Порождения Тьмы - Игорь Марченко

– Пока что все идет как по маслу, – сказал я идущим рядом со мной Краснову и Аксенову. – Здесь не так уж и много систем контроля. Все они сосредоточены на более важных участках. На всякий случай мы подключимся к здешней сети передачи данных и попробуем нейтрализовать часть датчиков. Если повезет, нас не обнаружат, пока для кванторов не станет слишком поздно.

– Аналитики уже занялись этой непростой проблемой, – подсказал старпом. – Все люди проинструктированы и каждый знает свое место. Теперь нам бы немного удачи.

– Хорошая инициатива. Продолжайте и дальше действовать на опережение.

Активировав адаптивный камуфляж, бойцы из моей группы в количестве двадцати девяти человек быстро, без суеты взяли под контроль весь посадочный терминал. Выставив у шатла охрану, мы углубились вглубь станции. Безжизненные коридоры и отсутствие врагов отчасти грели душу, но как показывала практика и печальная статистика прошлых операций, обычно в таких ситуациях теряешь бдительность. Осторожность никогда не бывает лишней.

– Первый и второй коридор… чисто! – доложила разведка ушедшая далеко вперед.

Я приблизительно знал, где мы находимся и куда необходимо двигаться, но меня беспокоило количество кванторов. Точное их количество никогда не разглашалось и являлось секретной информацией. Их могло быть и несколько сотен и несколько десятков тысяч – все зависит от того, скольких Сайрусу удалось привлечь на свою сторону и собрать на "Квантории". Если эта часть станции пуста, значит, нам устроят засаду в главной зале тысячи рас – это был кратчайший и единственный путь к Командному Центру.

Так собственно и получилось – не успели мы дойти до живых изгородей, как отовсюду ударили лучи диатомизаторов. Сражаться вслепую в этом месте было крайне тяжело. Защитники отлично владели тактикой засад и отменно стреляли. Первые шесть человек согласно плану принявшие удар на свои щиты оборонялись отчаянно, пока остальные обходили кванторов с тыла и уничтожали их одного за другим. Я и дюжина бойцов передвигались по самому верхнему уровню, внимательно высматривая внизу цели. Как только один или несколько врагов раскрывали свое местоположение, мы массированны огнем, подавляли огневые точки и добивали выживших. Я постоянно держал связь с остальными отрядами и старался использовать их для ударов по флангам и тылу кванторов. Как ни странно мы отлично придерживались всех своих плана. Это значит наше появление на станции отчасти застало кванторов врасплох.

Ловя в электронный прицел очередную цель, я даже вздрогнул, когда наткнулся взглядом на Сайруса, хладнокровно взирающего на поле боя с неприступной высоты, презрительно скрестивший руки на груди. Он стоял на открытом балконе в гордом одиночестве. Мой палец тут же яростно вдавил гашетку и жал на нее до тех пор, пока зарядная камера жалобно не звякнула – кончился боезапас. Ни один из зарядов не пробил силовое поле балкона, зато я, наконец, обратил на себя его внимание. Прищурив глаза, мы какое-то время молча смотрели друг на друга, пока Сайрус порывисто не развернулся и поспешно не скрылся в открывшейся позади двери.

– Ну, уж нет! Только не в этот раз… – прорычал я, выхватывая из-за пояса ближайшего рейнджера диатомизатор с полным боекомплектом. – Краснов, принимай командование на себя.

Запрыгнув на силовой подъемник, я быстрым движением ладони активировал его. Пока я скользил над Залом Славы, осыпаемый со всех сторон выстрелами из диатомизаторов, дважды успел достать из пистолета нескольких вражеских стрелков. Поравнявшись с балконом, где минуту назад стоял Сайрус, ловко перемахнул через ограждение, окутавшись на мгновение полем. Оно не пропускало энергетические лучи, зато материальные объекты без проблем.

Озираясь по сторонам, переложил пистолет в левую руку, а в правую взял силовой клинок, предусмотрительно захваченный на корабле. Наномашины за микросекунды воссоздавали из рукояти острейшее лезвие и когда нужно так же быстро убирали. Особенностью этого меча была его фантастическая прочность и режущая кромка толщиной всего в несколько атомов. Ему были не страшны поломки и зазубрины – наномашины внимательно следили за его состоянием и при необходимости тут же обновляли структуру до первоначального состояния. О таком оружии можно было только мечтать и оно меня не раз выручало.

Почувствовав шестым чувством угрозу, я уклонился от подлого выстрела в спину, и не глядя, выстрелил в ответ, после чего нанес сокрушительный удар мечом снизу вверх. Взревевший от боли гвардеец-журвег, лишился кистей на обеих руках, но боевого пыла в нем не убавилось. Пересилив боль, он попробовал нанести по мне биотический удар, но пучок энергии разбился в снопе искр о мою выставленную защиту. Я нанес отвлекающий биотический удар в пол силы, после чего оказался рядом с квантором и тут же снова ударил его мечом. Практически не встречая сопротивления, лезвие опустилось на шею. Мощный фонтан оранжевой жидкости ударил напором из перерубленных артерий и густо заляпал мне кинетический скафандр с головы до пят. Обезглавленное тело бешено задергалось и вскоре застыло нелепой куклой.

– Ну и живчик! – удивился я, но уже в следующий миг падал на пол и быстро перекатывался под прикрытие массивной стальной переборки. Веер серебристых молний с едва слышимым свистом дырявил стену у меня над головой, пока у стрелка не закончился боезапас. Выстрелив в хрупкий пульт контроля, под защитой, которой притаился стрелок, я заставил его на мгновение показать свою гнусную физиономию. Этого времени мне хватило. Метнув меч, я попал ему точно в лоб. Перепрыгивая через дергающееся в агонии тело, на ходу выдернул из него клинок.

Загнав в диатомизатор новую энергоячейку, осторожно выглянул из дверного проема. В конце дальнего коридора застыли стальными статуями три неподвижных блестящих тела. Они мгновенно сорвались с места и молниеносно помчались прямо на меня. Я стрелял в них до тех пор, пока они словно шальные носились по стенам и потолку, а потом просто откинул пустой пистолет в сторону и взялся обеими руками за меч. Иссы крайне неохотно пользовались лучевым и любым другим метательным оружием, предпочитая использовать в ближнем бою жуткие когти способные за минуту располосовать в лохмотья даже толстую стальную броню. В предвкушении легкой добычи, самый безрассудный из них медленно крался ко мне по потолку, а двое его собратьев подбирали лапы для одного мощного прыжка. Первого что попробовал атаковать сверху, я попросту разрубил на две равные части еще в полете и ловко увернулся от искрящих кусков. Второй не успел вовремя проанализировать гибель собрата. Его брюхо я качественно вспорол, насладившись изумрудным дымом и веером искр из перерубленных сервоприводов. Третий исс оказался хитрецом и сделал правильные выводы. Он сбежал от меня и мгновенно скрылся за поворотом коридора. Преследовать его было бесполезно и небезопасно. Он уже или забился в щель и только и ждет моего появления. Либо что вероятней всего – заходит в тыл.

– Ну, это уже наглость, дружок. – Процедил я, услышав едва слышимый шорох у себя над головой. Выждав еще немного, я вскочил на перевернутый контейнер из-под жидкого кислорода и по самую рукоять вогнал клинок в органический пластик потолка. Услышав шипение и скрежущий звук перебитой гидравлики, с мрачной усмешкой несколько раз провернул меч в обе стороны и резко потянул вниз. Из щели в потолке повалил зеленоватый дым, потом заискрили молнии, а следом выпал сам исс дергая в воздухе металлическими лапами. Писк заживо горящего внутри машины коротышки здорово поднял мне настроение. Однако расслабляться было рано – его дружки уже могли стягиваться к этому месту отовсюду на призыв сородича.

– Развлекаешься? – раздался у меня в голове насмешливый голос, который я хорошо знал.

Резко обернувшись и направив оружие на нежданного гостя, я встретился взглядом со своим бывшим коллегой, который словно в насмешку над диалектическим материализмом восстал из мертвых. Даймонец Хило, небрежно привалившись плечом к стене, демонстративно держал руки в карманах стандартного черного как ночь боевого скафандра кванторов. Чтобы не возникало никаких вопросов, снял перчатку, часть плечевой брони и молча продемонстрировал тонкий шрам вокруг предплечья. Не иначе за то время, что мы не виделись, отрастил себе новую руку, но шрам остался. Старая рука понятное дело стала сувениром Немиры.

– Ты же сдох, хитрая, протухшая креветка! – пораженно воскликнул я, все еще недоверчиво посматривая на диатомизатор висящий стволом вниз на его плече.

– Я тоже так считал в отношении тебя, безволосый примат, – не остался в долгу напарник, расплывшись в своем подобии улыбки. – Пока случайно не увидел тебя и твоих людей в действии на Дотуме во время того безрассудного штурма посольства наделавшего много шуму. Когда я туда прибыл от консульства остались одни пылающие руины.