Повседневный гарем с опасными леди-монстрами - Вячеслав Танков

гораздо крепче, чем просто дружественные… Я надеюсь. По крайней мере, у меня точно не было человека ближе него… пока не появилась Драника.

Подумав немного, все же набираю Киру, вкратце объяснив ей ситуацию и мой взгляд на происходящее. Та ненадолго задумывается.

— Гнилое место, — говорит она после короткого размышления. — Рассадник наркоманов, бандитизма и иммигрантов. Не советовала бы я тебе лезть в это душное местечко… Но адрес, который тебе дал дядя, указывает почти в самый его центр. И загадочная папка, которая как магнит притягивает к себе неприятности. Ну-ка, открой ее!

— Но дядя…

— Он ее запечатал? Нет! Так открой! Надо проверить…

Разворачиваю пакеты, открываю папку…

— Н-не понял…

— Пусто? — ошарашивает меня торжествующий голос Киры.

— Н-не совсем, но тут всего пара листков с какой-то ерундой. Бухгалтерский отчет за прошлый месяц, статистика подачи электричества, старые платежи за воду… Что за херня⁈

— Тебя хотят подставить, Рик! — серьезно говорит куратор. — А то и убить! Не знаю, какая в том выгода твоему дяде, если, как ты говоришь, его мгновенно сковырнут с насиженного места… Говоришь, у вас были хорошие отношения?

— Н-ну да, — заикаясь от шока, говорю я. У меня в голове не укладывается, что дядя так мог со мной поступить! Как, почему⁈ За что⁈ Я ведь все ему отдал! Он мне был как отец⁈

— Деньги меняют людей, Рикки, — сухо говорит Кирина. — В каком бы кресле не сидел твой дядя, но ему, наверняка, было мало. Думаю, все эти годы он отчаянно желал абсолютной власти, а не кресло временно исполняющего обязанности. Ведь официальный глава компании — это ты?

— Только на бумаге. Все это время дядя был директором, и я был не против… Что же теперь делать?

— Ничего. Езжай дальше, только сбавь скорость. Я вышлю девочек к тебе на помощь. Нужно, чтобы ты добрался до цели хотя бы через час. Сможешь?

— Да туда обычным ходом добираться не менее сорока минут, — прикидываю расстояние и пробки. — Слишком плотное движение.

— Вот и отлично! Не торопись! Тебя встретят. Веди себя как обычно и ничего не бойся. Тебя подстрахуют. Нам нужно выйти на заказчика. Мне кажется, тут замешан не только твой дядя… Но не будем гадать. Как начнется замес. Не геройствуй, а просто беги подальше. Усек?

— Понял, — мрачно говорю, чувствуя, как на душе скребут кошки. Мне совсем не хочется ехать по указанному адресу, зная, что там могут ждать убийцы или кто похуже. Но выбора не остается. Придется надеяться на ее отряд поддержки. Стоп!

— Там же будет и вампирша?

— А ты как думал? Да не бойся, все будет хорошо!

Рика отключается, а я с ненавистью смотрю на папку, которую мне отдал Михаил. Эх, дядя, дядя… За что ты так со мной? Попросил бы нормально, я бы официально отказался от поста директора! Неужели деньги для тебя ценнее наших отношений⁈ Памяти отца⁈..

* * *

— Да пошел ты, Гоша!

Пустая бутылка черного рома со звоном влетела в фотографию, висевшую за стеклом на стене офиса. На ней были изображены двое: Григорий и Михаил еще совсем молодыми в военной форме. Стекло разбивается с громким звоном, осыпаясь на ковер, но сама фотография остается висеть, лишь слегка покривившись. Слышится быстрый топоток.

— У вас все в порядке, Михаил Серг… — спрашивает очаровательная блондинка, просовывая в кабинет голову.

— ПОШЛА НА**Й!

Девушка со вскриком ужаса мгновенно исчезает, а временно исполняющий обязанности главного управляющего фармацевтической компании «Амбрелла» или кратко ВриО УФК «Umbrella», Михаил Сергеевич Котов бессильно опускается в кресло руководителя.

— Ты, Гоша, пропал без вести в том поганом мире, вот и молчи! — грозя указательным пальцем фотографии, произносит Михаил. После ухода сына Григория, Рика, он залпом вылакали литр рома, который укладывал людей и посильнее, чем старый ветеран. — Ты бы знал. Сколько дерьма мне пришлось разгребать голыми руками в среде этих богатеев! Сколько грязи и крови пришлось вычищать вот этими голыми руками, Гоша! И каждый их этих ублюдков смотрел на меня как на пустое место! «Кто это?» — передразнивает он кого-то визгливым голосом. — «Ой, да никто! Так, старый солдат, которого временно посадили в кресло директора Амбреллы! Забей на него, рано или поздно там будет сидеть сын Григория! Про этого военного инвалида никто и не вспомнит!» Ур-роды! Ненавижу! Как я вас всех…

Его полупьяный спич прерывает короткая трель телефонного звонка. Трясущимися руками тот вытаскивает гаджет и смотрит на имя вызывающего, бледнея от страха. Наконец, он принимает вызов.

— Михаэл! — звучит холодный мужской голос с кавказским акцентом. — Как все прошло? Рыбка заглотнула наживку, э? Докладывай!

— Д-да! — выбивая зубами мелкую дробь, — отвечает ВриО. — Все, как было сказано! Все выполнил! Малец уже едет!

— Молодец! Можешь и дальше сидеть в мягком кресле, — усмехается неизвестный. — Номэрок не теряй, ромалэ, ты еще можешь нам понадобится!

Некоторое время после окончания разговора Михаил сидел неподвижно в кресле, а потом вдруг рухнул на пол и пополз к стене, на которой висела фотография. Не обращая внимания на то, что острые осколки режут его руки, он дотянулся и снял фото, заплакав, как ребенок.

— Прости, прости меня Гриша! Прости, Рикки! — рыдал сломленный опустившийся мужчина. — Если бы я только мог вернуться обратно на поле боя! О, в кого я превратился…

Вдруг его взгляд упал на верхний ящик стола, в которой лежал его верный друг, оставшийся с последней войны.

— Да пошло оно все! — вдруг сказал он, вставая.

* * *

Бомжи, подозрительные личности, угрюмые личности, стоящие в переулках, разбитые витрины, горы мусора… Я даже не думал, что в нашем городе есть подобны трущобы и уже сто раз пожалел, что согласился на предложение дяди. Прохожие косились на мой байк, но я не сбавлял хода с тех самых пор, как въехал в этот гнилой квартал. Желающих броситься под колеса не находилось, поэтому я катил дальше. До обозначенного дома осталось немного, метров двести, как вдруг…

— Притормози, малыш!

У края дороги словно из воздуха материализовалась полуобнаженная девушка, чье лицо мне было знакомо… Это же амазонка из отряда Киры! Меня едва не занесло, но все же сумел удержать байк.

— Эвелинн! — удивленно вякаю я. Мой голос глухо звучит из-под шлема.

— Для