Чудеса в ноутбуке - Дарья Андреевна Кузнецова

— Какой ужас, — не сдержалась я. — Это не больно?

— Нет, — заверил он. — Только устаёшь быстро, она нагружает нервную систему и силы сосёт, почти как твой пульт, только действует грубее.

— Кстати, спросить хотела… А оно, если я не подкрепляюсь за счёт шунтов, тянет силы в прямом смысле? Я сейчас гораздо голоднее, чем была двадцать минут назад.

— Отчасти энергии, получаемой из пищи, действительно хватает для компенсации.

— Удобно, этак я могу не бояться потолстеть! — усмехнулась нервно. Это, конечно, плюс, но всё равно жутковато.

— Стоит бояться заработать нервное истощение и психоз, а не слишком похудеть, это гораздо вероятнее. Так что не надо пренебрегать «охотой», — «обрадовал» Ейш. — К слову, попробуй половить мелких шунтов в интернете: и тренировка, и полегче станет.

Я идею одобрила. Вспомнив рассказ Кощея о предпочитаемой пище мелких тварей, припомнила пару самых склочных и тормозных интернет-ресурсов с кучей рекламы и принялась выслеживать добычу. Взаимопонимания мы с пультом достигли быстро, и он принялся подсвечивать подозрительные участки. Боты, куски кода, найденные через режим отладки, просто отдельные сообщения…

Разнообразны и многочисленны оказались шунты. Сильнее всего их привлекали политические склоки и вопросы «матерей и детей», неожиданно много оказалось в отдельной ветке обсуждения рецепта окрошки.

Освоив принцип и ощутив, что после «охоты» на самом деле полегчало и ощутимо прибавилось сил, я переключилась на более масштабные цели.

Для начала мы с Ейшем подробнее рассмотрели биографию Работина, вычислив момент, когда он мог получить подселенца. В девятнадцать лет молодой маргинал, с двенадцати состоявший на учёте и чудом не попавший в тюрьму, попал с дружком в аварию. За рулём угнанного старого рыдвана сидел друг, который умер на месте почти мгновенно, а наш герой схлопотал серьёзную закрытую травму черепа. Пару недель провалявшись в коме, он неожиданно пришёл в себя, на что уже перестали надеяться врачи, и ещё более неожиданно взялся за ум. Всё списывали на потрясение от прошедшей рядом смерти, окончательно спившаяся мамаша сына и в прежнем виде могла не признать, а с бывшими приятелями Работин порвал.

Дальше он планомерно шагал вперёд. Это был тот редкий случай, когда про богатого человека действительно можно сказать «сделал себя сам», при этом не замалчивая стыдливо обеспеченных родственников с положением и связями. И себя сделал, и ещё нескольких людей в своём окружении, которых мы смогли идентифицировать как подселенцев.

Удалось найти, кто именно в полиции с наибольшей вероятностью подал Кощея в розыск, и без особого труда отследили связь с Работиным.

— А почему бы нам не ударить по этому типу его же оружием? — предложила я мстительно.

— Сфабриковать дело или лишить денег? — легко понял идею Ейш.

— Второй вариант нравится мне больше. Воровать мы ничего не будем, а вот заблокировать счета и поменять пароли на криптокошельках — и ему надолго станет не до нас.

— Погоди, я кое-что вспомнил!

«Кое-чем» оказалась пара пакетов орехов и несколько шоколадных батончиков с бутылкой воды, которые мужчина достал из боковой сумки мотоцикла. В ответ на моё изумление Кощей пояснил, что машинально прихватил их на какой-то заправке — полезная привычка иметь под рукой перекус.

— Ты мой герой! — просияла я.

Ейш только улыбнулся в ответ и попытался отказаться от своей доли, но я его быстро уговорила.

В банковских операциях я понимала очень мало, наверняка что-то упустила и зацепила кого-то постороннего, но совесть немного успокаивало то обстоятельство, что я ничего и никому не переводила, реквизиты всем счетам оставляла прежние, а со всем остальным со временем разберутся. Заодно можно будет определить предателя из Конторы, к которому побежит жаловаться Работин. Наверняка ведь побежит.

К тому моменту, когда с Кощеем связался Гор, батончики были уничтожены, а в делах миллиардера воцарился невиданный бардак. Даже если подселенец после такого не останется без доступа к деньгам, ему в любом случае придётся отвлечься на решение серьёзных проблем. Оставалось надеяться, на некоторое время это его займёт и позволит разобраться с куда более серьёзным врагом. Хотя бы потому серьёзным, что неизвестным.

Вызвал сородича Гоярын по цепочке, и только после этого Ейш вставил в телефон аккумулятор и позвонил. Беседа вышла недолгой. Кощей подтвердил необходимость увидеться лично, Гор назначил новую встречу. Однако разговор мой спутник всё равно заканчивал с очень хмурым выражением лица.

— Что-то не так? — спросила я.

— Гор выбрал странное место, — отозвался он. — Но, может, ему виднее... Поехали.

Поскольку проблему с Работиным мы отделили от прыгуна, и временно она перестала стоять так остро, смысла прятаться по закоулкам не осталось. Из леса выбрались на нормальную асфальтовую дорогу, потом и вовсе — на шоссе, а там и заправку выбрали большую, сетевую.

— Вообще это страшно раздражает, — задумчиво проговорила я, когда Ейш потихоньку вливал в бак бензин. Это тебе не машина, где пистолет сунул — и до отсечки, тут приходилось последнюю треть бака вливать аккуратно, тонкой струйкой, чтобы под завязку. Не тот объём, чтобы разбрасываться лишней парой литров. — Вроде бы мотоцикл едет быстрее, но количество заправок удручает.

— Закон всемирного равновесия, — усмехнулся Кощей и повесил пистолет. — Погоди одеваться. Там во внешнем коробе кондиционера сидит мелкий шунт, потренируешься.

— Рядом с заправкой? — напряглась я.

— Её не так просто взорвать, — легко понял он мои страхи. — А там совсем мелкая пакость… Ты зачем в рюкзак полезла? Без пульта попробуешь. Хотя бы почуять. Иди, наблюдай, а я пока оплачу и откачу мотоцикл.

Внешние вентиляторы от кондиционера и холодильников выходили на одну сторону. Ровный ряд дышащих жаром коробов висел сбоку, где не бросался в глаза посетителям. Я остановилась чуть в стороне и принялась внимать. Ощутить что-нибудь этакое, волшебное, не вышло, но кандидата удалось вычислить быстро: один из вентиляторов то и дело «спотыкался».

Подошедший через минуту Ейш, толкавший мотоцикл, подтвердил правильность выбора, но похвалить не успел, я честно призналась, что никакое чутьё не сработало, помогла простая логика. Кощея это развеселило.

— Ладно, сейчас будем пытаться. Куртку снимай, неудобно же. — Одежда отправилась на сиденье мотоцикла вместе со шлемами. — Иди сюда. Закрой глаза. — Он осторожно сжал мои плечи, прислонил спиной к своей груди. — Расслабься. Шею, лицо, локти, кисти... — Ладони скользнули по рукам, обхватили запястья, слегка встряхнули. — Сосредоточься на тепле внутри. Чувствуешь?

Одна его рука обняла меня за талию, придерживая, вторая