Второй день на царствии - Юрий Витальевич Яньшин

среди этих величественных стен, новые и молодые кадры, набранные в СБУ по доброй подсказке из американского посольства, яростно и скоро начали обживать покинутые прежними хозяевами этажи. Правда, новым насельникам пришлось весьма потесниться, освобождая два верхних этажа для своих кураторов и друзей из ЦРУ и АНБ, но тут уж ничего не поделаешь, потому как «кто девушке платит, тот ее и танцует», а ни для кого не секрет, что финансирование СБУ на 50 % состоит из подачек дядюшки Сэма. Первое, что сделали новые соседи-кураторы, так это ограничили доступ сотрудникам СБУ на четвертый и пятый этажи их собственного здания, путем установки в межэтажном пространстве дополнительных металлических дверей с кодированными замками. Счастливым обладателем одного из таких электронных пропусков был генерал-полковник Василий Васильевич Бурба — Начальник Головного Управления разведки Министерства обороны Украины. И хотя хозяйство Бурбы располагалось в здании на Нагорной, все же и здесь он бывал частым гостем по служебной надобности, навещая и отчитываясь перед своим истинным начальством, а не тем эстрадным клоуном, который таковым числился. Сегодня ему предстояло выполнить ответственную миссию, наложенную на него вчера украинским генералитетом. Он должен был получить принципиальное одобрение спецпредставителей главных разведсообществ, считай, самих США, в деле начала освобождения оккупированных территорий ОРДЛО от россиянских захватчиков. Генерал искренне гордился данным ему заданием, а потому немного волновался, когда, стоя на площадке между третьим и четвертым этажами вставлял в прорезь кодового замка свою магнитную карточку. Близился неминуемый час расплаты «клятых москалей» за шесть лет унижений, за Иловайск, за Дебальцево. Очистительным и всепоглощающим огнем пройдут по мятежным территориям, нет, не ВСУ, а нац и тербаты, на которых потом можно будет списать излишнюю, а она непременно будет, жестокость в расправах с этим дегенеративным быдлом. А для этого всего-то и надо, что согласовать план предстоящей операции с союзниками, без которых нынче, увы, никак не обойтись. Благополучно миновав первый этап идентификации, генерал-шпион остановился уже возле поста внутренней охраны, где предъявил негру в чине уорент-офицера свои документы. Шевеля толстыми губами, как будто что-то понимая, тот разглядывал удостоверения с видом своей особой значимости, нарочно затягивая процесс опознания. Это, конечно, не могло не нервировать, пребывающего и так «на взводе» Бурбу, но и с этим пока тоже приходилось мириться. Наконец, покончив и с этой процедурой, он в сопровождении одного из нижних чинов направился к заветному кабинету Тимоти Сковина — главе резидентуры штатовской разведки на территории Украины и Белоруссии. Последним актом унижения главы украинской разведки стал ничем не прикрытый приказ обождать у двери в кабинет, пока о его визите доложат боссу. Впрочем, ждать пришлось недолго. Громадные двери — в два человеческих роста с золочеными ручками в виде львиных голов довольно быстро распахнулись, призывая его войти внутрь шикарно отделанного карельской березой кабинета. Хозяин всего этого великолепия, сидящий за громадным письменным столом — нестарый еще мужчина с лысой головой, похожей на перевернутое острым концов вниз яйцо и аккуратной рыжеватой бородкой, нарочито делал вид безумно занятого человека, который никак не может оторваться от кипы бумаг, не терпящих отлагательства в рассмотрении. Василию Васильевичу пришлось буквально вплотную подойти к столу, чтобы обратить на себя милостивый взор «смотрящего» над Украиной. После тихого покашливания, Сковин наконец-то изволил поднять голову на посетителя, пронзая того хищным взглядом семитских глаз.

— Приветствую вас, мистер Сковин! — не счел для себя зазорным первым поздороваться по-русски Бурба.

— А-а-а, пан Бурба! Рад вас видеть в добром здравии! — на том же языке и почти без акцента ответил резидент, не вставая навстречу гостю. — С чем пожаловали?

— С нашей всеобщей радостью! Дьявол уволок к себе в пекло своего главного слугу — президента Бутина!

— Что вы такое говорите, пан Бурба!? Весь цивилизованный мир, и мы, как его составная часть, скорбим о его безвременном уходе! — возразил ему Сковин, однако в его смеющихся глазах не укрылось плохо скрываемое веселье.

— Народ Украины скорбит лишь о том, что он так легко окончил свой бренный путь, без телесных мук и душевных страданий! — в свою очередь не согласился с ним генерал, и не дожидаясь когда ему предложат, сам уселся на стул стоящий у основания стола. Сковин слегка поморщился от такой наглости, но решил промолчать, списывая подобное поведение на волнения незваного гостя.

— Ладно, — согласился хозяин кабинета, — оставим этот спор в области разности потенциалов в эмоциональных всплесках. Так с чем вы все-таки пожаловали пан Бурба? Я ни за что не поверю, что целью вашего визита стало вчерашнее удовольствие, которым вы спешите со мной поделиться.

— Зря вы мистер Сковин относитесь с таким недоверием к своим друзьям! — подпустив нотку обиды в голос, ответил ему Бурба. — Но причина моего незапланированного визита к вам, действительно лежит именно в этой плоскости.

— Я вас внимательно готов выслушать, Василий Васильевич, — проговорил Сковин, поудобнее устраиваясь в своем мягком, с высокой резной спинкой кресле. Если бы письменный стол был чуть ниже, то он с удовольствием забросил бы их на столешницу, прямо под нос этому Бог весть что возомнившему о себе аборигену.

— Мистер Сковин, я не знаю, как звучит по-английски пословица «куй железо, пока горячо», но мы в Украине находимся сейчас именно в такой позиции, — начал Бурба, тщательно подбирая слова, так как прекрасно знал, что весь их предстоящий диалог записывается и вскоре будет проанализирован партнерами со всех ракурсов. — Всевышний предоставил нам, возможно единственное окно возможностей для решения проблемы Донбасса раз и навсегда. Я надеюсь, что вы понимаете меня?

Резидент, молча, склонил голову в знак согласия, видимо, опасаясь давать какой либо прямолинейный ответ на пленку. Тем не менее, ободренный даже этим невнятным согласием гость продолжил:

— Какое-то, возможно очень даже непродолжительное время, русским будет не до своих марионеток, окопавшихся на нашей территории. Расширенная совместная коллегия нашего Генштаба и Министерства обороны, которые делегировали меня к вам, считают, что временной люфт составляет всего лишь несколько дней. А именно, мы можем рассчитывать на несколько дней — пока длится траур и пока не все рычаги власти перешли под управление новой структуры.

— Да. Признаться, никто из нас не ожидал подобного разворота событий, — задумчиво проговорил Сковин, вертя в руках настоящую «паркеровскую» ручку. — Мы, конечно, просчитывали варианты, при которых местные олигархи, под гнетом санкций, предпримут нечто подобное, но никак не рассчитывали на то, что власть окажется в руках генералитета.

— Зато мы вполне допускали такой сценарий, — не преминул похвалиться Бурба, но все же поправился, чтобы не обидеть американца, — правда не рассчитывали на то, что вершину власти займет Афанасьев. В