Ацтеки. Воинственные подданные Монтесумы - Жак Сустель

Глава 6

Война

Война (яойотль) была у ацтеков таким важным делом и занимала такое большое место в структуре их общества и жизни государства, что кажется необходимым посвятить ей отдельную главу.

Мы уже видели, как они понимали природу войны, а также религиозный и мифический смысл, который в нее вкладывали. Священная война была огромным (космическим) долгом: ее обозначали двойным значком атлтлачинолли («вода», или «кровь», и «конфликт»), который, словно навязчивая идея, неустанно повторяется на всех барельефах теокалли Священной Войны. С начала сотворения мира люди, разжигая войну, как бы выполняли волю богов.

Согласно легенде, Четыреста Заоблачных Змеев (Сенцон Мимицкоа, северные звезды), которые были созданы высшими богами для того, чтобы они обеспечивали солнце едой и питьем, перестали выполнять свой долг. «Они добыли ягуара и не отдали его солнцу. Они нарядились в перья и улеглись спать в своих нарядах; они спали с женщинами и напились допьяна вином циуактли». И солнце заговорило с людьми, которые родились после Мимицкоа, и сказало им: «Сыновья мои, теперь вы должны уничтожить Четыреста Заоблачных Змеев, так как они не дают ничего ни нашему отцу, ни нашей матери»… и так началась война.

Но наряду с мифо-религиозным аспектом у войны была еще одна сторона: она была средством, при помощи которого города с имперскими амбициями осуществляли свои завоевания, и как таковое она приобрела оправдательно-законное основание. Официальная версия объединения трех городов: Мехико, Тецкоко и Тлакопана – основывалась на двух псевдоисторических утверждениях. Первое состояло в том, что эти три династии по праву были преемниками тольтеков, которые правили всей территорией Центральной Мексики. И в то же самое время благодаря правящей династии Тецкоко, которая была потомками чичимеков-завоевателей, они обладали властью над всей страной. «Три правителя считали себя владыками и хозяевами над всеми другими, утверждая, что они имеют права на всю страну, ранее принадлежавшую тольтекам, чьими наследниками и преемниками они были, а также право на новое завоевание земель при помощи великого чичимека Шолотля, их предка». С этой точки зрения любой город, который имел независимость и хотел сохранить ее, считался мятежным.

На деле, для того чтобы напасть на город или провинцию, необходим был повод, casus belli. Обычно он появлялся в результате нападений на путешествующих почтека, торговцев. Если их грабили, отнимали у них товары или, возможно, даже убивали, то вооруженные силы империи были готовы немедленно отомстить за них. Документы ясно констатируют, что отказ торговать или нарушение коммерческих отношений считалось равносильным объявлению войны. Иштлильшочитль оправдывает такие действия центральных городов, причиной которых было то, что другие «не согласились поддерживать торговые или иные связи с нашим народом».

Мексиканцы отправились на завоевание Текуантепекского перешейка после того, как жители нескольких городов этого региона убили почти всех людей одного торгового каравана. Причиной войны между Мехико и соседним городом Койоаканом был разрыв традиционных торговых отношений. «Мексиканские женщины отправились в Койоакан, чтобы продавать там рыбу, лягушек и уток. По дороге туда стражи, поставленные на дорогах, отняли у них все, что они несли. Они вернулись назад в Теночтитлан, рыдая и стеная…» После такого оскорбления мексиканки больше не ходили на рынок в Койоакане; и правитель этого города, видя это, обратился к своим сановникам и сказал им: «Братья, вы видите, что мексиканские женщины больше не приходят на наш рынок. Это, несомненно, из-за обид, которые мы им причинили. Давайте же приготовим наше оружие, щиты и мечи… так как скоро мы увидим идущих сюда под знаменем орла и тигра мексиканцев».

Существовали и другие casus belli. Правитель, который собрал свой совет для принятия окончательного решения, должен был выдвинуть причины, оправдывающие, по его мнению, военную экспедицию. «Если все было из-за убийства купцов, то совет считал, что это хорошая причина и справедливый повод, имея в виду, что торговля и бизнес являются естественным правом людей, как гостеприимство и радушный прием для путешественников, и что вполне законно начать войну против тех, кто не соблюдает это правило. Если дело было в убийстве гонца или правитель выдвигал какую-нибудь другую незначительную причину, совет вопрошал его целых три раза: «Почему ты хочешь начать войну?», желая этим сказать, что это – ни справедливая, ни достаточная на то причина. Но если правитель созывал их несколько раз, то совет в конце концов уступал».

Если судить по мексиканским хроникам, некоторые войны разразились исключительно по политическим причинам, то есть из-за того, что один город не доверял действиям другого и решал напасть с целью обороны. Жители Ацкапотсалько объявили Теночтитлану войну на следующий день после избрания Ицкоатля «из-за ненависти к мексиканцам, которая наполняла их сердца», и, несомненно, боясь того, что новый монарх поведет свое племя по пути завоеваний, они решились подавить эту угрозу в зародыше и уничтожить мексиканцев.

Пятьдесят лет спустя император Ашайакатль решил напасть на город Тлателолько, родственный Мехико, так как его убедили, что его правитель пытался заключить тайный союз с соседними городами, чтобы при первой возможности начать войну с Теночтитланом. Когда напряженность отношений и недоверие между городами достигли высокой степени, самый ничтожный инцидент мог привести к взрыву конфликта. В сущности, война между ними началась из-за брани торговок на рынке в Тлателолько.

Но вообще-то говоря, война, сами военные действия начинались только после длительных и тягостных переговоров. Когда правитель города Ацкапотсалько, решив уничтожить ацтеков, начал военные действия, выдвинув свои передовые посты к окраинам города, несколько мексиканских посольств все еще имели возможность пересечь с разрешения противника границу и предпринять попытку вести переговоры о мире.

Эти переговоры потерпели неудачу из-за решимости жителей Ацкапотсалько разделаться с этим опасным племенем, но до самого конца приход и уход посланников и их беседы с вражеским правителем были обставлены с традиционными церемониями. По крайней мере, когда выяснилось, что не осталось никакой возможности сохранить мир, атемпанекатлю Тлакаэлельцину было поручено отправиться с последним посольством к правителю Ацкапотсалько. Атемпанекатль Тлакаэлельцин принес ему в подарок плащ, корону из перьев и несколько стрел. Вражеский правитель поблагодарил за подарки и попросил передать свою благодарность Ицкоатлю. Затем он подарил ему щит, меч и великолепные воинские доспехи, «желая сделать все возможное, чтобы тот вернулся назад целым и невредимым». Все это происходило в соответствии с правилами учтивого рыцарского церемониала, которые требовали, чтобы враги, собирающиеся вступить в бой, обращались друг с другом со всем уважением.

В то время, когда союз трех городов находился в самом расцвете, скрупулезно соблюдались все сложные правила перед вступлением в боевые действия. В основе такого подхода лежала следующая позиция: город, который они намеревались включить в состав империи, на самом деле уже принадлежал ей по некоему праву – эта официальная позиция была уже упомянута ранее, и если город принимал ее, соглашался подчиниться без борьбы, то тогда от него даже не требовали платить дань: обычно было достаточно добровольного «дара», и мексиканцы даже не посылали государственного чиновника, чтобы ее собирать. Все в таком случае основывалось на дружеской договоренности.

Каждый из этих трех городов имел своих собственных послов, которые по очереди играли каждый свою роль в процессуальных действиях, целью которых было заставить данную провинцию покориться без войны.

Сначала послы Теночтитлана, куаукуауночцин, представлялись властям данной провинции. В особенности они обращались к старейшинам, подробно описывая невзгоды, которые порождает война. Не будет ли гораздо проще, вопрошали они, если ваш монарх примет «дружбу и защиту империи»? И всего-то требовалось, чтобы правитель дал свое слово «никогда не быть врагом империи, разрешать торговцам и их людям приезжать и уезжать, покупать и продавать».

Послы также просили, чтобы правитель принял в свой храм образ Уицилопочтли и отвел ему там равное место с величайшим из местных богов, а также чтобы он прислал в Мехико подарок в виде золота, драгоценных камней, перьев и плащей. Прежде чем ретироваться, послы дарили тем людям, с которыми они разговаривали, щиты и мечи, «с тем чтобы нельзя было бы сказать, что победу над ними одержали вероломно». Затем они покидали город и отправлялись в лагерь, расположенный в каком-нибудь месте на дороге, давая жителям провинции двадцать дней (месяц, по местному календарю) на раздумья.