Белое Солнце - Екатерина Русак

— У меня есть сомнения… — Убебкава медлила, смотря на свои руки. — Альгант Синт ли это?

— Кто же он, по-твоему? — голос Миланы ничем не выдал внутреннего волнения. — Я живу, а Альгант Синт и я — звездная пара. В чем тут возникают сомнения, если это новый виток спирали, повторяющийся по аналогу прошлого?

— Не спеши, — оборвала ее Убебкава. — Ты хорошо помнишь первый бой с гутиями, в котором ты и Нептун вышли победителями?

— Я помню.

— Но ты не знаешь, что это сражение видели и другие люди.

— Конечно, — согласилась Милана, — моя мать и сестра, если не считать Гарат и слуг Нептуна.

«Неужели из них кто-то проговорился»? — с тревогой подумала Милана.

— Не они. Другие люди. Тоже беженцы из Симерк, прятавшиеся от гутиев и случайно ставшие свидетелями боя Нептуна, в котором он остановил Время!

— Он — Альгант! — возразила Милана. — А способности Альгантов слишком велики!

— Возможно! — легко согласилась Убебкава. — А возможно и нет. В книге Авийя-Гекуб сказано: «Время можно остановить самое большое на пять секунд». Больше организм никакого тинийца не выдержит, даже если он и Альгант! Нептун остановил время в четыре-пять раз больше. Разве это не странно? Авийя-Гекуб, когда излагала свои знания, не могла ошибиться. Что на это ты можешь сказать?

Убебкава пристально посмотрела Милане в глаза. Но Милана не отвела взгляда и хранила молчание. Старая Альмаз печально улыбнулась:

— Ты все знаешь, только не хочешь говорить. Понимаю, это не твоя тайна. Скорее всего, не Нептун рассказал тебе, а ты сама догадалась. Это хорошо, значит, ты будешь достойной преемницей на мое место в пси-корпусе. Умение правильно сопоставить события и определить, что не соответствует — важная черта у росски. Не хочешь — не говори! Знай только, я считаю, что Нептун имеет свою миссию, царский трон ему вовсе не нужен. Он не ищет власти. Он ищет в этой жизни что-то другое…

Глава 21

Афродиту к себе подозвавши,

К ней, в стороне от богов остальных, обратилась с речью:

«Милая дочь, не исполнишь ли то, о чем попрошу я?

Или откажешь мне в просьбе».

«Что замышляешь, скажи? Исполнить велит мое сердце,

Если исполнить могу и если исполнить, возможно».

В шатер внезапно вошла Гарат.

Милана увидев ее, смешалась.

— Соли-Соли! — поздоровалась с Гарат Убебкава.

— Соли-Соли! — произнесла Гарат, внимательно рассматривая Альмаз. От взора царицы Альси не укрылся наряд старой хранительницы знаний.

— Не нужно говорить, кто я? — задала вопрос Убебкава.

— Нет, — ответила Гарат, присаживаясь рядом, — я уже догадалась.

— Ты читаешь мысли? — спросила Убебкава.

— Я прочитала только твое имя, которое написано на твоей одежде. Такую одежду носят только последователи Авийя-Гекуб из Высших посвященных. Я стараюсь быть простым человеком и далеко не всегда использую свои возможности. Поэтому, не прибегая к своему дару, могу ли я узнать, о чем вы разговаривали с Миланой, Великая Мать?

— Я не смогу спрятать свои мысли от тебя, Ваша Вечность! — ответила жрица. — Ведь я не Альгантесса. Но я не собираюсь, что-то скрывать, и раз мы тут собрались все трое, то охотно расскажу.

Пси-корпус вычислил, что впереди грядет одна из самых страшных войн на Таэслис. Она продлится сто пятьдесят монколосолан. Она сравнима с войной россов и тинийцев, которая была четыре тысячи лет назад. Это важно знать и понимать. Война будет длительная, она может ослабить наши народы. И пока почти никто не знает об этом! Но мы можем ослабить ее пожар…

Гарат, выслушав Убебкава, подняла брови вверх и заметила:

— Да, эта война уже началась. Но остановить ее невозможно, не можем мы простить гутиев. Моя кара обрушиться на них! Я не пощажу их! Я прикажу казнить всех, кто будет помогать им! Я прикажу залить весь мир кровью! Реки, красные от крови выйдут из берегов! Даже деревья будут сочиться кровью, но мы выстоим и победим!

— Не слишком ли суровая кара ждет народы черной полосы радуги? — вопросила Убебкава.

— Суровая? — вдруг зло рассмеялась Гарат — Я никогда не прощу народ, который осмелился причинить мне зло и боль! А знаешь ли ты, Великая Мать, Убебкава, что я, Альронс Ал-Ма, была варваром-гутием подвергнута насилию?

На несколько мгновений наступила тишина. Милана услышав страшное признание Гарат, открыла рот и застыла так, смотря на царицу Альси.

— Что?! — Убебкава даже задохнулась, крайне разгневанная словами Гарат. — Не ослышалась ли я? Что ты такое произнесла, царица?!

И вдруг страшным голосом она вскричала:

— Это самое страшнейшее святотатство в Солимос, о котором мне пришлось услышать!

— Я рассказываю это потому, что знаю: Сатра давно распустил слух о своем гнусном поступке среди гутиев. Скоро об этом будут шептаться во всех трех государствах… Теперь, скажи, надо ли нам жалеть бедных варваров? — спросила Гарат.

— Нет!!! За такое преступление против Хроноса и Ур-Ана они должны быть наказаны! — глаза Убебкава вспыхнули. — Но как Ур-Ан допустил такое отвратное, богомерзкое деяние, Ваша Вечность?

— Не на все вопросы я знаю ответ, Альмаз…

— До меня дошли слухи об этом, — созналась Убебкава, раскачивая тело, — но я не верила… не хотела верить…

— Не нужно напоминать мне, Убебкава, о моем горе и позоре… Не будем больше об этом говорить, — сказала Гарат и задала вопрос Альмаз:

— Почему ты пришла не ко мне, а к Милане?

— Завтра я хотела встретиться с тобой, царица. К Милане у меня был отдельный разговор, но ты можешь знать, о чем мы беседовали.

Убебкава перешла на Критонос и заговорила, не называя имен:

— Она не все знает и понимает. Но это поправимо. Научится. Я хотела подготовить ее заранее. Ей предстоит не легкое решение.

— Какое? — тоже на Критонос спросила с интересом Гарат.

— Тебе проще прочитать мои мысли, — ответила Альмаз.

— Не хочу! — не согласилась Гарат. — Скажи сама. Я слишком уважаю носителей тайного знания, что бы пользоваться своей силой.

— Эта девушка, которая сидит рядом со мной, будет впоследствии избрана вместо меня. Так решил Совет.

— Допустим, — произнесла в раздумье Гарат. — Что дальше?

— Высшие посвященные хотят видеть ее царицей Таоросс…

Гарат окатила Альмаз удивленным взглядом:

— Не слишком ли это много для нее?

— Нет, — ответила глава пси-корпуса. — Так будет лучше для всех. Все дело в ее муже.

— Почему?

— Потому, что земли Россов ждет великая беда, и они будут очень нуждаться в помощи тинийцев!