Сгори дотла, моя звезда! - Владимир Колычев

– Ну, ты и клоун!

Михайлов закричал в ярости, но с надеждой в голосе и, развернувшись к Артему, ринулся на него.

Выстрел в живот заставил его содрогнуться от боли. Но гнев еще больше усилился, и сейчас преступник напоминал раненого, а оттого взбешенного буйвола.

Артем выстрелил ему в голову. Михайлов поймал пулю лбом, голова его дернулась, как башня у подбитого танка, но, как это ни странно, движение вперед он продолжил. Артем еще раз выстрелил – в живот. Наступательный накал противника сбить не смог, зато серьезно подорвал его способность ориентироваться в пространстве. Поэтому Михайлов не смог блокировать его удар, и усиленная тяжестью пистолета рука врезалась ему в челюсть. Ногой в живот, подсечка…

Михайлов упал на спину, Артем навел на него пистолет.

– Кто клоун?

Артем еще раз ударил его – рукоятью в грудь. Перевернул на живот, заломил руки за спину, связал их поясным ремнем.

Михайлов, не стесняясь, рыдал от бессилия. И не мог отвечать на вопросы. Поэтому Артем отказался от затеи допросить его. Да и некогда было заниматься им. Нужно было спешить обратно, к заправке, где, возможно, умирал смертельно раненный Крякин.

Он тоже не стеснялся: без всякого зазрения совести на пинках гнал Михайлова к заправке. Может, потому обратный путь и не занял много времени…

Крякина он не нашел. И Варвару Карловну тоже. Зато возле своей машины увидел Катю и рядом с ней – заочно знакомую Машу Светлову. И сразу стало ясно, из-за кого разгорелся весь этот сыр-бор. И всю усталость с Артема сняло как рукой. Оказывается, задержание Михайлова поставило точку в его первом самостоятельном деле… Хорошо, что он нашел Светлову. Но худо, если с Крякиным случилось страшное.

Завидев его, Катя стремительно шагнула к нему. Вскинула руки, как будто намеревалась обнять его, но застыла в нерешительности.

– Наконец-то, – с чувством облегчения сказала она, едва глянув на Михайлова.

– Крякин где?

– Они уехали. Он и Варвара, на «Скорой помощи»… Сейчас за нами приедут, – сказала Катя и взглядом показала на двух парней, рядком, со связанными руками на животах лежащих возле заправочной колонки.

– Что с Крякиным?

Всю свою злость Артем переадресовал Михайлову. Рукой схватил его за шиворот, ногой провел подсечку и уложил его в один штабель со своими пособниками.

– Он Варвару собой закрыл. Этот стрелять в нее собрался, а он закрыл… Пуля пробила правое легкое…

– Мразь!

Артем не стеснял себя ни в выражениях, ни в действиях и так врезал Михайлову ногой под нижнее бедро, что у того от боли в агонизирующем движении дернулась нога.

– Зачем вы так? – возмутилась Светлова.

Артем не нашел, что сказать в ответ. Обескураженно посмотрел на нее и пожал плечами.

– Не надо так, – усмехнулась Катя. – А то ведь и самого себя до смерти забьешь…

– Не понял.

– Познакомься, – она показала на парня, от которого совсем недавно его же и спасла. – Лейтенант Гончар.

– Шутишь?

– А этот – капитан Крякин… Это они так представились, – взглядом показала она на Светлову.

– Они похитили меня, – кивнула та. – Собирались получить выкуп.

– Выкуп, – подтвердила Катя. – Миллион, с Лесогорова…

– Ничего не понимаю.

– Она жила у Лесогорова, в гостевом доме, где ты, кстати, ее искал. Ты был прав, она в это время на яхте была…

– Жила у Лесогорова? На каких правах?

– На правах пленницы, – пояснила Катя.

– Это не совсем так, – начала было Светлова, но, запнувшись, замолчала.

– Да, но вас же похитили?

– Этого я не отрицаю… Меня похитили для Лесогорова. А потом похитили еще раз – из его дома, но снова для него же… Все очень сложно… Вы отвезете меня домой?

– Разумеется… Но сначала вы дадите официальные показания. Под протокол, все как положено…

Артем хорошо помнил, как на птичьих правах осматривал особняк Лесогорова. Теперь он собирался вернуться к нему на белом коне.

Илья Степанович очень не любил игру в две новости – одну хорошую, другую плохую. И на вопрос начальника охраны, какую новость он хочет услышать первой, нагрубил ему:

– Ты мне дурака не валяй! Что случилось?

– Светлову нашли!

– Это плохо?

– Нет, это хорошо!

– А что плохо?

– Плохо, что ее менты нашли, а не мы… Гончар вернулся. И не один, – растерянно развел руками Скорняк.

В коридоре за дверью послышался шум падающего тела, какая-то возня. Дверь с грохотом открылась, и в кабинет ввалились бронированные люди в камуфляже и с автоматами. И лейтенант Гончар тут как тут.

– Гражданин Лесогоров, вы арестованы! – сообщил он, махнув перед глазами заполненным бланком прокурорского постановления. – Вы обвиняетесь в похищении человека. Статья сто двадцать шестая, часть первая, от четырех до восьми лет…

– Я никого не похищал!

Лесогоров был возмущен и обвинением, и нахальством этого мальчишки.

– За вас это сделали другие. Михайлов Валентин Сергеевич. По заказу гражданина Ухтомского Дмитрия Александровича. Предварительного сговора не было, поэтому часть первая… А часть вторая началась позавчера. По вашему указанию Светлова была похищена в очередной раз. Это уже от шести до пятнадцати лет… Гражданин Михайлов признался в содеянном. Также у нас есть показания гражданки Светловой… извините, Темновой… В общем, влипли вы, гражданин Лесогоров. Собирайтесь, едем к прокурору.

– Но вы не так все поняли… Маше у меня нравилось…

Страх оказаться за решеткой был сильнее возмущения. Тем более что Лесогоров понимал, насколько серьезно взялись за него. Одно то, что путь к нему расчищал спецназ, говорило о многом. И быть беде, если в дело вмешаются конкуренты…

Из своего кабинета Илья Лесогоров выходил с поникшей головой. Спасти его сейчас могла только Маша, но, увы, как оказалось, она дала против него показания.

Эпилог

Крякин сидел на койке, спиной опираясь о высоко поднятые подушки, что-то рассказывал соседу по палате. Увидев Артема, растянул губы в улыбке, приветливо махнул рукой.

– Я смотрю, ты на поправку идешь.

– На всех парах…

– Это тебе…

Артем открыл его тумбочку, чтобы сунуть туда полный пакет с фруктами-печеньем-йогуртами, но там всего этого было в избытке.

– Варвара только что была, – осчастливленно улыбнулся Крякин.

– От души, смотрю, тебя затарила.

– А ты думал… У нас теперь такие отношения…

– Ты же настоящий мужик, потому баба к тебе и потянулась…

– Она – не баба… Но по сути да…

Артем уже во всех подробностях знал, как все произошло. Пока Варвара Карловна пыталась заговорить Михайлова, Крякин подкрался к его сообщнику и щедро приложился к его голове бейсбольной битой. Заметив это, Михайлов оттолкнул от себя Варвару, выхватил пистолет. Он метил в нее, но Крякин добровольно исполнил роль пулеулавливателя. За что честь ему, конечно, и хвала…

– Ты же про нее ни слова? – неожиданно вскинулся Крякин.

– Как договаривались… – кивнул Артем. – Правда, тут такое дело…

– Говори!

– Михайлов показания дал, дескать, совратил Варвару. Но мы представили все, как будто так и было задумано…

– Да, она говорила, что все в порядке, но все равно… Хочет перейти в другой отдел. Опозорилась, говорит… Ты знаешь, я ее понимаю…

– Отговорил?

– Да нет… Пусть уходит в другой отдел, если считает нужным. А я за ней… Хотя, конечно, мне бы лучше остаться. Интересная у нас работа. И стреляют…

– Это у Михайлова крыша съехала… Знаешь, зачем он Лесогорова на миллион кинуть хотел? Нас испугался. Понял, что не отвертеться. Наврал он Варваре, что Стрельчак в деревне живет, пить бросил, женился. Не может он сказать, где Стрельчак. Значит, что-то неладное с ним. И это лишь один эпизод, а если копать начать… Прокуратура уже копает. Этого Михайлов и боялся. Поэтому и сбежать хотел. С миллионом, который мог от Лесогорова получить. А получил бы. Лесогоров уже и деньги приготовил, чтобы за Светлову расплатиться… Хорошо, что мы взяли Михайлова. Так бы и миллион увез, и колеса с моего джипа прихватил…

– Что, его работа?

– А ты думал. Его люди нас пасли, когда мы в Клин ехали. Теперь их всех в изоляторе пасут…

– Вот я и говорю, что интересная у нас работа, – усмехнулся Крякин. – Если без летального исхода… С Катей у тебя что?

– А что у нас должно быть? – разыграл удивление Артем.

– Из разведки вроде бы вернулись…

– Да, но работаем вместе…

– А ты с боевыми товарищами не спишь, – заковыристо усмехнулся Крякин.

– Много будешь знать, скоро состаришься и… майором станешь… А с Катей у нас все нормально…

Сегодня вечером у них первое внеслужебное свидание. Завтра – воскресный день, и они могли позволить себе насыщенную культурно-развлекательную программу. Он встретит ее на вокзале, они отправятся в театр, ну а потом в ночной клуб, после чего отправятся на разведку… друг друга. В конце концов, они оба этого хотят.