Наследие Тубана - Личия Троиси

А тем временем в пещере Нида поднялась на ноги и небрежным жестом поправила на себе одежду. Было очевидно, что перед ней стоял Драконид, но девушка не ожидала, что он будет настолько сильным. Если Нида проиграет, ее повелитель будет этим сильно недоволен. Впрочем, плод убегает от нее по одному из подземных ходов, и Покоренный, вероятно, уже не сумеет вернуть его обратно. Ей нужно торопиться.

Прямо перед девушкой стояла Лидия с ослепительно сверкавшим на ее челе Оком Разума. Эта девочка еще не в полной мере владела всеми своими возможностями. Должно быть, она пробудилась совсем недавно, хотя бы потому, что ее крылья еще не окончательно сформировались.

— Убирайся прочь, ты мне не интересна, — отрезала Нида.

Лидия улыбнулась. Все ее тело изнывало от боли, но это не имело для нее никакого значения. Главное то, что плод покинул подземелье и скоро попадет в руки профессора.

— И все-таки тебе придется поинтересоваться, потому что ты не выйдешь отсюда, не сразившись со мной.

Нида саркастично усмехнулась. Было видно, что девочка не вполне понимала, что ей угрожает.

Удар оказался неожиданным, но не решающим. Камень оторвался от одной из стены и устремился прямо в затылок Ниды. Для человека этот удар оказался бы смертельным, но только не для нее. Камень рассыпался в крошки от столкновения с черным пламенем, вызванным девушкой для защиты своего тела.

— Убирайся, — прошипела она.

Лидия продолжала улыбаться. Постепенно ее крылья стали растворяться. Это случилось благодаря предпринятому Нидой нападению. Растабан. Это — Дремлющая, в которой живет Растабан.

«Не бойся, он был первым, кого сразил повелитель. Он разорвал его своими клыками прямо на глазах Тубана, и тот ничего не смог сделать. Тебе нужно остановить ее до тех пор, пока она не вспомнила все. Иначе ее силы могут проявиться полностью».

Глаз во лбу Лидии ослепительно засверкал сразу после того, как над ней стал рушиться свод пещеры. Скала обрушилась на Ниду, засыпав ее с головой. А девочка, хотя и была на пределе своих сил, тем не менее устояла. Она была истощена не только физически, но и морально, и все-таки продолжала сражаться до тех пор, пока в пещере не воцарилась тишина.

Задыхавшаяся Лидия вскоре услышала едва различимый скрежет. Сначала с груды огромных валунов скатился первый камешек, затем второй, третий. Наконец вместе со взрывом черного пламени возникла ужасная Нида с нечеловеческой ухмылкой на лице.

— Ты и в самом деле думаешь, что все кончилось? — поинтересовалась она, пронзительно захохотав.

Лидия, пытаясь взлететь, хваталась за ветки дерева, росшего посреди грота, но луч на ее лбу стал ослабевать.

Нида неумолимо шла на нее.

— Тебе конец, — пробормотала она.

Затем девушка просто подняла руку вверх и на мгновение посмотрела в глаза Лидии. Казалось, время остановилось. Черное пламя окутало ее руку и, разгораясь все сильнее, окрасилось в лиловый цвет. Лидия от страха вытаращила глаза.

Нида раскрыла ладонь, и огонь, разливаясь по пещере, принялся сметать все, что встречалось ему на пути. Полностью охваченная пламенем, Лидия согнулась вдвое, полагая, что сумеет справиться с невыносимым жаром. Но пламя не обжигало, оно было ледяным. И девочка ощутила жуткий, просто смертельный холод, пробиравший от кожи до самых костей, а затем и до мозга, лишая Лидию последних сил. Прозрачные крылья за спиной девочки вспыхнули, и на мгновение в языках пламени ей померещился дьявол. Вскрикнув от боли и взмолившись о том, чтобы все поскорее кончилось, она потеряла сознание. Но Нида не остановилась. Она дождалась, пока сгорят крылья Лидии и полностью потухнет ее Око Разума. И только после этого закрыла ладонь.

Девочка упала на землю, и в пещере воцарилась тишина. Воздух был пропитан кислым запахом гнили — от прежней красоты не осталось и следа.

Каблуки Ниды застучали по камням — она подошла к своей лежавшей без сознания жертве. Сразиться с ней оказалось делом несложным, ей помогали воспоминания Нидхогра. Она брезгливо поморщилась, глядя на измученное лицо девочки. Не задерживаясь больше ни секунды, Нида пошла той же дорогой, по которой некоторое время назад покинули пещеру Дремлющая и Покоренный.

Нида нашла его застрявшим в сетях ветвей, сплетенных Софией. Он пытался выпутаться, но, очевидно, выбился из сил. А девочки и след простыл. Нида с раздражением поморщилась. Она нисколько не сомневалась, что повелитель теперь накажет ее. Взвыв от ярости, она подумала о том раболепии, с каким бросится к нему в ноги, и о выражении лица Рататоскра. Это ведь была ее идея продолжить миссию в одиночку: так она хотела, чтобы повелитель смотрел только на нее. Девушка хотела, чтобы ее напарник ползал у нее в ногах, но, совершенно очевидно, она даже не думала о том, что ситуация может принять такой оборот. Затем она вспомнила про девочку в пещере. Это было сродни озарению.

Нида успокоилась, и благодушная улыбка появилась на ее губах. Приблизившись к Покоренному, она одним пальцем дотронулась до паутины из веток. Девушке хватило всего нескольких секунд, чтобы сжечь их дотла. Мальчик грузно повалился на землю. Должно быть, скоро он умрет, но у него еще осталось достаточно сил, чтобы довести до конца ее миссию. Нида приподняла его голову за подбородок и дунула. На мгновение показалось, что в его глазах вновь замерцал красный огонек. Мальчик кивнул, затем пополз к выходу, а его хозяйка вернулась назад в пещеру.

19

Чувство вины

София всем телом навалилась на железную калитку, ограничивавшую вход на территорию огороженного участка. С жутким грохотом девочке удалось сладить с ней, и под напором калитка повалилась наземь. София мгновенно вскочила на ноги и помчалась, не останавливаясь даже для того, чтобы перевести дыхание. Выбежав на улицу в неизвестном направлении, она интуитивно доверилась своим ногам. Девочка понятия не имела о том, куда она двигалась. Самое главное для нее было бежать как можно дальше от этих мест. На небе светила тусклая луна; если бы не ослепительные фары проезжавших изредка машин, она ничего бы не смогла разглядеть. Пару раз София вздрагивала, услышав сигналы автомобильных клаксонов. Девочка уже ничего не соображала. В конце концов она упала. Продолжая прижимать к себе одной рукой плод, другой она упиралась в асфальт. На большее сил не осталось.

— Лидия, где ты, Лидия?!

Сейчас, как никогда, ей нужны были крылья ее подруги, но самое главное — ей нужна была ее решимость, ее уверенность и даже ее жесткие окрики.

София пришла в себя от визга автомобильных шин по асфальту. Она увидела, как навстречу ей неслись фары.