Голливудская Грязь (ЛП) - Торре Алессандра Р.

Хотела, чтобы ты сделал то, о чём говорил в то утро – попробовал меня на вкус. Чтобы перевернул меня и занял делом свой рот.

О, точно. Это настоящая мина. Зачем я это сказала? А потом… его ответ… он действительно имел это в виду? Что хочет, чтобы я ждала его возвращения в Куинси, и он бы… О боже. Я закрыла лицо ладонями, сжав ноги в тщетной попытке погасить возбуждение.

Я не могу этого сделать. Категорически нет. То, что случилось… было ошибкой. Момент слабости посреди ночи. Я скажу это Коулу, когда он вернётся. Но не в его доме. На съёмочной площадке, в безопасном месте, где не будет ни малейшего шанса, что искушение сможет до меня добраться.

Да. Таков план. Я зарылась лицом в его подушку и – словно безумный сталкер – глубоко вдохнула. Я солгала Коулу по телефону, потому что не спала сначала в спальне на первом этаже. Лишь вошла туда, немного смяла простыни, а затем помчалась вверх по лестнице, страстно желая исследовать любые секреты, которые могли храниться в его спальне. И была разочарована. Никаких тайных любовных писем, спрятанных под матрасом, никакого порно, выложенного стопкой у DVD-плеера. Одежда аккуратно развешана в шкафу и сложена в ящиках. Всё предельно скучно. Тогда я разделась и скользнула под простыни, тёмно-серые, отличающиеся от постельного белья Кирклэндов, материал плотный и дорогой. Я прижала одну из его подушек к груди и заснула, вспоминая наш поцелуй. Его вкус, его пальцы в моих волосах.

Его запах. Я могла бы создать из него ароматическую смесь и стать миллионершей.

ГЛАВА 76

«Большинство успешных людей в Голливуде несостоятельны как личности»

Марлон Брандо

— Что-то изменилось, — Джастин постучал пальцами по подлокотнику кресла и наклонил голову в сторону Коула.

— Да, ты выглядишь как пациент на химиотерапии, — огрызнулся Коул, кивая на голову Джастина. — Разве они не могли оставить тебе немного волос, чтобы прикрыть твою уродливую голову?

— Нет… не во мне, — Джастин наклонился вперёд. — В тебе.

— Меня бросила жена. Я застрял в каком-то Мухосранске в глуши Джорджии. Поживи месяц в Куинси, и тогда я посмотрю, каким сумасшедшим ты будешь выглядеть.

— Я ожидал, что это ты будешь выглядеть сумасшедшим. Или накачанным чем-то вроде наркотиков. Но ты выглядишь… хорошо, — Джастин нахмурился, как будто это было плохо.

— Вовсе нет, — отрезал Коул. И на самом деле ему не было хорошо. Он дважды дрочил этим утром и всё равно был возбуждён, стоило лишь вспомнить о своём звонке Саммер. Просто ему надо было позволить ей забрать Коки к себе домой. Может быть, тогда он смог бы съесть яйца бенедикт без необходимости постоянно поправлять брюки.

Джастин посмотрел на него.

— Честно говоря, я не был уверен, что ты без меня выживешь.

— Теперь, когда я стал более самостоятельным, твоя занятость может значительно уменьшиться, — Коул отмахнулся от предложения официанта принести ещё сока.

Джастин глянул на часы, которые Коул подарил ему на Рождество.

— Хорошо, я терпел целых пятнадцать минут.

Коул поднял глаза, не переставая жевать, и вопросительно поднял брови.

Джастин рассмеялся и широко развёл руками, словно приглашая его излить душу.

Коул сглотнул.

— Поясни, что-то я не понял.

— Саммер.

Лишь одно слово, но оно прекрасно описывало её грёбаную горячую упоительную привлекательность.

— А что с ней? — он бы спросил, откуда Джастин о ней знает, но это было бы пустой тратой времени. В Голливуде ценность помощника прежде всего состояла в трёх вещах: организованность, способность хранить секреты и способность узнавать секреты. У Джастина были навыки ниндзя во всех трёх.

— Насколько серьёзно ты к ней относишься?

— Серьёзно? — выдавил из себя Коул, пытаясь рассмеяться. — Она моя партнёрша. Команда Надии дышит мне в затылок, а этот адвокат-ротвейлер, которого ты мне навязал, грозит оторвать мне яйца, если я хотя бы подумаю о том, чтобы расстегнуть штаны. И сейчас единственное, к чему я отношусь серьёзно, это решение держаться как можно дальше от этой деревенской королевы красоты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Джастин молча откинулся на спинку кресла, не отрывая от него пристального взгляда.

— Один раз, — пробормотал Коул.—– Я трахнул её один раз. И больше это не повторится.

— Поэтому ты каждый день требуешь изменить сценарий? Ты хорошо знаешь этот бизнес, Коул. Твой производственный бюджет растёт быстрее, чем риск Линдси Лохан родить наркозависимого ребёнка.

— Я требую изменить сценарий, потому что это сделает фильм лучше. Увидишь, когда приедешь. Новые сцены принесли результат, и они добавили в фильм дополнительный элемент.

— Порно. Вот тот элемент, который ты добавляешь в фильм. Это был стандартный байопик1. По словам съёмочной группы, вы двое чуть ли не трахаетесь на камеру.

— Чушь собачья, — нахмурился Коул. — Мы только один раз целовались перед камерой.

— Ну, это они мне и говорят. И если они говорят это мне, подумай, что они говорят своим семьям. Таблоиды раскопают всё это дерьмо в течение недели. Не удивлюсь, если это дерьмо появится в ежедневных газетах и взорвёт прайм-тайм.

— Всё делалось на камеру. Если для фильма будет нужно, то я могу на экране наклонить её и оттрахать. И ни ты, ни ДеЛука, ни Надия, ни чёртовы голливудские репортеры ничего не смогут сказать, — Коул раздражённо отодвинул стул.

— Твою мать, — сузил глаза Джастин. — Ты влюбился в эту девушку?

— Боже мой! — всплеснул руками Коул. — Дело совсем не в этом. Речь идет о фильме. Речь идет о том, чтобы моей заднице не было скучно в этой тьмутаракани.

— Нет, — покачал головой Джастин. — Тут другое. Я знаю тебя тринадцать лет. Что-то здесь не так. Может, таким образом ты просто залечиваешь свои раны?

— Нет, — отвёл взгляд Коул. — Я бы так с ней не поступил.

— С кем? С Саммер? Или с Надией?

Взгляд Коула стал жёстким.

— Надия может трахать сама себя.

— Значит, ты не хочешь встречаться с Саммер, потому что боишься причинить ей боль? — Джастин посмотрел в потолок и усмехнулся. — Кто ты такой, чёрт возьми, и что ты сделал с моим лучшим другом? — он улыбнулся Коулу. — Серьёзно. Это тот самый парень, который всего… оу… семь или восемь недель назад лечил свою гордость шведским столом с кисками?

— Пошли, — вздохнул Коул. — Встреча с посредником начнётся в ближайшее время.

Джастин встал, не сводя глаз с Коула, и допил воду.

— Просто поговори со мной. Я знаю, что ты ни с кем не разговариваешь.

— Не о чем говорить, — Коул вытащил бумажник и отсчитал пару купюр. — Это случилось. И закончилось. Всё, что сейчас меня волнует, это фильм.

— Если ты так говоришь, — Джастин похлопал Коула по спине, когда они обходили стол. — А теперь давай прижмём эту суку к ногтю.

Джастин отодвинул штору их кабинки, и они оказались лицом к лицу с чистым бешенством в образе итальянца ростом метр девяносто.

Бреда-мать его-ДеЛуки.

ГЛАВА 77

— Господи… — отступил назад Коул, мужчина смотрел на них так, словно был готов разорвать на части.

— Как ты сюда попал? — Джастин задёрнул штору обратно, не обращая внимания на их неминуемую смерть, и посмотрел в сторону ресторана. — Мы арендовали площадку у бассейна.

— Моя жена только что подружилась с их менеджером. И за тысячу баксов я получил билет в первый ряд на сеанс ваших обнимашек, — Джастин начал было возражать, но ДеЛука повернулся к нему, подняв руку. — Убирайся с глаз долой и дай мне поговорить с клиентом наедине.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Джастин побледнел, перевёл глаза на Коула, тот кивнул.

— Встань снаружи и проследи, чтобы никто и близко сюда не подошёл.

Всё было паршиво. Он припомнил свой разговор с Джастином и в ужасе прикрыл глаза. Раздался шелест шторок, и они остались одни.

— То же самое мог сделать любой папарацци, чтобы попасть сюда, — тихо сказал Брэд, глядя на Коула.