Затмение - Ева Райт

прямиком по лестнице. На трясущихся ногах и адреналине я моментально добралась до нижней ступеньки, спрыгнув с нее на землю и, оглянувшись, поняла, что стою в каком-то закоулке между домами. Кажется, сюда скидывают мусор соседние заведения. Засунув отвращение подальше, я преодолела коридор, состоящий из воняющих мусорных контейнеров, и вышла на оживленную улицу. Вход в бар и квартиру был за углом отсюда, поэтому мне все-таки удалось уйти незамеченной. Немного отдышавшись, я направилась подальше от этого места, ровно в другую сторону от бара.

– Эй, мисс! – вдруг я услышала голос позади и зашагала быстрее, надеясь, что адресовано это не мне. – Подождите, мисс!

Голос приблизился, и кто-то с силой дернул меня, заставив остановиться и обернуться. Это был тот самый полицейский, что пару минут назад стоял у входа.

– Что вам нужно? – я с отвращением отпихнула его и попятилась назад.

– Откуда вы вышли? Всего пару минут назад здесь никого не было. Вы вышли из того здания? – он обернулся и указал на бар.

– Я просто мимо проходила! – рыкнула я и развернулась, чтобы уйти, как вдруг он снова схватил меня за руку.

– Стоять!

Вдруг полицейский отпустил меня и медленно опустился на землю. На его месте стоял Джек, держа в руке пистолет, рукояткой вперед. Я уставилась на него ошеломленным взглядом.

– Ты что натворил? – вскрикнула я.

– Спас тебя вообще-то.

– Ты его убил?

– А ты разве слышала выстрел? Просто оглушил, пистолет может и такое, – усмехнулся он, пряча оружие во внутренний карман куртки. – Расслабься, ладно? Нам нужно убираться отсюда и как можно скорее.

Джек схватил меня под руку и посадил в припаркованную недалеко машину. И снова я была в таком ступоре, что даже не нашла в себе сил сопротивляться.

****

– Ну и что это было? – спросила я, как только мы вошли в дом.

– Ты про что именно? Про облаву или свой неудавшийся побег от нее? – он усмехнулся и прошел на кухню. Плеснув себе виски в стакан, он подвинул бутылку в мою сторону.

– Для начала про облаву, – я поплелась следом за ним и взяла бутылку.

– Такое там происходит постоянно, да и в принципе может произойти где угодно, – он отпил из своего стакана и сурово на меня посмотрел, – я же предупреждал тебя.

– То есть, вероятность, что они приходили за мной, можно исключить?

– Да сдалась ты им! Послушай, Эбби, если бы тебя и правда хотели найти, то уже бы нашли. Может это будет звучать слишком жестоко, но я думаю про тебя уже все забыли.

– Да, ты прав. Это и правда звучит жестоко.

– Уж как есть, – смущенно улыбнулся он и снова отпил виски, – я просто хотел сказать, что тебе давно пора успокоиться и жить дальше.

– С этим понятно, но как ты там оказался?

– Рик написал мне. Он беспокоился, что тебе тоже попадет и сказал, что спрятал тебя в квартире. Вот только он не предусмотрел, что ты, взбалмошная и вздорная девчонка, решишь убежать оттуда. Почему было просто не сделать то, что тебе сказали?

– Один из них видел, как Рик повел меня в квартиру. Они как раз собирались обыскивать все остальные помещения, когда я решила подслушать. Если бы я этого не услышала и не убежала они бы нашли меня и тогда…

– …конец и тебе и нашему союзу с Риком. А ты молодец, быстро соображаешь, – он вдруг стал серьезным и, достав еще один стакан, схватил у меня бутылку и налил в него виски, – хватит обнимать бутылку, ее надо пить. Вот так, – он протянул мне стакан, и я тут же его осушила.

– Почему у меня не получается хоть раз отработать без приключений?

– Такая уж у нас работа, – сочувствующе улыбнулся Джек, вновь принявшись за бутылку, – и мы сами ее выбираем.

– А как ты попал к Итану?

Была уже глубокая ночь, но адреналин, полученный за день, все равно не даст уснуть сейчас. Мы сидели на кухне. Только я, Джек и бутылка не самого лучшего виски. Кажется, это было самое подходящее время для откровений.

– О, это не самая приятная история.

– Расскажи.

– Раз ты так настаиваешь, – подлив мне и себе виски, он сел поудобнее и вздохнув, заговорил: – Я родился в богатой семье. Мой отец был крупным бизнесменом, акционером, а еще владельцем сети спортбаров по всему Чикаго, но это для него было больше, как хобби. Мы жили вдвоем в Хинсдейл – это пригород Чикаго для богатых. Моя мать умерла при родах и с тех пор отец с головой ушел в бизнес, чтобы хоть как-то пережить горе. Меня воспитывали няни, все время разные. Отцу было все равно, иногда он мог неделями не появляться дома, но я знал, как ему было тяжело пережить смерть мамы, потому не обижался. У меня было все: шикарный дом, деньги, самые квалифицированные няни.

Он вдруг вспомнил обо мне, когда мне стукнуло десять и то только потому, что осознал – я его единственный наследник. С тех пор он взялся за мое образование и стал готовить меня для передачи своего бизнеса. Поначалу я был не против, я понимал как для него это важно и не сопротивлялся. Ровно до тех пор, пока мне не исполнилось шестнадцать. Тогда я учился в частной школе, ходил на кучу обучающих курсов, а в свободное время помогал отцу в главном офисе, где он обучал меня тонкостям своего бизнеса. В какой-то момент я понял, как я устал от такого ритма жизни, мне просто надоело. Я взбунтовался, стал сбегать из дома, ругался с отцом, тратил его деньги на тусовки, в надежде, что он сам выгонит меня, я даже попробовал наркотики и связался с одной известной бандой из гетто. Отец терпел все мои выходки, видимо потому, что я его единственный ребенок и у него просто не было другого выхода, он все мне прощал. Он даже пытался водить меня к психологу, надеясь, что я изменюсь, одумаюсь. Но я не сдавался, уже тогда я понял, что не хочу быть его тенью, не хочу продолжать его дело – это его жизнь, не моя.

В восемнадцать я окончательно решил все бросить и, поругавшись накануне с отцом, я ушел из дома. Я оставил ему записку, попросив не искать меня. Я уехал в Нью-Йорк, мне казалось тогда, что это единственное место, где я смогу затеряться, где у отца нет власти. А еще, будучи в чикагском гетто, я узнал о человеке по имени Итан Мур, строящем свой бизнес в Нью-Йорке. Он