Попаданки домой не возвращаются! (СИ) - "Китра-Л"

История о богах Лэйтарии стерта. О них запрещено помнить и оставлять какие-то воспоминания. Возможно это связано с тем, что боги имеют силу пока их почитают. Пока хранят память в мифах, легендах, в умах.

В Центре трое богов: Лёша, Клод и Атрос. Но только последний имел настоящие силы. Лёша путешествовал по другим мирам и спасал редкую магию, Клод тренировал, обучал разным видам искусств (не только боевым, в общем-то, крестиком вышивать он тоже умел, но к счастью, не всех учил). И только Атрос обладал тем уровнем сил, которые можно сравнить с божественными. Потому что его народ — лэйтарцы, до сих пор живы. И, возможно, потому, что кто-то вроде Незыблемых помнил о них.

Простым лэйтарцам такая информация была недоступна. Тот же Тинхе ничего не знал об Атросе, пока не столкнулся с ним лично и тот в лоб не заявил о себе. И, скажем так, Враг не особо впечатлился. Лишь сильнее возжелал избавиться от тирана. Именно так боги выглядят в представлении лэйтарцев. Угнетатели людской воли, ну а сама Золотая ось естественно представляет человеческое право на свободу выбора.

Атрос был тем богом, что много-много-много лет назад даровал золотую магию, особый вид магии удачи (она же магия рояля в кустах, как шепчутся злые языки, — я).

— Как я сказал, многое изменилось. — На лицо Геры скользнула задумчивость. — У меня было время, чтобы это проверить.

Хотелось мне понять, что изменилось так сильно, что повлияло на мнение закостенелого лэйтарца, и я спросила:

— Что, например?

— Кроме меня других Незыблемых в Золотой оси нет.

Лампочка в моей голове щелканула и зажглась. Иногда я умела соображать очень быстро.

Что давал Гере статус единственного Незыблемого? Это не делало его главным, но это делало тем, к чьим речам будут прислушиваться. Никто его не осудит, если безродная не-лэйтарка заикнется о попрании законов Золотой оси и про Атроса. Никто не посмеет предъявить Гере обвинения. Кроме Незыблемых некому помнить про богов. Нет равных, способных его осудить.

И все же…

По кончикам пальцев пробежала дрожь. Стараясь скрыть волнение, я сунула руки в карманы.

Незыблемый улыбнулся, делая приглашающий жест к арке.

— Дробь, прошу.

Я сжала в кармане маленький круглый предмет.

Я все еще не доверяла Гере, но иного выбора не оставалось.

— 13 -

Огромный замок, мерцающий разноцветными камнями, парил высоко в облаках, возвышаясь над уютными домиками Лэйтарии. Когда-то он казался мне чем-то волшебным и сказочным, сотворенным из драгоценных камней. Сейчас дела обстояли иначе.

В Цветущей Цитадели я была всего раз. В алом закатном свете дворец величественными шпилями пронзал пушистые облака. В безмолвном гротескном изваянии чудились нечто монументально-зловещее. Каменные щербины на фасаде будто зияли кровавыми рытвинами на человеческом теле.

На площадке перед входом переминались пегасы, то и дело вскидывая крылья вверх, будто разминая перед полетом. Рядом расхаживал парень-лэй, успокаивая небесных питомцев. Никто другой нас с Герой не встречал.

Не то что бы я ждала красную дорожку, фанфары, летающих акробатов и огненного шоу, но глаза искали черное пятно Странника. Тинхе отсутствовал, отчего на душе становилось неспокойно.

Он не мог не прийти!

— Еще увидимся.

Гера оставил меня в одном из залов. Для Незыблемых существовал отдельный вход и особые помещения, где их никто не мог увидеть или побеспокоить.

Проводив взглядом удаляющуюся фигуру, поняла, что наконец могу свободно вздохнуть. Теперь я осталась совершенно одна, без малейшего понятия, что делать и куда идти. Гере эти вопросы не задавались. С ним лишнюю секунду не хотелось проводить, не то что разговаривать. Каждый раз я боялась услышать что-то такое, от чего волосы встанут дыбом, а ночные кошмары пополнятся эксклюзивным контентом.

Переходя из одного зала в другой, я старалась не расстраиваться. Потеряться в огромном пустом замке не худшее, что ждало меня этим вечером. Пока есть время, можно насладиться сладкими мгновениями свободы и нарастающей паникой.

В очередном зале показалась раздвоенная лестница, что сходилась к верху на балконной галерее. Там, в вечерних нарядах стояли двое знакомых мне лэйтарца.

Аматри и Солярис.

К слову, внешне они составляли гармоничную парочку, хотя вряд ли между ними действительно что-то было. Облокотившись об ажурные периллы, они вели оживленную беседу, прекратив разговор, лишь когда я поднялась на последнюю ступеньку. Златовласая лэйтарка обмахивалась кружевным веером, будто ей и правда было душно в помещении, где гулял сквозняк. Взглянув на меня, она спросила:

— Это дитя?

Солярис в лучшем случае походила на студентку очницу третьего курса. Не ей было отзываться обо мне в подобном ключе.

Ох, имейте совесть! Выглядите в соответствии со своим поведением.

— Она самая, — подтвердил Аматри, крутанув в руках трость. Вскинув ее, он слегка приподнял поля шляпы вверх, будто приветствуя.

Сорлярис взмахнул веером и надула губы. Она изображала из себя юную нимфетку, но за маской стереотипной блондинки, таилась расчетливая и умная женщина, чья коллекция камер-лэй поражала яркостью и талантами. Насколько мне было известно, Тинхе периодически предоставлял Солярис некоторые редкости и необычности из других миров, за счет чего та составляла жесткую конкуренцию на занимаемой нише развлечений. Что тут можно сказать, скучающие лэйтарцы любили разного рода представления, что хоть ненадолго развеивали многолетнюю скуку.

— Едва ли она опасна, — заключила Солярис, прощупывая меня взглядом будто рентгеном. Она качнула головой. Золотистые локоны колыхнулись в такт один к одному. — Нет-нет-нет. На один раз. Я выжала из нее все что могла и больше тратить силы не намерена. У меня есть более достойные проекты.

Мне осталось только удивленно моргнуть, пожать плечами и, гордо подняв голову направиться к двери. Дернуть ее, понять, что она не открывается, дернуть еще раз, выругаться, вздохнуть, обнаружить запирающее заклятье, вспомнить, что больше не хочу рисковать и использовать силу Малыша, сложить два и два, принять неизбежное и повернуться к безжалостно-равнодушной парочке.

— Свободного вечера, — состроила я милую гримасу. — Лорд, Леди. Что я могу сделать, чтобы двери открылись?

— Леди Солярис Глашатай от дома Искусства, — представил Аматри. — Я же представляю дом Непознанного.

Я вскинула брови.

— Да-да, не-лэй, — неохотно пронудел парень. — Мы все знакомы и уже встречались, но где-то рядом бродит комитет неписанных правил, так что манеры обязывают.

— Вы — часть совета? — искренне удивилась. Что-то не складывалось. Солярис могла сойти за того, кто выступает голосом своего дома, но не Аматри. У дома Непознанного нет адекватных представителей? — Как это может быть?

Солярис распахнула веер перед самым лицом, явно на показ маскируя зевок. Аматри дернул губой.

— Глашатаями становятся наиболее осведомленные и компетентные лэйтарцы. А также те, кто имеют право на притязание, если речь идет о собственности. Поскольку с нашими домами ты контактировала через нас, мы и были посланы.

Выходит, Глашатаи не постоянная должность?

В голове что-то щелкнуло.

— Тинхе тоже Глашатай?

— Конечно, дурочка. — Леди нетерпеливо дернула веером, в уголках ее глаз вспыхнуло и погасло золото. Она обернулась к Аматри, выпятив острый подбородок. — Ты говорил она умная.

— Для Избранной. — Немного смутился тот.

— Мужчины. На что ведутся — не понятно. — Заключила Солярис, складывая веер. — Я не намерена вступать в гонку. Пусть делает, что должна.

— Отлично, значит могу я идти? — вклинилась я. Хотелось уже куда-нибудь сесть, сложить ручки и, откинувшись на мягкую спинку кресла, потребовать чашечку горячего шоколада. — А то, говорят, совет вот-вот начнется. Вам на него разве не надо?

Аматри скосил глаза на Солярис, явно решаясь что-то сказать. Цепкая блондинка его опередила. Вздернув подбородок, она хмыкнула. Вытащила из маленькой сумочки крохотный стеклянный бутылек, открутила крышечку, на обратной стороне которой была прикреплена пипетка. Ловко отправил по капле в каждый из густо подведенных черной краской глаз. Ее радужки тут же заблестели, наполнившись бриллиантовым блеском.