Идеальная иллюзия - Клаудиа Тан

– Дэниел, – шепчу я. Если он не войдет в меня в ближайшее время, я просто взорвусь. – Пожалуйста.

– Какие мы нетерпеливые, а? – рычит он в мое ухо.

– Говорит парень, который едва не кончил при виде моих подпрыгивающих сисек.

– Справедливо. – Счастливая улыбка отражается на его лице.

Затем он неторопливо проникает в меня.

Я предвкушаю резкую боль от первого проникновения, и когда она приходит, я дергаюсь. Дэниел замирает внутри меня, и мне требуется несколько мгновений, чтобы привыкнуть к новым ощущениям наполненности. На его лице мелькает обеспокоенность, и я целую его, давая понять, что со мной все в порядке. Он проникает глубже, и, когда полностью входит в меня, мы вздыхаем от удовольствия: наши тела наконец-то соединились так, как мы оба мечтали неделями.

Боль быстро сменяется наслаждением, когда Дэниел начинает двигаться во мне, подаваясь своими бедрами мне навстречу. Он выходит, оставляя во мне лишь кончик, и врывается обратно так мучительно медленно, что я умоляю его ускорить темп.

– Не волнуйся, детка. – Его голос сочится озорством, отчего мое сердце делает сальто. – У нас есть все время мира, чтобы я оттрахал тебя до потери сознания. Как тебе нравится. Мучительно медленно, – произносит он, толкаясь в меня со скоростью, как мне кажется, одного дюйма в минуту, и я издаю стон от отчаяния. – Или жестко и быстро. – Дэниел врезается в меня, вырывая из меня крик сильнейшего наслаждения. – И грязно, – шипит он, поднимая мои ноги и вколачиваясь в мое тело, снова и снова, пока время не превращается в неизмеримую константу, а я не улетаю сквозь пространство, где мерцающие звезды ослепляют меня.

Он блуждает своими руками по моему телу, ласкает мою грудь, продолжая так быстро и искусно трахать меня. Он выглядит ошеломляюще – неуправляемый, неистовый и дикий, – пока его бедра врезаются в мои снова и снова, как будто он упивается моим желанием после долгого воздержания.

Я опускаю веки, чувствуя его повсюду, полностью поглощенная этим мужчиной.

Боже, этот мужчина. Он никогда не перестает поддерживать меня и помогает расправить мои крылья, одобряя мои мечты и желания. Только благодаря ему я встала на другой путь – на путь к тому, чтобы реализовать себя и стать самостоятельной единицей, где мои недостатки и мои истинные желания принимаются, а не подавляются.

Мы связаны обручальным кольцом на моем пальце. Двумя безжалостными семьями, которые пустили нас на корм своим меркантильным замыслам. Две сломленные и измученные души наконец-то слились воедино, что казалось неизбежным и суждено было случиться.

Дэниел осыпает меня поцелуями, пока наши лица не покрываются влагой и капельками пота. Я цепляюсь за его плечи, пальцами впиваясь в кожу, и он с рычанием кончает, толкаясь в меня последний раз. Вскоре после него достигаю экстаза и я: моя спина выгибается от мощного оргазма, проносящегося сквозь меня. Я содрогаюсь от волн удовольствия, которые растекаются по моему телу и поглощают целиком.

Когда буря в конце концов стихает, между нами водворяется тишина, а наше тяжелое дыхание является единственным звуком, эхом разносящимся по комнате.

Счастливый смех вырывается из меня, и я, уставившись в потолок, пытаюсь отдышаться и собрать в кучу все, что осталось от моего душевного спокойствия. Я в полном беспорядке, но мне, честно говоря, все равно.

Я просто не хочу покидать эту постель.

Я поворачиваю голову к Дэниелу, который смотрит на меня с неугасающим желанием и нежностью. Он притягивает меня к себе и оставляет на моих губах осторожный и нежный поцелуй, который пробирает до кончиков пальцев.

– И чем я заслужила это? – шепчу ему в губы.

– Тем, что позволила заслужить тебя.

Я улыбаюсь ему и касаюсь рукой его лица, безмолвно выражая свою благодарность за все, что он когда-либо сделал для меня, и он, словно услышав меня, целует мою ладонь, прежде чем снова прижаться к моему телу.

* * *

Впервые мне не хочется идти на занятия.

– М-м-м, – мычу я, пока Дэниел прокладывает дорожку горячих, обжигающих поцелуев по моей шее и вдоль плеча. Мы прижимаемся друг к другу, запутавшись ногами в простынях, и Дэниел обнимает меня своими сильными руками.

Со вчерашнего дня мы почти не спали, посвятив большую часть ночи знакомству с телами друг друга. Я сбилась со счета, сколько раз Дэниел доводил меня до сокрушительного оргазма, но мне кажется, что у него на уме одно конкретное число. Он буквально задался целью узнать, сколько раз сможет заставить меня кончить.

Я не ожидала, что он настолько бескорыстный любовник. Несколько раз за ночь я пыталась оседлать его, но он не выдерживал и минуты, прежде чем опрокидывал меня на спину и начинал покрывать поцелуями каждый дюйм моего тела, подводя меня к краю своими губами, пальцами и членом. Ему повезло, что моя кожа невероятно чувствительна. Я знаю, что не многие женщины могут испытывать оргазм, не говоря уже о множественных оргазмах.

– Как тебе удается быть такой совершенной, милая? Я одержим, – мурлычет Дэниел, переворачивая меня и осыпая поцелуями ложбинку между грудей, языком прочерчивая линию до самого живота. Огонь зарождается внизу моего живота.

– Шесть недель назад ты сказал, что мне нужно поработать над своей внешностью. – Я морщусь.

– Да, но то было раньше. – На его лбу пролегли морщинки, когда он проводит пальцем по моей коже. – Не забывай, что ты тоже наговорила мне много гадостей.

– Справедливо. – Я усмехаюсь, запуская пальцы в его волосы. Они такие сальные и растрепанные от того, сколько раз я тянула и дергала их прошлой ночью, но мне очень нравится, как он теперь выглядит. И эти сексуальные очки для чтения…

Но очки сейчас лежат на прикроватной тумбочке; в какой-то момент они стали представлять опасность для нас, поэтому мы подумали, что будет мудрым решением снять их.

– Итак? Как я справился? – Он подталкивает меня, и я недоверчиво смеюсь.

– О, да ладно тебе. Ты знаешь, как справился. Я действительно должна это говорить?

– Давай, милая. Потешь мое эго немного.

– А нужно ли мне это? До меня у тебя был целый парад девушек, которые прекрасно с этим справились.

– Да, но имеет значение только твое мнение, – заявляет он, а его голос словно успокоительное лекарство, которое заставляет утихнуть хаос, царящий в моем сердце. – Давай же. Оцени меня. От одного до десяти.

Я недолго раздумываю, просто чтобы подогреть интерес Дэниела.

– Ладно, – соглашаюсь я и поднимаю восемь пальцев.

Лицо Дэниела бледнеет.

– Ты шутишь. Только восемь?

– Приятель, это практически высший балл. Ты что, ожидал большего?

– Да, блин, – он хмыкает от возмущения. – Я