Только не это! - Ольга Смышляева

глазах едва не потемнело. Я получила неуд! Какая разница, что это не Школа Аларика, меня вновь унизили перед всем классом.

Тут же в воздух взметнулась рука Марлены. Мерзкая старушенция кивком дала ей слово.

— Профессор Шализмандарау, я считаю, что чародеи правы, и мы не должны пренебрегать историей тёмных. Тёмные важная противоположность, без которой мир перестанет существовать. Нет дня без ночи, неба без земли, тепла без холода. Да, через Тьму в мир приходят страшные вещи, но это не значит, что она сама плохая. Светлые ведь тоже ошибаются.

Попробовал бы кто-нибудь в Резервации выступить с пропагандой светлых, его бы мигом вздёрнули на тысячелетнем дубе, а тут терпят! Эта толерантность однажды их и погубит.

— Снова ты за своё, Марлена, — раздражённо ответила учительница. — Никого твои пламенные речи не вдохновляют, смирись. Если ректор Ливси не возражает против твоего хобби, это не значит, что мы все последуем его примеру. А пока тебе ноль баллов за урок. Ну? Кто-то ещё хочет высказаться не по химерам?

Аудитория единодушно промолчала.

Следующий урок проходил у декана Дарси. Уж её-то «превращения» никто не посмел проигнорировать. Задние ряды были оккупированы в мгновение ока, но мы не расстроились. Майло уселся рядом с Марленой за первой партой, а мы с Лёвой заняли места за их спинами. Проснулись даже наши звёзды — Ингрэй, Фелисити и Конан. Всех троих я бы предпочла не видеть.

Вчера перед сном у нас с блондиночкой вышел небольшой конфликт на почве праведной мести: я запустила в её кровать змей, она ответила крысами, и так заклятие за заклятием, пока девчонки из соседней комнаты не вызвали старосту, которая пообещала сдать нас декану.

Конан меня демонстративно не замечал, занят был восстановлением пораненной самооценки. Сегодня он выглядел как ожившая мечта девичьих грёз, и где-то в глубине моего чёрного сердца кольнула иголка сожаления по упущенной возможности изучить любовь.

— Эй, Жуана, хочешь сходить со мной на свидание? — Конан дёрнул за рукав брюнетку с причудливой причёской-пальмой.

— Извиняй, другие планы, — ответила та, надув пузырь из жвачки и смачно лопнув его. Несколько девушек по соседству изумлённо открыли рты, словно видят самую тупую из всех представительниц женского пола.

— Ты же ещё не знаешь, когда, — улыбка инкуба повяла, но самоуверенность с лица не стёрлась.

— Да мне всё равно. Слышала, тебя вчера сразу две девчонки бросили, я не хочу быть «скорой помощью» для твоего разбитого самолюбия.

— Ра... разбитого самолюбия? — Конан подавился воздухом.

— Его бросили? Это правда? — со всех сторон послышался шёпот.

В глазах красавчика появилась паника. Его рейтинг только что покатился вниз по воображаемой лестнице. Вряд ли надолго, он всё же инкуб, а физиология сильнее любых слухов, но бедняге не позавидуешь. Он ведь ничего другого не умеет.

Упорное равнодушие Конана к моей персоне с лихвой компенсировалось повышенным вниманием Ингрэя. Парень сидел через несколько столов справа в компании своих дружков. Я постоянно ловила на себе его взгляд, особый взгляд прищуренных серых глаз, в глубине которых вспыхивали искры. В нём было нечто большее, чем напоминание о вчерашних поцелуях, он словно пытался просветить меня насквозь... И вопреки логике, мне это нравилось.

Похоже, я чем-то заразилась. Какой-то болезнью светлых, передающейся с поцелуями. Вчера, перед тем как заснуть, я поймала себя на том, что улыбаюсь! Только бы меня не потянуло петь обо всём подряд и танцевать с предметами интерьера! Нет-нет-нет. Надо срочно что-то делать, пока моё безумие ещё не заметно для окружающих. Например, разбить чёртов артефакт и убраться в Резервацию!

Вырвала из тетради клочок бумаги и написала:

«Моя неземная краса сразила тебя наповал или что-то нужно?»

Скомкала в тугой шар, наложила руну меткости и запустила им в глаз Ингрэю. Светлый изловчился поймать, быстро прочитал, и через минуту уже я ловила послание.

«Что-то нужно».

И больше ничего. В ответ я демонстративно испепелила бумажку в руке.

— Что происходит между Ингрэем и тобой? — тихонько поинтересовался Лёва. Если Майло услышал его, то был слишком увлечён болтовнёй с Марленой, чтобы вставить своё любимое слово.

— Ничего, — отмахнулась я. — Пари ты выиграл, он тебя не потревожит.

— Я не про себя спрашивал. «Лучше бы про себя! Иви с любой проблемой справится, а за нас я волнуюсь». С каких это пор? Ты едва нас ректору не сдал. «Так ты ещё дуешься? Вот уж действительно Неженка».

— Может, вам пора помириться? — я воспользовалась случаем, чтобы перевести тему.

— Я не хочу его знать, — отрезал Лёва. Разумеется, его альтер-эго не смолчало: — «Эй, Иви, улови иронию: перед тобой человек, который не хочет знать свой здравый смысл».

В их ссоры лучше не влезать с комментариями, иначе потом останешься крайним. Плавали, знаем. Вот и сегодня не стану. Опустив подбородок на парту, я открыла учебник «превращений» на первой попавшейся странице и попробовала отвлечься. Буквы, буквы, буквы, а мысли всё равно убежали прочь.

Преподаватель подошла с пятиминутным опозданием и, прежде чем начать, окинула всех присутствующих строгим взглядом, на несколько бесконечных мгновений дольше задержавшись на нас троих.

— Почёта и процветания, класс, — её обманчиво нежный голос сумел передать скорые неприятности.

— Почёта и процветания, профессор Дарси!

— Сегодняшний урок мы посвятим международной истории. Вы проходили эту тему ещё на первом курсе и наверняка всё забыли. Стыдно!

Поднявшиеся перешёптывания были пресечены ударом ладони по столу. Для ребят действия декана попахивали самодурством. Конец учебного года, впереди экзамены, половина оценок за которые пойдут в диплом, а она предлагает заняться никому не нужным повторением никому не нужного материала.

Кажется, я уже знаю, в какую сторону дует ветер.

— А если мы не забыли? — подняла руку одна из девочек с первых парт. Ещё надеется, что учитель одумается. Наивная!

— Тогда, у вас есть уникальная возможность получить лишние пять баллов по моему предмету, — Дарси ничуть не растерялась. — Тем более с нами учатся чародеи из Страны Орз, и мы из первых уст можем узнать о соседнем государстве все самые интересные подробности.

Особый акцент на слове «все» и холодная улыбка-предвкушение лишили последних иллюзий. Нас ждёт допрос. Возможно, с пристрастием.

Декан повесила на доску карту Восточного континента, на стол положила книгу, посвящённую Стране Орз. Студенты поняли, что спрашивать будут не их, расслабились и потихоньку занялись своими делами.

— Имани Баранка, выходите к доске и расскажите нам о