Только не это! - Ольга Смышляева

— ...чем навсегда закрыла тебе путь в Академию, — не растерялся наглый светлый. — Что вам троим вообще здесь понадобилось?

Промелькнула мысль воспользоваться той же самой легендой, которую я сочинила для Марлены, но быстро отогнала её прочь. Упоминать о зеркале лишний раз не стоит. На Марлену мы можем отчасти положиться, а на Ингрэя ни в какую.

О, придумала!

Виновато опустила взгляд в пол и заговорила тихим голосом:

— Ты ведь знаешь, что тёмным запрещено покидать Резервацию и пересекать границу Королевства под любым честным предлогом. Мы живём на бесплодных землях, где никогда не светит солнце, без права когда-нибудь узнать другую сторону. Нам было интересно посмотреть, как живут светлые, не больше. Доволен?

На какую-то минуту самой захотелось, чтобы так оно и было. Только любопытство. Чтобы артефакт не нужно было разбивать, и чтобы Академия осталась целой. Чтобы нам с Майло и Лёвой больше не пришлось дрожать за свои жизни, стоя перед Варлоу, и чтобы уважение родителей не приходилось заслуживать, делая то, чего не хочешь... Много этих «чтобы» и все из категории фантастики.

Ну уж нет! Соберись, Иви! Сентиментальная слабость недостойна дочери Чернокнижника.

— Не больше? — Ингрэй недоверчиво вздёрнул бровь.

Я смиренно кивнула, заглянув прямо в его притягательные серые глаза.

— Мы не опасны, — прошептала чуть охрипшим от волнения голосом. — Не выдавай нас, прошу. Через пару дней мы сами уйдём, обещаю.

Похоже, моя фальшивая печаль тронула Ингрэя. Он соизволил встать с кровати и только сделал шаг навстречу ко мне, как свеча на тумбочке внезапно вспыхнула голубоватым пламенем. Так горит сигнализирующее заклятие.

— Фелисити переступила порог женского крыла, — светлый подтвердил мою догадку. — Что-то её быстро засекли.

Здорово! Не хватало ещё того, чтобы блондинка застукала нас в одной комнате после отбоя. Уж она-то язык за зубами держать не станет, не после того, что мы устроили друг другу накануне.

— Сюда ей добираться меньше минуты, живо прячься!

Ингрэй состроил недовольную мордочку:

— Не хочу.

— Кого тут интересуют твои желания? — Сама схватила его за рубашку и подтолкнула к шкафу. — Мне не нужны дурацкие слухи вдобавок ко всему прочему. Не полезешь сам, превращу в жабу.

С силой раскрыла дверцу, сдвинула немногочисленные шмотки Имани в сторону и затолкала медлительного парня внутрь.

— Эй, Иви...

— Чего тебе? — обернулась.

Ингрэй поймал меня за руку, резко притянул к себе и коротко поцеловал.

— Плата за моё молчание.

— Продешевил, — прошипела я, отталкивая его. — Подашь признаки жизни, клянусь Тёмным Императором — попрошу друга наслать на тебя проклятие Червивого Поцелуя.

Прежде чем дверь отворилась, я успела потушить свет, забраться под одеяло и сделать вид, будто давно и крепко сплю.

На пороге показалась недовольная Фелисити. Бросив на меня неприязненный взгляд, она целую вечность копалась в своих вещах в поисках ночной сорочки и, наконец-то, скрылась в ванной. Вскоре послышался шум воды. Не стоит пренебрегать таким подарком!

Быстро вскочив на ноги, вытащила Ингрэя из укрытия и выпроводила из комнаты.

— Ты узнал всё, что хотел. Теперь будь человеком — не подставляй меня.

— Эй, а пожелать хороших снов?

— Перебьёшься, — улыбнулась ему, захлопнув дверь.

— Так-так-так. — Из коридора донёсся голос карги-сторожа. — У нас тут ещё один избранный, который считает, что правила писаны для простых смертных?

— Прекрасно выглядите, госпожа Марджана, а я уже ухожу! Доброй ночи.

— Стоя-ять! Неуловимый Эрси наконец-то попался...

Надеюсь, наказания в Академии не такие суровые, как в Школе Аларика. Не хотелось бы, чтобы у Ингрэя были неприятности, напоминающие ему обо мне.

На цыпочках вернулась в кровать и накрыла голову одеялом. Не в меру догадливый светлый лишил сна на ровном месте! Как теперь сознаться Майло и Лёве в том, что о нашей тайне знает ещё один человек? Более того — этот человек Ингрэй...

Он пообещал не выдавать нас, и я поверила ему вопреки логике. Только бы не пришлось раскаиваться.

12 Глава. Напряги извилины.

Аудитория, в которой нам предстояло сдавать экзамен по «астрологии и прорицаниям», находилась в самом дальнем закутке учебного крыла. К ней вели узкая деревянная лестница и полоска ароматного дыма с ярко узнаваемыми нотками мака. Ну, если светлые используют для вызывания своих видений дурманящие вещества, то этот предмет ещё тупее, чем казался с первого раза. И чего наши сокурснички так нервничают? Главное поувереннее врать, и пять баллов обеспечено.

Внутри аудитория не походила ни на что, ранее нами виданное. Полукруглая комната напоминала амфитеатр, в котором задние парты находились почти под потолком, а учительский стол внизу и по центру. На ступенях и скамейках валялись многочисленные ковры, расшитые звёздами покрывала и подушечки с помпошками. Между партами свободно гуляли Кат Ши. Окон не было в принципе; приглушённый свет лился из круглого отверстия в выкрашенном синей краской потолке.

Профессор ещё не подошла, но студенты без лишних разговоров заняли свои места, прилежно открыли конспекты с книгами и погрузились в чтение.

Мы устроились на самых верхних рядах в стороне от большей части учеников, чтобы избежать любопытных ушей, но в одиночестве всё же не остались. Ингрэй с компанией дружков расположился через несколько парт от нас. Поймав мой взгляд, он многозначительно подмигнул. Я тут же отвернулась, пока непрошенные воспоминания не захватили разум. Впереди экзамен, и пусть он проходит не в Школе Аларика, я не позволю себе получить за него ноль баллов из-за того, что засмотрелась на парня. Академия уже нанесла удар по моему самолюбию отличницы, хватит.

То, что теперь Ингрэй в курсе нашей «тёмной» тайны, лишь осложняет мои с ним отношения. Я запуталась, не понимаю саму себя, и ещё мне страшно, именно страшно. Вдруг действительно влюбилась, что тогда? Это ведь тупик! Не думать об Ингрэе никак не получалось и, если честно, мне не хотелось прекращать, но чтобы сохранить душевное равновесие, отныне я должна видеться с ним как можно реже. На том и порешила.

— Да кто такая эта Афродита? Вендиго, гарпия, банши? — Майло придурковато скривил губы.

— Нет, она человек, — почему-то шёпотом ответила Марлена. — Афродита женщина принципиальная — взяток не берёт, фаворитов не заводит. Характер у неё скверный: девчонок не любит за то, что очередной мужчина всей её жизни ушёл к молодой и симпатичной, а парней за то, что после того случая «все мужики козлы».

В задумчивости