Граница - Татьяна Тихонова

— Ася…

— Клим, у меня карта… — не оставив ему шансов думать, что я ищу его просто так и, показав кусок старой тонкой кожи в зеркало, я посмотрела на него.

Я видела, как Клим, приглядевшись, сначала сильно удивился, а потом, изменившись в лице, встревожено сказал:

— Откуда она у тебя? Тебе нельзя ее у себя держать! — Потом он воскликнул, ткнув в меня указательным пальцем, — ты взяла ее у Прата! Замечательно! Но лучше, пока меня нет в Золотом Устье, оставить ее у него, сейчас же отправляйся с Давой…

— Прата убили, в моем доме что-то искали… Клим, выслушай меня… Темные, трое напали на меня на площади, уже после убийства гоблина, они были там, смешавшись с толпой. Если бы не один гоблин…

— Уже до Золотого Устья добрались, — они карту ищут… Кто же этот расчудесный гоблин? — резко спросил Клим, прищурив глаза, и я вспомнила, как он однажды презрительно отозвался о гоблинах.

— Ерох… Он действительно мне очень помог… — разозлилась я.

— А… этот… Лешак… Знаю. Этот плохого не сделает — тебе… Он уже сказал, что ты — красивая?

Вот черт. По-моему я покраснела, только этого не хватало! Клим расхохотался.

— Вижу, сказал. Не бойся, — он у нас со странностями, любит красивое, для него, — красив, значит, отмечен свыше. Даже у людей картины ворует… Но, Ася, все равно никуда не выходи, я сейчас же лечу с Драко! Вообще будьте осторожны… Здесь происходит что-то нехорошее…Из-под земли лезет всякая дрянь, опять было нападение василиска… Орки, похоже, заключили союз с мрасами, — в лесах около границы стало очень опасно, они, через Перевал Дракона переходят целыми отрядами, много эльфов уже погибло… Приеду — расскажу… И завтра Совет — мне все равно надо возвращаться… Кстати, ты спасаешь меня в очередной раз — мне очень была нужна эта часть карты…

Дождавшись, пока я пообещала, что буду сидеть дома как кукушка, он исчез.

В доме стояла тишина. Дава, видимо, отправилась в лавку за продуктами, Филимон… Ну, Филимон, может быть и занят чем-нибудь, а может и доедает что-нибудь на кухне. Я вышла из своей комнаты. Большое окно, выходящее на конюшню и гостевая комната напротив моей, теперь мне всегда напоминали ночного гостя, небесного эльфа, и его трагическую гибель, хотя мне до сих пор не верилось, что его убила Фея. Постояв немного перед окном, я насторожилась, мне вдруг показалось, что внизу, у двери раздался необычный звук… Нет, не показалось… В тишине дома с перерывом в две-три минуты раздавалось глухое гудение, будто гудел неведомый большой механизм, который методично включали и через некоторое время выключали. Тихо спустившись с лестницы, я приблизилась к входной двустворчатой двери.

Тихо… Ну, вот опять… В этот момент, прямо на моих глазах дверь неизвестной силой втянуло на улицу, но она, выгнувшись и, издав тот самый гудящий звук, который я услышала наверху, вернулась на место. За дверью послышался слабый шорох, и тут я с ужасом увидела, как оконное стекло, жалобно дребезжа, тоже медленно втягивается на улицу…

— Вряд ли выдержит… — заинтересованный голос Филимона вывел меня из ступора.

— Что происходит?!

— Что… что… к тебе в дом лезут!!! Вот и посмотрим, выдержит ли хваленое охранное заклятие…

В этот момент дверь заходила ходуном, задребезжали все стекла в доме… Это продолжалось несколько минут, потом разом все стихло… Я, понимая, что это еще не конец, взбежала наверх в свою комнату, схватив зеркало и вызвав Ероха, подбежала к окну… Внизу никого!!! Пусто! Взглянув краем глаза в зеркало, и увидев гоблина, шагающего по центральной улице Золотого Устья, я перевела взгляд на окно и онемела… через заклятое стекло вниз головой на меня смотрел…, он-то меня не видел, но это же… гоблин! Кругом одни гоблины! Белым днем, это уж совсем наглость!

— Ну, ты меня понял! — бросила я в зеркало, мельком показав кривую рожу в окне.

Конечно, Ерох знает этих идиотов, решивших взломать мой дом посреди дня в поисках карты, только вот, если за ними все-таки кто-то стоит, вспомнив разговор в Погребке, подумала я, тогда… дело принимает темный оборот.

— Дело ясное, что дело темное, — проговорила я вслух, надевая эльфовскую кольчугу.

— Конечно, темное… Куда это ты собралась? Уж, не думаешь ли ты… — затараторил Филимон, следя настороженно за мной глазами, — Ты что-о-о, совсем офонарела!!! — заорал он, путаясь у меня под ногами.

Взяв его за шиворот и, мягко посадив на кровать, я не стала дожидаться, пока дом опять начнет разбухать, пытаясь противостоять заклинанию, и резко открыла окно перед самым носом побагровевшего гоблина. Легонечко полыхнув кольцом, и лишь самую малость проредив ему шевелюру, я воспользовалась его коматозным состоянием и набросила на него паутину, хорошенько шваркнув после этого об стену дома получившийся ровненький кокон… Затянуть в дом его было бы неразумно, и я оставила висеть его между крышей и окном, пока не разберусь, сколько их здесь, и захлопнула плотно окно, — Дава сказала, что, если закрыть все хорошенько, то никто не войдет… А-а, явился!

Большая кошка, быстро свернув с тропинки, летела большими прыжками к дому. Филимон, видя, как я, вытянув шею, смотрю вниз, забыв про кровную обиду, сиганул на подоконник… Но он пропустил, пропустил главное. Рысь уже сидела на загривке у второго бедолаги, прижав его к земле, а когда тот пытался приподнять голову, острые когти вожделенно вонзались в его спину…

Шум внизу заставил меня оглянуться.

— Ася… Ася… ты где? — как-то очень уж быстро пронесся вопль Давы по дому. Откуда она взялась?!

Не успела я подумать, что гномица, похоже, обследует дом в поисках меня прямо на метле, как метла, виртуозно зарулив в комнату, стремительно внесла Даву и чуть не влипла вместе со мной в окно. Расхохотавшись и недолго думая, я уселась позади шумно вздохнувшей с облегчением Давы, мне как раз надо было вниз, и попросила ее напоить меня чаем с ее ватрушкой с мя-я-ясом! Думаю, Ерох на этот раз не откажется. Выскочив с разбегу на улицу, оставив возмущенную всеми последними событиями старую Даву греметь посудой на кухне, я опешила, вокруг не было никого, ни одного гоблина… Как так, то сразу трое, а то ни одного!?

Неожиданно мягкий удар под коленки, заставил меня рухнуть, заваливаясь назад, я не представляла, куда приземлюсь, но, чьи это шуточки — не вопрос. Поэтому, оказавшись на рыжей мягкой спине, я зло буркнула:

— Блин… Гоблин…

Радостный хохот лешака раздался по всему лесу. Оглохнув в раз, я крикнула, спрыгивая с выгнувшейся кошачьей спины:

— Пошли ватрушку есть с мясом… И, так и быть, не мой руки!