Истинное зло - Грег Айлс

Джек тяжело осел в кресле. Директор потер левую щеку и произнес более жестко:

– Агент Морс, прошу вас, выслушайте меня внимательно. Я хочу, чтобы вы взяли продолжительный отпуск. Мы оформим его как отдых в лечебном профилактории. Во время отпуска вы должны будете пройти тщательное психиатрическое обследование. – Робертс взглянул на Джека Морана. – Если вы согласны, я отложу вашу завтрашнюю встречу в службе профессиональной ответственности, пока мы не получим результаты обследования. Я делаю это предложение, учитывая ваш безупречный послужной список в качестве агента ФБР. Однако все это возможно лишь при том условии, если вы обязуетесь здесь и сейчас, – Робертс заглянул в лежавшую перед ним бумажку, – «прекратить все противоправные действия, связанные со смертью вашей сестры, а также с адвокатом Эндрю Раском, вашим бывшим зятем Уильямом Феннелом и вашим племянником Джеймсом Феннелом-младшим». – Директор поднял голову. – Кроме того, вы должны прекратить контакты с помогавшими вам агентами. Это неблагоприятно скажется на их карьере, да и на вашей тоже. В случае вашего согласия вопрос об увольнении будет снят, и через какое-то время вы сможете снова приступить к своим обязанностям.

Директор откинулся в кресле, очевидно, ожидая ее ответа. Висевший над ним портрет президента молча смотрел на Алекс, словно ждал того же. Морс обдумывала слова Робертса, разглядывая обувь Джека Морана. Красивые кожаные туфли с дырочками, новенькие и начищенные до блеска, совсем не те, что он носил на «полевой» работе. Да, предложение очень щедрое. Алекс чувствовала, что к нему приложили руку не только Джек Моран, но и сенатор Кэлверт. Ей совсем не хотелось разочаровывать нового директора, человека, судя по всему, вполне разумного. Еще меньше она желала разочаровывать Морана, которому многим обязана. Морс посмотрела на директора и тихо спросила:

– У вас есть сестра, сэр?

– Алекс, – вмешался Моран, – только не надо…

– Все в порядке, Джек! – прервал его директор.

– Простите, если мой вопрос показался вам бесцеремонным, сэр. Я только хочу, чтобы вы поняли мою позицию. Перед смертью сестра сообщила мне, что ее погубил собственный муж. Она всегда была трезвомыслящей женщиной, но я все-таки усомнилась. Однако через несколько дней выяснилось, что у мужа действительно имелся веский мотив убрать жену с дороги – некая привлекательная женщина. Сэр, я пообещала сестре сделать все, что моих силах, чтобы вызволить ее сына из рук отца. И единственный способ, которым я могла воспользоваться, – расследовать ее убийство. Потому что больше никто не собирался это делать. – Алекс развела руками. – Собственно, это все. Я дала ей обещание, сэр. Такова была ее последняя воля. Вы меня понимаете?

Директор внимательно смотрел на Алекс.

– У меня есть сестра, агент Морс. И, честно говоря, не знаю, как бы я поступил на вашем месте. – Робертс взял со стола пресс-папье, стеклянный куб со встроенными часами, и повертел его в руках. – Но это ФБР, и мы не можем терпеть нарушения дисциплины.

– Да, сэр. Я не хочу нарушать дисциплину. Охотник-одиночка – не мой стиль. Я бы предпочла, чтобы за моей спиной стояла вся мощь Бюро. У меня хорошая интуиция, сэр. Джек подтвердит это.

Джек одобрительно кивнул.

– Я уверена, что не ошибаюсь. Так же, как тогда в банке. И кажется, это до сих не дает покоя некоторым людям.

Моран сдвинул брови, уловив завуалированный намек на Додсона. Алекс коснулась раненой щеки.

– За свою правоту мне пришлось заплатить большую цену. И сейчас, поможете вы мне или нет, я выполню свое обещание сестре. Докопаюсь до причины ее смерти, чего бы мне это ни стоило. Надеюсь, что я останусь агентом ФБР, но в любом случае этот день наступит.

Директор тяжело вздохнул и посмотрел на Морана:

– Полагаю, все ясно, Джек.

Моран встал и проводил Алекс в коридор. Как только дверь закрылась, он обнял и крепко прижал Морс к себе. Она пыталась бороться со слезами, но когда Джек погладил ее по волосам, из груди Алекс вырвался всхлип.

– Ну что? – спросила она. – На чем я прокололась?

– На квартире в Шарлотте. Ты отказалась от ее аренды, и Додсон почуял неладное. Он начал наводить справки и все выяснил.

Она кивнула, все еще уткнувшись лицом в его грудь, потом откинула голову и взглянула ему в лицо.

– Думаешь, я спятила?

– Нет, ты измотана. У меня тоже было такое время. Я выкладывался на службе так, что в конце концов попал в больницу в Миннеаполисе. По странному совпадению это случилось после смерти моей жены. Понимаешь, о чем я? Есть определенная связь между личными потерями и… тем, что происходит на работе. Когда ты теряешь над собой контроль. Именно это с тобой и случилось, Алекс. Жизнь нанесла тебе тяжелые удары. Никто не может вынести подобное бремя.

Алекс вытерла слезы.

– Понимаю, но…

Джек прижал палец к ее губам.

– Обещай мне кое-что.

– Что именно?

– Постарайся завтра не причинять себе больше вреда, чем это уже произошло.

Морс усмехнулась:

– Ты о чем?

Моран сжал ее руку.

– У тебя здесь еще есть друзья. Это все, что я могу сказать. Не давай ублюдку Додсону шанса вздернуть тебя.

Алекс кивнула, но ее мысли были уже далеко. Попрощавшись с Джеком и шагая по длинному коридору, она мысленно видела перед собой Криса Шепарда, игравшего в бейсбол с приемным сыном. На эту картинку, словно черная тень, наползал образ Торы Шепард в одной постели с Шейном Лэнсингом. Глаза Торы горели адской похотью, почти буравя Алекс мозг. Где-то позади маячил Эндрю Раск с жадным оскалом, а еще дальше, почти невидимый вдали, таился еще более мрачный и опасный силуэт – темная фигура без лица.

– Я знаю, что ты там, – пробормотала Алекс. – И я доберусь до тебя, ублюдок.

Глава 29

Пока Алекс шла по зданию Гувера, Элдон Тарвер сидел на корточках возле ручья и пытался опорожнить свои кишки. Последние восемнадцать часов он провел в лесах Чикамагуа, предоставив полиции Натчеса, полицейскому управлению округа Адамс и дорожно-патрульной службе штата прочесывать окрестности в поисках белого фургона, неторопливо тащившегося по дну Миссисипи в сторону Батон-Руж.

Недалеко от него у ствола дуба стоял мотоцикл, а рядом лежал брезентовый мешок. Тарвер свернул к ручью, чтобы укрыться от солнца и спокойно заняться своим делом. Сидя в тени, он внимательно следил за всем, что двигалось возле ручья. Змеи любят такие места, где много сухой песчаной почвы и от воды веет холодком. К тому же они должны пить, как и люди. Это был один из секретов, который помогал доктору обращаться с рептилиями, – знание, что они во многом похожи на людей. Конечно, змеи холоднокровны, но Элдон еще в детстве понял, что то же самое относится ко многим людям. Змеи живут, чтобы есть, спать и совокупляться. Чтобы есть, им надо убивать. Чтобы убивать, им необходимо охотиться.

Большинство людей тоже охотятся, не считая тех, в ком цивилизация вытравила древние инстинкты. Охота ведется по-разному и в разных местах: на бирже, в офисах, в лабораториях ученых, на темных улочках городов. Есть и те, в ком не угас дух подлинной охоты. Алекс одна из них, и это определяет ее характер. Рожденная с кровью охотника, она просто следует своей судьбе, заключенной в генах предков.

Теперь она охотится за ним.

Морс предстояла трудная работа. Элдон умел прятаться лучше всякого животного. Он мог оставаться невидимым даже для людей, проходивших в нескольких футах от него. Взять хоть сегодняшний день. Он не стал в панике нестись через всю страну, как поступили бы на его месте большинство преступников. Нет, он жил спокойно, среди живой природы, в нескольких милях от места, где его искали.

После убийства Элдон часто впадал в странную летаргию вроде тех, что возникают у змей. Нужно время, что освоиться с крупными событиями. Конечно, потом он снова начнет двигаться и искать очередную цель. Но пока кровь текла в нем медленно и неохотно, а кипевшая вокруг жизнь казалась очень бурной и почти пугающей. Нечто подобное он уже испытывал раньше. Порой Тарвер сам чувствовал себя каким-то ретровирусом, не то живым, не то мертвым, просто куском спирали, фрагментом ДНК, вечно пытающимся прицепиться к любой клетке. Он подозревал, что большинство людей ведут себя так же: полуспят, полубодрствуют, плывут куда-то наугад, пока не проникнут сквозь защиту другого человека. Внедрившись в чужую жизнь, они начинают действовать, чувствовать, функционировать и бешено размножаться. А затем рано или поздно наступает момент, когда они убивают тело своего хозяина. Как все эти озабоченные женщины и мужчины, ищущие помощи у Раска. Большинство уже прицепились к новому объекту и делают конвульсивные движения, стараясь вырваться из прежней оболочки, высосанной ими до конца. И если понадобится, каждый из них готов убить.