Криминальные истории - Эрл Гарднер

— Да, — промолвил он. — Быстрая работа. Как вы оказались здесь? Ваш клиент позвонил, и вы…

Мейсон сосредоточил свой взгляд на Уоррене.

— Не говорите ни слова, Уоррен. Ни одного слова. Не открывайте рта.

Один из полицейских подошел к Мейсону и начал его отталкивать.

— Проходите, — сказал он. — Здесь произошло убийство.

— Ни слова, — прокричал Мейсон через плечо. Затем сказал полицейскому: — Я его адвокат.

— Мне все равно, кем бы вы ни были, — заявил он. — После оформления дела он будет иметь право обратиться за помощью к адвокату. Тогда вы можете прийти к нему. Но здесь свои вопросы решать вы не можете. Проходите!

Мейсон отошел в сторону, поймал взгляд Уоррена, который слегка кивнул ему головой.

Мейсон пошел к своей машине. Полицейские сели в две машины и умчались.

— Это Трагг из отдела по расследованию убийств?

— Точно, — ответил Мейсон. — Он не прибыл бы сюда, если бы внутри здания не было трупа и не произошло убийство.

— Для охраны места они оставили машину с несколькими полицейскими. Здание похоже на склад. В тыловой части магазин. Выход, очевидно, есть и на другую улицу. Когда к вам прибудет подкрепление, последите за этим местом. Попытайтесь все узнать. Сразу же звоните мне в офис, — сказал Мейсон детективу из бюро Дрейка.

Мейсон подошел к своей машине, сел в нее, вставил ключ в замок зажигания, завел мотор и поехал в свой офис.

Глава XIII

Делла Стрит с удивлением посмотрела на вошедшего Мейсона:

— Что случилось? Как вы добрались туда?

— Добрался и приехал обратно. Сейчас ожидаю телефонного звонка.

Делла вопросительно подняла брови.

— Я думаю, — сказал Мейсон, — скоро позвонит Горас Уоррен. Он попросит меня представлять его при рассмотрении обвинения в убийстве.

— В убийстве! — откликнулась Делла.

— Да, в убийстве, — ответил Мейсон. — Очевидно, он приехал к Гидеону до меня. Он, как и я, наверное, считал, что с шантажистами можно обращаться тремя возможными способами, один из них — убить его.

— Вы имеете в виду, что Уоррен решил убить Гидеона?

— Возможно, Уоррен думал, что он может расправиться с ним, — сказал Мейсон. — И ему это бы, вероятно, удалось, если бы не пожарная команда, которую мы Вызвали.

— О-о! — простонала Делла.

— Он, очевидно, был наедине с Гидеоном. Поспорили. Уоррен убил его, и я не могу особенно осуждать его за это. Затем он услышал сирены пожарных машин и оказался запертым в здании. Они поймали его на месте преступления.

— А что с госпожой Уоррен?

— Она или была в здании до того, как мы подняли пожарных по тревоге, или должна была приехать позднее, когда здание уже находилось под охраной полиции.

Она, естественно, увидела полицейских, все поняла и уехала домой. Сейчас, Делла, вы будете мне нужны. Садитесь в машину и поезжайте к Уорренам. Посмотрите, дома ли госпожа Уоррен. Если дома, передадите ей мои инструкции. Если нет, дождитесь ее возвращения. Скажите ей, чтобы она никому не говорила ни одного слова. Пусть отвечает, что она не вымолвит ни слова, пока не переговорит со своим адвокатом.

— С вами? — спросила Делла.

— Не говорите ей, что со мной, — ответил Мейсон. — Лучше не говорите. Она может просто заявить полиции, что хочет поговорить с адвокатом. Я думаю, что мне придется представлять ее мужа.

— Но если его поймали на месте преступления, — сказала Делла Стрит, — что можно сделать?

— Я не знаю, — ответил Мейсон. — Но Гидеон, несомненно, получил заслуженное.

Зазвонил телефон, Делла сняла трубку:

— Да, Джерти. Господин Мейсон будет разговаривать.

Мейсон снял трубку.

— Да, Уоррен.

— Меня задержали по обвинению в убийстве. Мне сказали, что я имею право позвонить адвокату и…

— Я буду у вас через 15 минут, — сказал Мейсон. — Не говорите им ничего. Вы поняли? Ни одного слова!

— Я все понял.

— Я выезжаю, — сказал Мейсон.

Глава XIV

Мейсон сидел с Уорреном в комнате для адвокатов. Он говорил своему подопечному:

— Говорите шепотом, прямо мне в ухо, мямлите слова. Мне всегда казалось, что эта комната оборудована подслушивающим устройством. Отвечайте на мои вопросы. Это вы взяли деньги из чемоданчика в спальне вашей жены?

— Да.

— Зачем?

— Я знал, что это шантаж, и не хотел, чтобы она передавала эти деньги. Я считал, что, если возьму деньги и вместо них положу газеты, она обнаружит пропажу, придет ко мне и все расскажет.

— Она рассказала?

— Нет.

— А что она сделала?

— Очевидно, она принялась вновь собирать нужную сумму.

— Вам известно, кто готовил для нее западню?

— Да.

— Как давно вы об этом знаете?

— Я знал об этом человеке еще до женитьбы, господин Мейсон. Но она не знает о моей осведомленности, и, если она хочет держать это в секрете, я решил ей помочь в этом.

— Откуда вы узнали?

— От Джадсона Олни.

— А что ему известно?

— Он знает, кто она.

— Откуда?

— Когда я встретил Лорну в Мехико и заинтересовался ею, я заметил, что у нее что-то случилось и это ее очень беспокоит. Она никогда не говорила о своем прошлом, но я видел, что она в панике.

В то время Джадсон Олни работал у меня репортером. Он был моим секретарем и выполнял всю репортерскую работу. Я попросил его все выяснить о Лорне Нили, посадил его в самолет и приказал получить всю информацию.

Сделать это было нетрудно. С одной стороны, она ни в чем не была замешана. Она оказалась невинным орудием в руках опытного мошенника, который вполз ей в душу, завоевал ее доверие, использовал ее лояльное отношение к себе.

— Вы думаете, что эти 47 тысяч она хранила для него?

— Я об этом никогда не думал, пока… пока не узнал, что он выходит из тюрьмы. 47 тысяч оказались в ее чемоданчике.

— Сейчас вы считаете, что она хранила эти деньги?

— Я не знаю.

— Влияет ли это на ваше отношение к своей жене?

— Нет.

— Хорошо. А теперь расскажите, что случилось, — сказал Мейсон. — Помните, говорите шепотом, мямлите прямо мне в ухо.

— Гидеон закругляет свои дела, — сказал Уоррен. — Я думаю, что он позвонил Лорне. Он позвонил Джадсону Олни. Он позвонил мне. Он посадил на крючок каждого. Он сказал, что уезжает из страны и ему нужны деньги.

— А при чем тут Олни? — спросил Мейсон.

— Олни очень лоялен ко мне. Он не знает всего, что происходит, но он страшно боится, что Гидеон будет шантажировать Лорну и вся история может всплыть наружу. Гидеон давил на него не очень сильно — всего 2500 долларов.

— А сколько он требовал у вас?

— Он хотел, чтобы я принес ему 10 тысяч долларов наличными.

— Он сказал вам, кто он такой?

— Да.

— Рассказал он и о своих связях с вашей женой?

— Он все рассказал мне по телефону. Это страшно жестокий человек, Мейсон.

— Логично предположить, что он звонил и вашей жене.

— Я это допускаю.

— Она пошла на встречу с ним с деньгами?

— Мне об этом неизвестно.

— А Олни принес деньги?

— Олни собирал требуемую сумму.

— Вам Олни что-нибудь рассказал?

— Сначала ничего, он пытался собрать деньги. Кассир сказал мне, что Олни хочет получить аванс. Я вызвал его к себе и спросил, в чем дело, и убедился, что это шантаж. Допуская, что Гидеон нажимает на Олни, все это я выложил ему. Он признался, что все именно так и есть, что он пытается защитить меня и Лорну. Этот человек предан нам.

— Вы доверяете ему? — спросил Мейсон. — Считаете, что это просто лояльность?

— Я думаю, что да.

— Что вы ему сказали?

— Я просил его забыть обо всем, сказал, что я сам справлюсь, и поехал туда.

— У вас с собой были деньги?

— Нет, не было. Я знал, что, если начнешь платить, этому не будет конца.

— В отношениях с шантажистом, — сказал Мейсон, — вы или выполняете его требования, или вызываете полицию, или убиваете его. Ведь вы не собирались выплачивать ему деньги? Вы решили прикончить его?

— Нет, господин Мейсон, нет, что вы. Я решил выбрать второй вариант. Предупредить его, что, если он будет настаивать на своих требованиях, я пойду в полицию, обо всем расскажу им, выставлю обвинение в шантаже и вновь засажу его в тюрьму.

— И что он ответил, когда, вы высказали ему все это?

— У него на это не было шансов. Когда я пришел туда, он был мертв.

Мейсон в удивлении поднял брови.

— Знаю, что звучит странно, — ответил Уоррен. — Но он был мертв. Кто-то убил его.

— Вы знаете, как он был убит?

— Очевидно, из револьвера. На столе лежал револьвер.

— Полиция нашла револьвер? — спросил Мейсон.

— Я потерял голову, Мейсон.

— Что за черт! Выражайтесь яснее! Что случилось?