Чудеса в ноутбуке - Дарья Андреевна Кузнецова

У меня паспорт одной из проекций, только у ФСБ полный список. Выходит, это их инициатива? Но я не понимаю почему… А тебя и вовсе только они могли сдать!

— Ты нагнетаешь. — Я пристроила голову на его плече. Васька выглянул из расстёгнутого рюкзака — и, зевнув, вновь свернулся внутри, давая понять, что выходить не собирается. — Небось это Работин устроил. Не обязательно лезть в какие-то жутко секретные базы, у нас сейчас при желании по соцсетям и камерам много что можно найти, были бы ресурсы. Ты отстал от жизни, — улыбнулась я. — Распознавание лиц, доступ к паспортной базе — и вот они, твои проекции. У тебя же официальные документы? Ну и если это кто-то из ФСБ, мы это обсуждали. Вряд ли там все на него работают. О, слушай! А давай выясним, за что тебя вообще разыскивают!

После знакомства с нужной информацией, доступ к которой пульт обеспечил без малейших затруднений, цензурных мыслей не осталось. А этот человек ещё и пистолет похитил!

Бессмертного обвиняли в том, что он маньяк-психопат, на его счету два десятка трупов, вооружён и опасен, а я числилась у него заложницей. Как в представлении того, кто всё это сочинял, мой страшный Бармалей умудрялся таскать с собой заложника, перемещаясь на мотоцикле, я не поняла.

— Всё же мне надо вернуть тебя домой, — проговорил Ейш. — Это слишком.

— Чтобы тебя без сожалений пристрелили при задержании? — возмутилась я. И, опомнившись, добавила то, что могло повлиять на него гораздо сильнее: — А ко мне явились люди Работина, которым я без тебя не смогу дать отпор?

То ли это нервное, то ли я и правда привыкла, но страх сейчас заметно разбавляли кураж и азарт. Плохо, конечно: до сих пор нам везло, так недолго и в собственное бессмертие уверовать. Но это лучше, чем биться в истерике.

Мы несколько секунд бодались взглядами, потом Кощей сдался, отвёл глаза и, притянув одной рукой мою голову, уткнулся лбом в висок.

— Лучше бы они все за мной гонялись, — проговорил едва слышно.

— А не дождёшься! — ехидно отозвалась я, вывернулась из-под его руки и поцеловала. Ейш ответил, но в этот раз мы смогли не увлечься, и я нашла в себе силу воли отстраниться первой.

— Первым делом я позвоню сестре. Не дай бог, там родителей на уши поставили! У мамы же сердце…

Перед звонком я потратила некоторое время на проверку собственной скрытности. Не хватало, чтобы после звонка нас вычислили и явились сюда! Зрела мысль, как можно подправить ситуацию и решить проблему с полицией хотя бы временно, но для этого требовалось сосредоточиться, а пока голову целиком занимали родные и беспокойство о них.

Сестра на вызов по видеосвязи ответила сразу и накинулась с возмущениями. Позволив ей проораться, я подвинула ноут так, чтобы в кадр фронтальной камеры попадали и Кощей, и живописный берег озера.

— Лена, знакомься, это Ейш, то есть Кирилл, и он вообще ни разу не террорист. Это какая-то дурацкая ошибка, не волнуйся, никто меня не похищал.

Сестра некоторое время разглядывала нас, потом проворчала:

— Ну да, на жертву похищения ты не похожа, уж больно физиономия довольная, да и террорист твой скорее…

— Вот только попробуй это сказать! — оборвала я.

— Что — это? — она приподняла брови.

— То, что собиралась. Я по глазам вижу — это или гадость, или пошлость. Родителей на уши поднять не успели?

— Нет, я мамин телефон взяла, когда ей позвонили, не стала её пугать.

— Спасибо тебе огромное! И не давай им смотреть новости, а то мало ли. А мы попробуем со всем этим разобраться. Отдохнули, блин!

— Остановить родителей от просмотра вечерних новостей… Ты хочешь от меня невозможного! — проворчала сестра. — Но ладно, попробую что-нибудь придумать. Не забудь своего террориста привести знакомиться, он хорошенький!

— Посмотрю на твоё поведение! — я вредно показала язык, сестра ответила тем же, на том и распрощались. — Так. Неотложный вопрос решили, — глубоко вздохнула я.

— У тебя правда есть идея, как со всем этим разобраться? — заинтересовался Ейш, к счастью не задавая вопросов по поводу семейных отношений.

— Попробуем. Ты ругался, что я свой пульт слишком как ноутбук использую, но он явно умеет не только с шунтами работать, но и просто с цифровой информацией, этим и воспользуемся. Попробуем перефабриковать сфабрикованное дело!

— Кхм… — отозвался Кощей неопределённым звуком.

— Что-то не так? Не получится?

— Наоборот. Получится. Я не подумал, — смущённо улыбнулся он. — Забыл. Никак не привыкну, что ваша цивилизация уже до такого дошла.

— Но как же проекции? Они ведь живут в мире!

— С ними… сложно объяснить. Я не копирую информацию полностью, так и рехнуться недолго. Забираю навыки, общую информацию о мире, а детали ускользают. А чтобы сделать выводы на основе их опыта — нужно об этом задуматься.

Оказалось на удивление просто попасть в полицейские базы и изменить ориентировки. Да, то, что где-то лежало в бумажном виде, я поправить не могла, но выкинуть из ориентировок мотоцикл и паспорт Кощея оказалось нехитрым делом, как и поменять табельный номер украденного пистолета, который уже успели объявить в розыск. Ну и пусть ищут, у сержанта Цыпина было совсем другое оружие!

Новость о захвате заложника, проскочившая по информационным агентствам, тоже быстро сменила фамилии и утратила фотографии.

На несколько секунд меня накрыло жутью от осознания собственных возможностей. Ведь с тем же успехом можно, например, залезть в какой-нибудь банк, и никто не отследит вмешательство — оператор просто меняет цифровую реальность по своему усмотрению, и на обычные меры защиты ему плевать. Но удержать от решительных действий меня это уже не могло, оставалось успокаивать себя тем, что я никому не причиняю вреда.

Ещё повозившись, я по предложению Кощея поставила запрет на какие-то действия в отношении всех его проекций и меня заодно, с оповещением, если действия эти кто-то предпримет. Оповещение настроили в виде пустой эсэмэски на номер его бабкофона, удобно.

По ходу дела я опомнилась и поинтересовалась, как именно Гор должен с нами связаться, и наконец познакомилась с пресловутой «цепочкой», о которой они столько говорили. По виду это оказалась действительно обыкновенная крупная цепочка из странного голубовато-серого материала, которая находилась у Кощея на шее. Причём не просто висела, а звеньями глубоко, почти до половины, вросла в