажный дом врезалось прямо в жилую постройку. От столкновения оно сломало собственную шею, после чего дрыгающаяся в судорогах туша оказалась завалена обломками. Через этот завал сразу же начали пробираться другие твари, пользуясь образовавшимися насыпями из обломков.

Бешенный рёв вырвался теперь уже из самого Вильгельма, который вопреки здравому смыслу бросился прямо к насыпи. Щит куда-то улетел, а полуторник сжимался уже двумя руками. Мощные удары рубили одержимых одним за другим, а сам рыцарь поднимался по обломкам наверх.

Гнев внутри становился всё сильнее, а собственная сила почему-то росла. Вот Вильгельм уже на верхушке руин. Туда же, наверх, но с другой стороны, взбирается уродливая шестиметровая многоножка с человеческими конечностями и одной огромной головой. Лезвие меча входит прямо в глаз, когда тварь показывается из-за края, после чего мощным рывком вверх клинок ломает череп твари. Гнев рос также быстро, как и безумие, давая неудержимую силу. Только бой, остальное теперь уже неважно. Нужно лишь убить как можно больше.

И вдруг на себе Вильгельм почувствовал чужой взгляд. Тот самый рогатый демон спокойно шёл по улице вперёд к следующим воротам. Тогда к гневу присоединился всеобъемлющий страх, самый настоящий, истинный страх. Рыцарь точно не был из робкого десятка, но не мог теперь даже пошевелить пальцем. Ужас не пропал даже когда тварь отвлеклась на кого-то, вздумавшего дать ей бой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Через всё поле боя нёсся подобно волне горный хребет, раздвигаясь здания и круша полчища врагов. И на острие разрастающегося хребта стоял сам Барлерот, который за считанные мгновения преодолел десятки метров, молниеносным порывом устремляясь к демону.