Волчье племя - Олег Поддубный

У Крюкова брови непроизвольно поползли вверх.

— Вирус бешенства Куру имеет одну важную особенность.

— А почему его называют «хохочущей смертью»?! — нетерпеливо перебил судмедэксперта капитан.

— В период обострения и активности вируса он вызывает у людей и животных, пораженных им, сокращение лицевого нерва, что сопровождается у больного довольно-таки страшной гримасой дергающейся усмешки, — спокойно ответил Трофимов. — А после смерти больного вирус еще долго может вызывать сокращение мышц, что как раз и приводит в движение трупы.

Они становятся своего рода зомби, — улыбнулся судмедэксперт. — Конечно, у любого неподготовленного человека это вызовет психическое расстройство, что и случилось с пожарниками при тушении дачи Ловчего в поселке Великий Бор. Теперь о шерсти, найденной в руке убитого жителя вашего поселка, которая изменила свой цвет в очень короткий срок: она не волчья, как в первый раз утверждали эксперты, хотя и похожа.

— А чья же?

— Волкособачьего гибрида с примесью других генетических притоков. Отмечу, что в ней тоже обнаружен вирус Куру!

— Не может быть! — разинул рот от удивления капитан. — А почему она так быстро поменяла свой цвет? Тоже из-за вируса?

— Нет, не из-за вируса, — ответил Трофимов. — В этом случае действует химия посложнее, и название ее — меланизм!

— Как вы сказали?!

— Меланизм! — повторил судмедэксперт. — Изменение цвета шерсти по сезонным периодам, которое бывает у зайцев, когда они меняют цвет своей шубы с летнего на зимний. Многие специалисты по разведению норковых и песцовых пород используют именно этот метод для получения красивых и необычных расцветок, например, таких, как голубая норка и песец. Этот цвет шкурок очень редок, и цена на них выше, чем на обычные. Недавно русскими учеными-биологами разработан специальный препарат для проведения меланизма без помощи селекции, то есть искусственного отбора животных. Биопрепарат предназначается для быстрого выведения особо ценных соболиных пород с атласно-черным цветом шкурки у животного, и называется он коагулянтогеноцетоген!

— Извините, — напрягся Крюков.

— Коагулянтогеноцетоген, — усмехнулся Трофимов. — Длинное название, и я его сам до сих пор иногда не правильно выговариваю.

— Ну а мне, значит, никогда не выговорить, — махнул рукой капитан. — Что дальше?

— А дальше вот что… Препарат может вызывать у животного любую окраску шерсти в считанные минуты. Я говорю любую, потому что все зависит от крови животного, — уточнил судмедэксперт. — Так вот что я хочу сказать: в клочке шерсти, найденной в руке вашего погибшего земляка, мы обнаружили как раз тот самый Коагулянтогеноцетоген! Но и это еще не все: сегодня утром привезли с лесосеки трупы волков, которые напали там на людей, и в их крови мы тоже обнаружили вирус бешенства Куру и этот биопрепарат. И еще добавлю, — сделал ударение Трофимов. — У тех волчьих щенков, которых вы обнаружили возле убитого помощника ветеринара из кинологического питомника… Их, кажется, загрызли волки?

— Да, — кивнул головой Крюков. — Во всяком случае, так сказал Тоцкий, тот самый ветеринар.

— Я не забыл его фамилию, — сказал судмедэксперт. — Так вот, у этих волчат в крови мы обнаружили то же самое. В общем, между всеми убитыми животными и людьми существует связь, и я больше чем уверен, что за этим стоит высокообразованный человек, который отлично разбирается и в биологии, и в химии, и в медицине!.. И таким человеком может быть… — Он замолчал, глядя в упор на Крюкова.

— Тоцкий!.. — произнес капитан в ответ на вопросительную интонацию судмедэксперта.

— Весьма вероятно, — задумчиво промычал Трофимов. — Есть, правда, одна загвоздка.

— Какая? — спросил следователь.

— По показаниям Топкого, на его помощника и волчат напали дикие животные, так что не исключено, что именно они были заражены.

А значит, виновник всех этих бед может быть совсем не здесь, так как вряд ли кто-нибудь из местных жителей решился бы на такие преступления под носом своих земляков.

— Ваша мысль кажется вполне логичной, — согласился Крюков, — хотя кто его знает? Может быть, преступник и надеется на то, что на соседа никто из сельчан не подумает! Во всяком случае, проверить Тоцкого нетрудно…

А что вы там говорили, Евгений Сергеевич, по поводу одной особенности бешенства Куру? — вспомнил он. — И зачем преступнику понадобилось подмешивать в кровь животных коагулян.., ну, этот препарат?

— Так это же очевидно: чтобы выдать собак за волков или наоборот. Чтобы никто не мог догадаться…

— Так сказать, оборотни в чистом виде, — перебил его капитан. — Это я спросил вас для того, чтобы убедиться, что мыслю в правильном направлении. Так… Что об особенности Куру?

— Его инкубационный период, как я говорил, растягивается на сорок лет, но при одном условии может быть сжат в очень короткий срок, может управляться.

— Вот как?! — удивился следователь.

— Да, и это очень интересная способность Куру, которая специалистами-рабиологами до сих пор еще не изучена. При приеме алкоголя вирус бешенства развивается в геометрической прогрессии и превосходит по показателям чумную палочку. Если чума может развиваться за двое-трое суток, то Куру при приеме больным алкоголя — за несколько часов.

— А человек это как-нибудь чувствует на себе?

— Я уже говорил, что болезнь вызывает сокращение лицевого нерва.

— Понятно. А больше никак?

— Больше, увы, никак, — развел руками Трофимов. — Человек, зараженный бешенством Куру, может сидеть за праздничным столом, пить шампанское, веселиться, а потом незаметно для себя и окружающих из одного состояния перейти в другое. То есть может перейти в коматозное состояние, а затем — смерть. При этом он будет продолжать двигаться, вызывая у окружающих недоумение своими нелепыми движениями, пока они не поймут, что он умер.

— Неужели и в самом деле такое бывает?!

— Да, бывает, но, к счастью, очень редко!..

Медицина знает немного случаев, когда у окружающих больного за праздничным столом случался разрыв сердца от испуга.

— Простите, Евгений Сергеевич, а эта болезнь заразна?

— Как и любое бешенство, Куру является инфекционным заболеванием, — ответил судмедэксперт.

— Фу-у!.. — передернулся Крюков. — И как вы не боитесь?! А откуда оно появилось у нас?

Я ведь никогда о таком бешенстве не слышал!

— А до недавнего времени его у нас в России и не было, — многозначительно ответил Трофимов. — Я уже вам говорил, что с таким случаем мне пришлось столкнуться в Монголии, когда там были задержаны пограничниками два тибетских монаха в сопровождении целой своры огромных собак. Они покончили жизнь самоубийством, выпив немного спирта, который держали при себе, а собак пограничникам пришлось перестрелять, так как они оказались очень агрессивными и покусали многих людей, которые, кстати, потом тоже умерли от «хохочущей смерти». Специалисты-рабиологи до сих пор не знают, где родина возникновения вируса Куру. Одни считают, что он зародился в Южной Америке и оттуда был завезен в Африку и Индию, другие — что наоборот: из Индии Куру распространился по другим материкам, и я считаю так же. Дело в том, что в Индии, как известно, священными животными являются коровы, которые умирают прямо на улицах городов, и их сволакивают в скотомогильники — они абсолютно открыты и ничем не защищены!. Есть там и буддийские храмы, где священными животными являются крысы. Напомню вам, что родина этих мерзких созданий — Индия, и именно оттуда они распространились по всему миру, — брезгливо сказал Трофимов. — Так вот, крысы приходят на скотомогильники и потом заражают паломников. Правда, есть и другие разносчики этой инфекции — бродячие собаки и дикие животные. Завсегдатаями скотомогильников являются бродячие собаки-парии, которых тоже причисляют в некоторых местах Индии к священным животным. Мало того, многие буддийские и тибетские монахи нарочно заражаются от них для получения галлюциногенных «высших» видений, ведь бешенство поражает в первую очередь мозг и центральную нервную систему. И они могут управлять не только видениями, но и инкубационным периодом вируса при помощи слабых наркотиков, таких, как омнопон или аминазин.

— Слушаю и не верю своим ушам! , Судмедэксперт снисходительно улыбнулся.

— Если алкоголь возбуждает вирус, то слабый наркотик может руководить процессом его развития. При этом можно подчинить себе зараженного человека или животное, и они будут выполнять любые ваши команды.

Крюков непроизвольно присвистнул.

— Болезнь бешенства Куру неизлечима, и в нашем случае у всех погибших, которых мы успели исследовать, налицо все признаки этого страшного инфекционного заболевания. И вывод у меня только один, — подчеркнул Трофимов. — Мы имеем дело с умышленными убийствами, совершаемыми высокообразованным профессионалом, которого я, даже не видя, начинаю бояться.