Лиса в аптечной лавке - Наталья Шнейдер

потому нужно пользоваться моментом. Похоже, он в самом деле многому успел тебя научить.

Я мысленно выдохнула. Муж сам нашел отличное объяснение, избавив меня от необходимости признаваться или врать. Пусть так и останется. Так будет лучше и для меня, и для него.

Когда мы вернулись домой, Ксандер сгреб с подноса в прихожей россыпь картонных карточек.

– Скажи Энн, что мы отправляемся с визитами.

Опять переодеваться? Нет, конечно, и в нашем мире мы не ходим дома в уличной одежде и не являемся на работу в спортивном костюме. Но все равно как-то слишком… Зато мне не приходится заботиться об уборке. И кухарку Ксандер обещал нанять, в этот раз посоветовавшись со мной. Ради того чтобы забыть о домашней рутине, можно пережить и переодевания.

Воспоминания о Руби кольнули сожалением. Она собрала вещи и ушла еще вечером, не оставив другим слугам адреса. Утешало лишь, что зелий, которые я ей дала, хватит на полный курс лечения, а там Руби найдет работу.

– Я пока велю Джеку запрячь экипаж и тоже переоденусь, – добавил Ксандер. – Не так часто у меня выпадают свободные дни, а без мужа ты сможешь ездить только к близким подругам и родственникам.

Которых у меня нет. Прежде чем я успела возмутиться, Ксандер добавил:

– Открой любое наставление по хорошим манерам, и убедишься, что это не я придумал. – Он погладил меня по плечу. – Не дуйся, Лиска. Все эти люди были на нашей свадьбе, и мы должны посетить их, раз уж не приняли у себя.

– Я никого из них не помню. Что я им скажу? – испугалась я.

– Просто будь милой и вежливой. Насколько я понял, ты почти ни с кем из них не была знакома до того. – Он легонько подтолкнул меня пониже спины. – Бегом.

Остаток дня мы провели по гостям, нигде не задерживаясь больше получаса, и, когда экипаж подъехал к дому, у меня голова гудела от лиц, имен и разговоров.

– Что ж, остался последний визит, – ухмыльнулся Ксандер, помогая мне выбраться из коляски, и я потеряла равновесие, увидев эту хищную ухмылку.

– Может…

– Чего тебе бояться? – приподнял бровь он. – Я не дикарь какой, морды бить не приучен, у Айгора тем более на это духа не хватит, а с соседями нужно поддерживать хорошие отношения. Госпожа Сапфира навещала тебя, визит следует вернуть.

– Да, она обрадуется, узнав, что у нас все хорошо, – пролепетала я. Заставила себя собраться с духом. – Что ты задумал?

– Не скажу. Не хочу, чтобы ты мне все испортила, – неожиданно жестко ответил он.

Я заткнулась. Молча дождалась, пока нам откроют дверь, молча наблюдала, как муж с обворожительной улыбкой кланяется Люции и, словно ни в чем не бывало, приветствует позеленевшего Айгора, и пыталась понять, когда же он был настоящим. Нежный и страстный любовник? Тот, что снял брачный браслет, негромко заявив, что устал от моего отношения? Человек, вытянувший для меня информацию из королевского зельевара, да так, что тот сам не понял, что преподнес мне коммерческие тайны на блюдечке с золотой каемочкой?

Или тот, что со злой усмешкой заявил, будто перестарался с моим воспитанием?

Может быть, зря я ему доверилась? Может быть, стоило в самом деле бежать без оглядки? Только теперь уже поздно. Каков бы он ни был на самом деле, Ксандер не отпустит то – или ту, – кого счел своим.

Глава 31

В свертке, который Ксандер прихватил с собой, оказался мешочек, источавший одуряющий запах хорошего кофе, и бутылка вина.

– Не вы ли сами запретили мне хмельное? – вздохнула Люция, когда мы устроились за столом и Айгор на правах хозяина начал разливать вино. – Я подожду, пока мне сварят кофе.

– Я и сейчас повторю, что любой хмель вам не полезен, – вежливо улыбнулся Ксандер. – Но если вы против…

– Нет-нет, не обращайте на меня внимания. – Она взяла чашечку, которую служанка поставила перед ней на стол, пригубила с явным удовольствием. – Отличный кофе, спасибо за подарок. Рада, что Алисия проявила благоразумие. Она хорошая девочка, просто слишком юная и неопытная…

Я кисло улыбнулась. Не слишком приятно, когда о тебе говорят так, будто тебя рядом нет.

– Тогда давайте выпьем за новобрачных. Чтобы ничто не омрачало вашего счастья. – Айгор многозначительно на меня посмотрел.

Судя по тому, как на миг сузились глаза Ксандера, он это заметил. Но в следующий миг на лице мужа снова играла вежливая полуулыбка.

– Благодарю за пожелание. Несомненно, так оно и будет.

Завязался разговор, ничем не отличавшийся от десятка уже слышанных сегодня бесед, в которой главной моей заботой было вовремя вставлять: «В самом деле?», «Да что вы говорите!» – и подобные реплики да стараться не зевнуть. Природа, погода, путешествия, светские и культурные новости – темы для подобных разговоров, кажется, одинаковы во всех мирах, но я не знала ни упоминаемых авторов, ни актеров, ни постановок, не читала книг, наделавших шума в последние месяцы. Мне было в самом деле интересно, когда хозяева дома рассказывали о местах, где бывали и куда собираются, но Люция и ее сын не выезжали из города, и в пятнадцатый раз за день слышать, что лето выдалось чудное, мягкое и не дождливое, было выше моих сил.

– Что ж, не будем злоупотреблять вашим гостеприимством, – сказал Ксандер, и я обрадовалась было, но он добавил: – Верните письма, и мы распрощаемся.

На какой-то миг мне показалось, будто я ослышалась, тем более что сказано это было тем же светским тоном.

– Прошу прощения? – сказала Люция.

– Я хочу получить письма моей жены, которые оказались у вас. – Ксандер в упор посмотрел на Айгора.

Тот натянуто улыбнулся.

– Не понимаю вас.

– Что непонятного в желании вернуть свое? Мне. Нужны. Письма. Моей. Жены.

Я хватанула ртом воздух. Он в своем уме? Решил, что купил меня с потрохами? Или это часть игры? «Не хочу, чтобы ты мне все испортила», – вспомнились слова Ксандера.

Так что мне делать, чтобы все не испортить?

– Они не ваши! – вскинулся Айгор. – И вы не смеете осквернять память о чистом и светлом…

Он начал подниматься из-за стола, выпятив грудь, словно петух, взлетевший на забор. Ксандер одной рукой перехватил его запястье, другой вцепился в воротник, обрывая движение. Айгор неловко склонился над столом, зазвенела об пол опрокинутая посуда, ахнула Люция.

– Письма, – пугающе спокойно произнес Ксандер, выпустил Айгора.

Тот отшатнулся, стул с грохотом полетел на пол, а сам Айгор удержался на ногах лишь чудом.

– Что вы себе позволяете! – взвизгнул он.

– …в обмен на антидот, – все так же спокойно сказал муж.

Антидот?

– Вон из… –