Наследник своенравной магии - Чарли Хольмберг

– Я не знаю. Если Короне Сайлас Хогвуд был нужен живым, то, может, они заключили с ним сделку. Сократили ему срок, обеспечили особое отношение, угрожали ему…

– А чем можно грозить тому, кто уже в тюрьме?

Хюльда отвернулась, снова начав ходить по комнате.

– Горс Энд был очень важен мистеру Хогвуду. Что, если Корона захватила его и как-то использовала, чтобы контролировать Хогвуда? Может, ему сказали, что они его не продадут, если он сделает, что они просят…

Мерритт взглянул на камень общения. Минуту спустя он спросил:

– А может аристократ завещать имение не члену своей семьи?

Шаги Хюльды замедлились.

– Боюсь, я тоже не слишком хорошо знакома с британским правом. Но кто-то со статусом мистера Хогвуда уж точно имел достаточный вес, чтобы как-то это провернуть.

– Я тут думаю о том, что мы уже обсуждали с тобой. О БИХОКе.

Теперь она вовсе остановилась.

– БИХОКе?

Он кивнул.

– Что – и я знаю, что ты со мной не согласишься, – БИХОК вроде бы не стоит таких усилий со стороны Бэйли или кого бы то ни было еще.

Она кивнула.

– Да, мы это обсуждали… – Узел ослаб. – И что мистер Бэйли – адвокат мистера Хогвуда по недвижимости.

Мерритт кивнул.

– Мистер Бэйли, который кажется слишком уж заинтересованным тобой и БИХОКом. А камень соединяет с тем Лиджеттом, который кажется очень, очень верным слугой.

Она мгновение смотрела на него, широко распахнув глаза.

– Ты думаешь, мистер Лиджетт унаследовал поместье?

Мерритт вскинул руки вверх, неуверенный.

– Возможно. Хоть частично. Разве есть лучший способ удостовериться в верности слуги, чем пообещать ему плату? А Сайлас не смог бы платить ему обычным способом – не из тюрьмы.

Хюльда это обдумала.

– Если мистер Лиджетт был указан в завещании мистера Хогвуда, то ему бы все выплатили, когда в тюрьме зафиксировали смерть мистера Хогвуда в июне.

– Если только имение не захватила Корона, – добавил Мерритт. – Мистер Эйди доказывает, что они с этим связаны. Все логично.

Она взглянула на камень, затем осмотрела темную, угрожающую комнату.

– Если мистер Бэйли связан с этим наследованием, тогда и он тоже может еще ждать оплаты. Ему было очень интересно узнать про мистера Эйди.

– Потому что если мистер Эйди найдет тело Сайласа, тогда доказательство его смерти приведет завещание в исполнение. Потому что если мистер Эйди спрашивает, то, значит, английское правительство не придает веса первоначальному свидетельству о его смерти. – Мерритт сунул руки в карманы. – Неплохая история, как мне кажется.

Хюльда кивнула:

– Да, неплохая. Но это только теория.

– Можно у камня спросить.

– Пожалуй, лучше не стоит. Пока нет. – Застонав, она позволила ругательству соскользнуть со своих губ. – Черт побери, Мира.

Он сочувственно ей улыбнулся.

– Мы же не можем вечно ее ждать.

– Нет, не можем. – Хюльда схватила ручку фонаря, отчего свет закачался по покрытым потеками каменным стенам. – Мне нужны ответы.

Мерритт подошел поближе, одним пальцем успокаивая фонарь.

– Есть ли еще кто-либо, кому ты можешь написать?

– Кто бы мне ответил? Нет. А лишние расспросы с моей стороны лишь снова привлекут ко мне внимание мистера Эйди.

– Мы не сделали ничего дурного, Хюльда.

– Может, и нет. – Сердце ее упало. – Но наше молчание говорит об обратном.

Сильнее сжав фонарь, она добавила:

– Я должна была с самого начала обо всем рассказать. Мира… – в ее голос пробрались эмоции. – Боюсь, она бросила нас.

Мерритт взял ее за плечи и подождал, пока она не посмотрит ему в глаза.

– Это ее проблемы, не наши. Все пройдет. Мы скоро разберемся со своими. Ты возглавишь БИХОК, если у Уокера есть хоть капля здравого смысла, и мы оставим все это позади. – Большими пальцами он поглаживал ее рукава. – Сайлас умер в британской тюрьме в июне.

Хюльда кивнула, лишь слегка успокоившись.

– Мне нужно знать, что он в самом деле мертв, – прошептала она.

Мерритт привлек ее к себе и обнял.

– Тогда я это докажу. Обещаю.

Глава 16

19 ноября 1846, Маршфилд, Массачусетс

Обратный путь до Бостона оказался долгим и напряженным. Вернув Хюльду в целости и сохранности в отель «Брайт Бэй», Мерритт остановился в маленьком трактире на южной окраине Бостона, прежде чем утром вновь направился в Маршфилд. Недолгие расспросы привели его к дому констебля, которого на месте не оказалось.

– А вы не знаете, где я могу его найти? – спросил Мерритт у миниатюрной блондинки с вьющимися волосами. Он решил, что это жена констебля.

– Обычно по утрам он гуляет по городу, – объяснила она, в ее голосе звучали легчайшие ирландские нотки. – Едет на лошади вниз по Мэйн, а потом вверх по узкой аллейке между букинистом и домом Беннетов – в смысле, это маленький домик, обложенный розовым камнем. – Она поправила шаль, а потом смущенно прикоснулась к волосам. – На случай, если он кому-то понадобится. Он может проверять добровольцев.

– Своих дозорных?

Она кивнула.

– А затем он едет вниз по Уэбстер. Думаю, если вы пойдете в обратном порядке – против часовой стрелки вокруг города, – вы на него наткнетесь. У нас пестрый мерин, на котором он выезжает, а на нем самом – синее пальто и шляпа, пусть даже они ему велики, – она покраснела. – Никак свободной минутки не найду, чтобы распороть швы и получше их для него приладить.

Мерритт кивнул.

– Спасибо вам за помощь, – однако, когда он уже собирался шагнуть с узкого каменного крыльца, что-то в словах женщины кольнуло его. – Не успели перешить его пальто?

Она кивнула.

– Все с малышами, – как по команде, из дома раздался плач младенца. – Мы пока еще обустраиваемся.

– Обустраиваетесь.

Она кивнула. Когда Мерритт продолжил смотреть ей в глаза, добавила:

– Мы здесь всего две недели.

Грудь что-то сдавило, и Мерритт спросил:

– Всего две недели? Мэм, а он не был на службе пятнадцатого октября? – Именно той ночью все и случилось: похищение, схватка, смерть.

Она моргнула:

– О, нет. То был констебль Гарольд. Он вышел на пенсию и переехал в Северную Каролину. Довольно внезапно, как мне говорят. Мы прежде были в Даксбери, а мой брат услышал об этом – и вот мы приехали занять его место.

Мерритт знал, что таращится на эту женщину, отчего ей, наверное, неуютно, но ничего не мог с собой поделать. Его разум слишком медленно переваривал информацию. Человека вызывают позаботиться о Сайласе Хогвуде, а затем он внезапно выходит на пенсию и переезжает через несколько штатов?

Мира, это твоих рук дело?

Он поймал себя на том, что пытается вообразить, насколько велико влияние этой женщины, и, встряхнувшись, вернул себя