По соседству с герцогом - Селеста Брэдли

Его мускулистый живот резко сократился в ответ на это. Она провела по нему ладонью, только чтобы снова увидеть реакцию мужа.

- Вы боитесь щекотки, милорд?

Колдер прижал большую руку поверх ее руки, чтобы остановить движение. Удивленная, девушка подняла взгляд, чтобы увидеть, что его глаза стали темными и горящими, дикое вожделение едва удерживалось в них.

- Не надо, - процедил он сквозь стиснутые зубы.

О Боже. Как бы ей не хотелось увидеть, как он потеряет контроль от страсти к ней - возможно, не в этот раз! - Дейдре отказалась от подтверждения своей теории о щекотке - как-нибудь в ближайшее время, милорд ! - и широко распластала обе ладони по твердой поверхности его груди, только для того, чтобы обнаружить, что они слишком малы, чтобы закрыть большую ее часть. Она не была маленькой женщиной, но Колдер был прекрасным, большим мужским экземпляром…

Тревожный сигнал прозвучал внутри нее. Ее взгляд метнулся вверх, чтобы встретиться с его сосредоточенным взглядом.

- Что, ели это… это не подойдет?

- Тогда я немедленно убью себя, - задохнулся от смеха маркиз. - Потому что жизнь перестанет иметь смысл.

Девушка нервно рассмеялась, не слишком убежденная.

Колдер с трудом сглотнул.

- Дейдре, я не смогу ждать еще дольше…

- О! - Она снова вела себя эгоистично. Девушка потянулась к пуговицам на его брюках. - Вот, позволь мне помочь…

Он переместился так быстро, что она даже не заметила этого. Внезапно Дейдре снова оказалась на спине, в этот раз ее запястья были прижаты над ее головой.

- Не надо… - Его голос был похож на стон возле ее шеи. - Я не смогу остановиться…

Колдер не мог думать, не мог рассуждать. Его мыслям пришлось пробивать свой путь через грохочущее животное вожделение, медленно вползая в его сознание - Боже, ее запах! Ее кожа… ее любопытное прикосновение… ее милые опасения…

Он никогда так сильно не хотел никого за всю свою жизнь, даже когда был похотливым юнцом! И все же она была нетронутой и нервничающей, его новобрачная. Невозможно, чтобы она была готова для него. Дейдре должна быть испугана. Колдер боялся, что ему придется оставить жену прежде, чем он сделает что-то, о чем они оба будут вечно сожалеть.

Глава 35

- Колдер? - раздался теплый шепот Дейдре возле его уха. - Сними свои сапоги.

Сапоги взлетели в воздух до того, как Дейдре успела три раза вдохнуть. Его брюки и нижнее белье последовали за ними, снятые одним движением. Колдер стоял перед ней, обнаженный и великолепный, его мощная грудь поднималась и опускалась от желания к ней.

Она поднялась на колени и стянула сорочку через голову, отбросив ее в сторону, где та легко накрыла сверкающую кожу его сапог на полу.

На ней все еще оставались чулки, но Дейдре не думала, что сейчас время для…

Затем он оказался на ней, его горячие руки коснулись ее кожи, его обжигающий рот захватил ее губы. Никаких больше разговоров, никаких мыслей, никакого времени для опасений. Маркиз поднял ее и перекатил так, что они оба оказались на куче шелка, одна его рука лежала на ее спине, другая распласталась по обнаженным ягодицам. Он раздвинул своими длинными ногами ноги Дейдре и лег на нее.

- Откройся, - простонал он. - Откройся мне, пожалуйста, моя любимая…

Ее сердце застучало от этих слов. Спрятав свое лицо у его горла, чтобы скрыть внезапно увлажнившиеся глаза, девушка подняла свои колени таким образом, чтобы обхватить его бедра. Она погрузилась пальцами в его волосы и застыла, готовая к боли, желая сделать все для этого замечательного мужчины, который назвал ее «любимой».

Когда она ощутила, как толстая головка его пениса касается самых нежных ее частей, Дейдре пожелала самой себе не вскрикнуть от удивления. Сейчас он толкнется в нее, пронзит и заберет ее девственность. Скоро все закончится и никогда больше это не будет таким неприятным. Она не боится.

Колдер не двигался, а только сдерживал себя над ней, дрожа и с трудом дыша. Дейдре заколебалась, затем сделала то, что казалось естественным - обхватив его бедра, она круговыми движениями прикасалась своей влажной плотью к головке его члена. Он задохнулся и вздрогнул, что заставило мужчину немного глубже проникнуть в нее. Девушка замерла от тянущей боли, но эта боль показалась не сильнее, чем небольшой ожог и вскоре утихла. Ободренная, она крепче обхватила мужа ногами и принимала его все глубже в себя, дюйм за дюймом, вздыхая от боли, когда он медленно преодолевал небольшое сопротивление ее тела. Колдер позволил ей задавать темп, сдерживая себя тем, что с силой, от которой побелели суставы, стиснул две пригоршни атласа рядом с ее головой.

Наконец- то он полностью втиснулся в нее. У Дейдре, конечно, были сомнения в том, что это «наконец-то» настанет. Но, когда последняя боль утихла, она провела руками по его твердой спине.

- Вот, - прошептала она. - Сейчас ты во мне.

Затем ее пальцы впились в мускулы на его спине, когда он неожиданно раздулся внутри нее. Сейчас девушка поняла - каким-то образом он удерживал себя от того, чтобы не вырасти до максимального размера, до тех пор, пока она не будет готова! Несмотря на слезы боли, от которых повлажнели ее глаза, Дейдре прикусила губу и глубоко вдохнула. Он не узнает.

Его член все еще рос, до тех пор, пока она не начала извиваться под ним, отчаянно пытаясь приспособиться к нему, и опасаясь, что этого не произойдет. Господи, он огромен! Я не могу… это не…

Наконец, девушка ощутила, что привыкла к нему. Вздохнув с облегчением, она расслабила стиснутые пальцы и легко провела ими по спине Колдера. Все закончилось.

До тех пор, пока он не начал двигаться.

При первом медленном, тянущем движении назад, она вскрикнула от яркого ощущения. Маркиз замер, заставив ее захныкать и извиваться под ним.

- Еще… - задыхаясь попросила она.

Он двигался так медленно, создавая впечатление, что каждый момент продолжается целую вечность бездыханного удовольствия. Дейдре хныкала, стонала, цеплялась за него руками и ногами, не в силах поверить, что она могла прожить всю жизнь без прикосновения этого мужчины!

Каждое медленное движение назад, каждый слегка болезненный толчок сводил ее с ума до тех пор, пока Дейдре не превратилась в порочное, задыхающееся животное в его объятиях. Пот сделал их кожу скользкой, ее губы распухли от опустошающих поцелуев, ее соски пульсировали от его горячих, нежных кончиков пальцев; она выгибалась под ним, желая большего, еще большего…

Пока, наконец, это не обрушилось на нее, как волна на утес. Раскаленное добела удовольствие откуда-то из самой глубины женского тела пронеслось по ее венам, сжигая мысли, заставляя Дейдре уцепиться за мужа и застонать в его скользкую от пота грудь.