Наследник своенравной магии - Чарли Хольмберг

снова услышал ту крысу. Мысленно потянулся к ней. «Что здесь произошло?»

«Прятаться. Прятаться. Запах? Искать».

Мерритт покусал губы. Хюльда протянула руку и забрала фонарь, затем вернулась по их же следам в главную комнату. Он пошел за ней, его ноги хлюпали при каждом шаге.

«Свет. Свет».

Новый голос. Мотылек? Нет, скорее как… паук, хотя и не совсем такой, как в его комнате. «Что здесь произошло?» Он надавил. «Что ты видел?»

«Человек. Люди. Свет».

Он перестал давить. «Человек в черном. Который с магией. Он здесь умер». Он попытался представить себе эту сцену: Сайлас, грудой лежащий на полу, ломик Хюльды в его руке. «Что случилось потом?»

«Люди. Люди».

– Интересно, – сказала Хюльда, – что они с ним сделали.

«С кем?» – попытался спросить Мерритт, но понял, что голос пропал. Он показал на горло, привлекая внимание Хюльды.

– С Сайласом? – просипел он.

Она кивнула.

– Я была бы не против увидеть его могилу. Чтобы поставить точку.

– А смерть – это для точки недостаточно? – Он звучал как лягушка.

– Не в его случае, – ответила Хюльда и вернулась в коридор, забирая с собой свет. – Не в его.

Край круга света от фонаря отразился от чего-то, за что зацепился взгляд Мерритта.

– Хюльда, – он направился к большому камню возле искореженной железной решетки. – Хюльда, вернись сюда.

Круг света сдвинулся, когда она шагнула к нему, и вот он упал на гладкий камень в форме яйца размером полтора фута[10] в поперечнике. В тени он казался просто еще одним серым камнем, которых в подвале было полно. Но на свету стало ясно, что одна его сторона была бледной и прозрачной; та сторона, которую они бы увидели, только идя в обратную сторону. Вот от чего отразился свет.

Присев на корточки возле камня, Мерритт стал водить по нему рукой, пока не нашел вырезанную на нем большую руну, подтверждающую его подозрения.

– Камень общения, – пробормотал он.

Хюльда ахнула и села на колени рядом с ним, поставив фонарь на землю.

– Господи, это самый большой, что я видела! – Она нерешительно коснулась его. – Да где же они смогли отыскать столь поразительную глыбу селенита?

– Я вот думаю, может, он сам его сделал? – предположил Мерритт. Он прикоснулся к руне – она была размером с его ладонь – сбоку.

– Не надо… – предупредила Хюльда.

– А как нам еще узнать? – спросил Мерритт.

Хюльда задержала дыхание, ее тело было так же неподвижно, как и кусок селенита перед ними. Мерритт держал ладонь на руне.

Он разочарованно хмыкнул.

– Может, он не успел сделать ему пару. Или ее уничтожили.

Хюльда покачала головой. Открыла рот, чтобы заговорить…

– Господин? – из камня, слегка искаженный, раздался мужской голос. – Господин Хогвуд? Это вы?

Мерритт застыл, будто и он тоже был сделан из кристалла. Глаза Хюльды округлились, став размером с шарики из мацы[11].

– Адово пламя, Сайлас! Мы ничего не слышали о вас уже…

Хюльда выбросила руку вперед и оторвала пальцы Мерритта от руны, разрывая чары. Камень умолк.

Его сердце колотилось, как будто он бежал. Он посмотрел на Хюльду:

– Что? Слишком опасно задавать вопросы?

Хюльда, бледная, как селенит, покачала головой:

– Я… я знаю этот голос. Я знаю, кто по ту сторону камня.

Развернув руку, он сжал ее пальцы.

– Кто?

Она сглотнула.

– Мистер Лиджетт. Стэнли Лиджетт, человек, который… был… управляющим мистера Хогвуда.

– Он знал, что Сайлас здесь.

Глава 15

18 ноября 1846, Маршфилд, Массачусетс

Хюльда мерила шагами мокрый каменный пол, вдруг перестав обращать внимание на холод, царивший в похожем на подземелье подвале заброшенного логова Сайласа. Думая, она покусывала костяшку правой руки.

– Его управляющий? – спросил Мерритт, поднявшись на ноги, но оставаясь стоять неподвижно. – Ты уверена?

Хюльда кивнула.

– Я работала с ним. Я уверена.

Он потеребил губу.

– Ведь десять лет прошло…

– Я знаю его голос! – огрызнулась она, потом умолкла и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

Бросив на Мерритта извиняющийся взгляд, она сказала:

– Я знаю его голос. Я… – прилившая к лицу кровь отогнала холод еще дальше. – Я была им увлечена когда-то. Я знаю его голос.

– Да? – Удивление на лице Мерритта сменилось чем-то, граничащим со злорадством. – Неужели?

Она не даст ему возможности дразниться. Не сейчас. Не после этого нового открытия.

– Наверное, поэтому камень такой большой. – Ее ботинки стучали по булыжникам, когда она вновь подошла к нему, но не осмелилась еще раз прикоснуться. – Он должен переносить звук через Атлантический океан. Если только мистер Лиджетт не находится в Штатах, в чем я сомневаюсь. – Хюльда снова прикусила палец, заметила это и оторвала руку ото рта.

Мерритт прикоснулся к ее локтю. Осторожно, точно она была диким животным.

– Расскажи мне, о чем ты думаешь.

Сделав еще один успокаивающий вдох, Хюльда объяснила:

– После ареста я много думала, знал ли мистер Лиджетт о… действиях Сайласа. Мистер Хогвуд держал самый минимальный штат прислуги и с управляющим взаимодействовал больше, чем с кем-либо еще. Понятно: мистер Лиджетт отвечал за содержание поместья. И все же, – она сжала пальцы. – Что, если мистер Лиджетт все еще работает на него, но не знает, что он мертв?

– Так. Так. – Мерритт сжал ее крепче. – Давай притормозим. Мистер Лиджетт должен работать, вероятно, в Горс Энде – на нового владельца?

Хюльда замялась.

– Мисс Пэрсхолд сказала, что нового владельца нет. У мистера Хогвуда не было детей, – эта мысль напомнила о мистере Эйди, – не было и семьи, насколько я знаю. Его ближайшие родственники мертвы, – ее взгляд сместился на полки, где прежде хранились те ужасные куклы.

– Но имение ведь должно было кому-то перейти, правильно? – спросил Мерритт. – Я не то чтобы знаком с британским правом, но разве имущество у человека не конфискуется, если он получает пожизненный срок и не имеет наследников?

– Возможно, – Хюльда и сама не была уверена. – Если я что и узнала после визита детектива, так это то, что к волшебникам не всегда относятся так же, как к обычным людям. Так же и со знатью. Насколько нам известно, к Сайласу приходили с… – она покраснела, – супружескими визитами.

– Или он все делал в стакан, – предположил Мерритт.

Хюльда встретилась с ним взглядом, не вполне понимая, что он имеет в виду… а потом до нее дошло, и ее челюсть отвисла.

– Серьезно, Мерритт!

Он пожал плечами.

– Все логично.

– В любом случае, – продолжала она, – Сайлас, должно быть, назвал кого-то наследником, или, быть может… – она умолкла, прослеживая эту мысль.

Мерритт дал ей на это лишь пару секунд.

– Быть может, что?

Она покачала