Развлечение для настоящей леди - Ли Джейд

– Прошу прощения, сэр. Послание для мисс, – сказал Херди.

– Послание? Для мисс Дрейк? – В голосе мистера Томпсона сквозило и неодобрение, и удивление.

– Да, сэр.

– Благодарю, – сказала Фантина, но мистер Томпсон не обратил на нее никакого внимания, намереваясь подробнее расспросить Херди.

– Но кто мог послать ей записку? Посреди бала?

– Записку? – К лакею обернулась леди Анна. – Сейчас же дайте ее сюда.

Херди усмехнулся.

– Нет, миледи. Записка для мисс.

– Сию минуту, что вы себе позволяете…

– Прошу вас, леди Анна, – вмешалась Фантина. – Уверяю вас, в ней нет ничего неприличного. – Последние слова больше предназначались мистеру Томпсону. Молодой человек, казалось, готов был занять оборонительную позицию. – Можете отдать ее мне.

Она протянула руку, и Херди, переодетый в ливрею, с готовностью отдал ей чистый клочок бумаги. Фантина даже не потрудилась взглянуть на него. Послание читалось во взгляде Херди. Он хотел поговорить с ней. Немедленно.

– Но здесь ничего не написано! – воскликнула Лотти, заглянув через плечо Фантины.

Фантина в ответ всего лишь улыбнулась.

– Конечно, ничего. Но я тем не менее поняла смысл послания. – Она обращалась непосредственно к Херди, и тот с усмешкой поклонился, развернулся и ушел.

– Что это означает? – прошипела леди Анна, становясь прямо перед Фантиной. – Послания, в которых ничего не написано, причем от презрительно смеющегося лакея? Это не…

– Все пока в рамках приличия, – низким холодным тоном произнесла Лотти, прерывая тираду леди Анны. – Уверяю тебя, мама. – Потом она многозначительно огляделась, пытаясь привлечь внимание леди Анны к присутствующим, которые явно прислушивались к их разговору. – Записка касается приведения в порядок ее платья, чтобы она смогла покинуть бал достойно!

Глаза пожилой женщины широко раскрылись; она поняла, что вся эта ложь – лишь предлог для того, чтобы покинуть общество и обсудить происходящее без лишних ушей.

– Отлично, Лотти. Вероятно, нам следует взять Фантину под руки, чтобы она смогла дойти.

Но не успела она воплотить свои слова в жизнь, как вперед шагнул мистер Томпсон.

– Позвольте мне, прошу вас, – решительно произнес он.

Наклонился и подхватил Фантину на руки.

Девушка так испугалась, что даже вскрикнула. Такого она не ожидала, уж точно не рассчитывала, что джентльмен будет носить ее на руках, крепко прижав к своей широкой груди. Она подняла взгляд, увидела волевой подбородок, нежную улыбку, темно-карие глаза…

И безмерно удивилась.

Ей хотелось видеть не карие, а голубые глаза.

Фантине следовало наподдать себе за глупость. К сожалению, сердце ее не слушало. Ему, казалось, было наплевать, что мистер Томпсон силен и умен, что он настоящий джентльмен и относится к ней с уважением. Ее сердце знало одно: он – не Маркус, и разочарование было настолько острым, что у нее перехватило дыхание.

– Ой, мистер Томпсон! – воскликнула Лотти. – Как мило с вашей стороны!

– Не стоит благодарности, – рассудительно ответил он. – Я только рад помочь. – И он совершил самый удивительный поступок: многозначительно посмотрел на Фантину, но не как потенциальный любовник, а как мужчина, который желает получить ответы на свои невысказанные вопросы. Он явно чувствовал, что происходит что-то странное, и намеревался услышать объяснение.

Повисла неловкая пауза. Фантина не думала, что джентльмены из высшего общества могут быть настолько проницательны, и ей неожиданно пришлось придумывать, что говорить. А Томпсон уже шагал через бальный зал в дамскую комнату, и Фантине едва хватило времени, чтобы направить его в другую сторону.

– Я знаю, что вы ждете объяснений… – низким голосом начала она. – Но…

– Вы ничего не должны мне объяснять. У меня нет на вас никаких прав. Пока.

Фантина подняла голову, ее руки неожиданно задрожали от его слов. Это было откровенное заявление о серьезных намерениях. Но сейчас не время для этого. Ее ждет Херди.

Она прикусила губу, отчаянно надеясь на озарение свыше. Но озарение не снизошло. На ум не приходило ни одного благовидного предлога, который помог бы ей удовлетворить любопытство мистера Томпсона и в то же время сохранить тайну. Что она могла сказать?

– Я не хочу начинать наши отношения со лжи, мистер Томпсон, – прошептала Фантина. – Но сейчас у меня нет времени все объяснять. Пожалуйста, могу я попросить вас, чтобы вы просто мне верили? Не могли бы вы проводить домой Лотти и леди Анну?

Она тут же почувствовала, как он сменил темп. Не останавливаясь, джентльмен развернулся, не дойдя несколько шагов до дамской комнаты, и направился к двери.

– Желаете уехать домой?

– Отличная мысль! – согласилась Лотти, семеня рядом с мистером Томпсоном и едва поспевая за ним.

Но Фантина только покачала головой.

– Я пока не могу уехать, но они обязаны. С моей… моей ногой все в порядке. Мне необходимо кое с кем поговорить наедине. – Она почувствовала, как он крепче прижал ее к себе, и поспешно добавила: – Уверяю вас, никаких сердечных дел. Одна мысль о предстоящей беседе вызывает отвращение, – честно призналась она. – Но я не могу поговорить, пока рядом со мной находятся леди Анна и Лотти.

Она почувствовала, что Томпсон колеблется, при этом с каждой секундой замедляя шаг.

– Чедвик оставил вас на мое попечение. А теперь я вижу, что он имел в виду нечто большее, чем танцы. – Он покачал головой. – Простите, но я не могу оставить вас одну.

Они подошли к выходу. Томпсон кликнул свой экипаж. К ним подошли запыхавшиеся от быстрой ходьбы леди Анна и Шарлотта.

– Прекрасно! – вздохнула пожилая женщина. – Искренне благодарна вам, мистер Томпсон, за вашу помощь. Мы поедем в вашей карете?

– Помогать вам мне безмерно приятно. – Он многозначительно посмотрел на Фантину. – Я отвезу вас домой. – Его дыхание коснулось ее щеки, но Фантина не обратила на это внимание. Она увидела за углом темную фигуру одного из головорезов Херди и поняла, что ей нужно туда. И скоро она там будет.

Подали экипаж, Лотти с леди Анной, жалуясь на холод, быстро уселись. Когда обе скрылись в темных недрах кареты, мистер Томпсон повернулся к Фантине.

– Скажите, с кем и где вы должны встретиться? – негромко спросил он. – Мне же нужно как-то все объяснить.

Фантина улыбнулась, коснулась рукой его щеки. Щека была гладкой и мягкой, и Фантина гадала, неужели остаток жизни она проведет с этим человеком. Не самая худшая из судеб. На самом деле, учитывая обстоятельства, он, наверное, лучшее, на что она может рассчитывать.

– Вы очень добрый и тактичный человек, – мягко произнесла она.

– В вашем голосе звучит удивление.

Она улыбнулась.

– Скорее всего, так и есть. Особенно я рада, что у вас нет трех золотых зубов.

И, повинуясь порыву, Фантина поцеловала его в губы. Он не ожидал подобного. Откровенно говоря, она и сама от себя такого не ожидала. Но он ответил довольно быстро, припал к ней губами с такой жадностью, что она поразилась.

Но поцелуй показался ей каким-то скучным. Просто прижатые друг к другу губы, совершенно обычный, ничем не выдающийся и абсолютно пресный поцелуй.

Ничего. Только очередная резкая боль утраты.

Фантина отпрянула, последние остатки хорошего настроения от проведенного вечера испарились. Несмотря ни на что. Несмотря на интерес, проявленный к ней мужчинами, несмотря на то что ей удалось избавиться от Маркуса, несмотря на то что она так изменилась рядом с Лотти, – оставался один-единственный бесспорный факт.

Она одинока. И навсегда останется одинокой.

Даже если выйдет замуж за этого человека, будет спать у него в кровати, родит ему детей, она навсегда останется одинокой. Потому что она не любит его.

Фантина неожиданно вырвалась из объятий мистера Томпсона. Она молчала. Не знала, что сказать, а если бы и знала, голос подвел бы ее. Поэтому, не давая ему опомниться, Фантина бросилась прочь со всех ног.

К Херди.