Золотой Грифон (СИ) - Афинский Владислав

Золотой Грифон I

Пролог

4600 год пятой эры. Королевство Брариндор, город Драноан. Дом Дранодальдов устроил в честь памяти своих предков турнир.

— Кто составлял турнирные списки? — недовольно вопросил глава рода Дранодальдов, подзывая к себе слугу. — Найди мне этого неуча, я хочу лично на него посмотреть.

— Будет исполнено, — кланяясь в пол, произнёс молодой парень, совсем мальчишка, и спешно отправился выполнять поручение.

— Это позор, настоящий позор, — продолжил сетовать на судьбу глава рода. — Я же говорил выбрать лучших воинов в команду, которая представляет наших героев! Но нет же, набрали зелёных юнцов, на которых нацепили латы. Они должны были победить, но теперь…

— Не стоит так волноваться, отец. Сражение ещё не закончилось.

— Один против пятерых… — Раздосадовано махнул рукой седовласый мужчина. — Брось. Тут и так всё очевидно.

— Ваше сиятельство, — слуга уже вернулся и принёс с собой свиток.

— Что это? Я же просил привести того, кто составил список, а не… Да хранит нас Совет с таким будущим поколением. А, ладно, принеси лучше вина.

Глава рода уже немного успокоился. Пусть сегодняшнее происшествие и запятнает немного репутацию его рода, но этого уже не изменить. Лучше подумать о решении последствий, но это уже завтрашнее дело.

— Никак не могу понять, чей это герб на щите этого рыцаря?

Старые, но всё ещё крепкие руки развернули свиток, а после цепкий взгляд начал искать нужное имя. Методом исключения были отсеяны лишние, те, кого глава рода точно знал. Однако, видимо, этот рыцарь не обладал благородной фамилией. После началась оценка снаряжения, ведь каждый участник регистрировал перед турниром свою броню и оружие. А то уже находились уникумы, которые пытались протащить мощные артефактные доспехи и рунные клинки под видом обычных…

И внезапно глаза остановились на одном имени.

— Не может быть, это действительно он? — удивился глава рода, после чего погрузился в грустные воспоминания прошлого.

***

— Так, парни, мы почти это сделали. Все эти богатенькие детишки лордов уже в грязи, остался последний. Нас пятеро, а он один. Не спешим и всё получится.

— Полуторный меч, дорогой, но изрядно потрёпанный доспех, который много раз чинили. Странный щит с неизвестным гербом, который не соответствует регалиям на броне. Будто он его украл или подобрал на поле брани… Да это же тот самый…

— Отставить панику, окружаем и глушим.

— Сдавайтесь и я вас не убью, — донёсся тихий голос из-под полного шлема, но пятеро его просто проигнорировали.

Пятеро против одного, какие тут уже шансы. Пусть снаряжение рыцаря и отличалось от этих участников с дороги, но не настолько сильно. Его окружат, сломают щит, повалят и забьют. Также считал и ведущий турнира, который вовсю глотку кричал, разжигая толпу ещё сильнее.

Но Вильгельм не слышал ни одного слова, в ушах стояли лишь яростные удары собственного сердца. Глаза смотрели на противника спереди, из-под плотного забрала. Он знал, что его уже пытаются окружить, этого допустить нельзя.

Резкий рывок поднял пыль, а подобной прыти от облачённого в тяжёлую броню рыцаря противники явно не ожидали. Но несмотря на физическую подготовку Вильгельма, застать врасплох врага не удалось. Вперёд выскочил один из пятерых, который был вооружён двуручным топором.

Лезвие тяжёлого оружия внушало ужас, пусть оно и было специально затуплено перед турниром, но удар вполне сможет сломать кости. Но Вильгельм этого не боялся, продолжая натиск. Топор обрушился на подставленный щит, разнёс дерево в щепки и ударился о наруч. Но Вильгельма и это не остановило.

Рыцарь продолжил движение подобно тарану. Топор ударил обратной стороной своего владельца прямо в нос, после чего Вильгельм плечом повалил соперника с окровавленным лицом. Этот из турнира выбыл, а возможно ещё и покинул мир живых, если носовая кость повредила мозг.

Следующий удар Вильгельм пропустил. Молот опустился прямо на колено, заставляя ногу согнуться. В ответ рыцарь без угрызений совести нанёс полуторником колющий удар прямо в пах врагу. Может быть это не так доблестно, но за то эффективно.

Оставшиеся противники уже были вплотную и собирались атаковать. Резкий рывок в сторону одного из них и полуторник пронзает на сквозь ржавую кирасу третьего врага. Он умер почти сразу. Теперь у него не было даже шанса сдастся, но его ведь предупреждали.

Полуторник пробил пусть и ржавую, но всё же кирасу насквозь, что уже стало удивлением для толпы. Однако на этом чудеса закончились, пусть и меч намертво застрял в теле врага. В это же время двое оставшихся уже обрушили шквал ударов по рыцарю.

— По голове бей! По голове! — кричал владелец палицы, нанося звонкие удары своего простого, но всё равно крайне опасного оружия.

— Лучше по ногам!

Второй был явно умнее, но вооружён он был мечом. Конечно, суставам даже от ударов клинкового оружия было плохо, но плохо не значит рассыпаться в пыль, как, например, после удара дробящего оружия. Хотя совсем уж глупцом владелец палицы не был. Удары по голове могли оглушить даже облачённого в тяжёлый шлем врага. Только вот не конкретно этого врага.

— Ай, чёрт, — Вильгельм бросил своим попытки вытащить полуторник.

И сразу же владельцу палицы прилетел кулак в лицо, отправляя того в нокаут.

— Сдаюсь! — бросил меч последний противник, показывая нужный жест. — Бесчестное сражение.

Толпа, тем временем, завыла. Для них бой был действительно зрелищным и захватывающим. Им было плевать, что у одной из команд оружие было затуплено, а броня походила на мусор. Турнир для них был в первую очередь шоу и ничем более. Да и все, кто обладал хоть каким-то интеллектом, уже знал победителя заранее. Впрочем, конкретно сегодня случилось неожиданное и Вильгельм остался один против пятерых. Но это лишь исключение, обычно подобные реставрационные турниры в память былых выигранных битв проходят в одни ворота. Добрые герои королевства выигрывают, а злые враги королевства проигрывают. В роли добрых выступают благородные аристократы в лучшем снаряжении, которым нельзя умереть, а в роли врагов — безродная чернь, вооружённая чем попало. Если аристократ кого-то случайно убьёт — это подвиг, а если кто-то из команды черни ранит благородного воина — это минимум двадцать ударов плетью. Серьёзно ранит, например что-нибудь сломает, — уже риск смертной казни или рабства. Убийство же повлечёт максимально наказание, за которое будут отдуваться ещё и родные. Так что чернь пыталась повалить своих противников, а аристократы просто отрывались на полную.

— И Вильгельм Твёрдолобый, Защитник Переправы побеждает своих врагов в одиночку! — кричал ведущий.

Но рыцарь уже отправился под трибуну, где его ждал лекарь.

— Жизни что-то угрожает? Переломы? Кровотечения?

— Вроде нет, броня выдержала, но кажется я растянул связки…

— Понятно, держите, приложите на ночь и прочитайте молитву.

Лекарь протянул рыцарю свёрток со странной травой, после чего ушёл. Вильгельм сразу же выкинул этот мусор, грустно взглянув на других участников из его команды. Там, благородным сынишкам, уже оказывали помощь маги света и природы, которые своим заклинаниями исцеляли за считанные секунды даже самые ужасные раны. Вильгельму же полагалось только лечение эффектом плацебо. Но хоть в команду победителей взяли…

— Ваша награда за победу, — следующей к рыцарю подошла какая-то женщина, протягивающая хлипкий кошель с монетами. — Все вычеты уже произведены.

Вильгельм уже по одному весу кошелька понял, что этого ему едва ли хватит хотя бы на починку своего доспеха. Всё же удары врага его сильно помяли. А ведь на что-то ещё нужно жить.

На турнирной арене, тем временем, начался новый бой. Там теперь сражались маги, вооружённые дорогими артефактами. Кто-то зачаровывал себя и своё оружие огнём, кто-то посылал во врага ледяные вихри. Это выглядело куда зрелищнее и эффектнее, чем сражение обычных смертных. Поэтому Вильгельм и был на разогреве, получая за свои бои сущие копейки.