Мой космический босс. Уволиться и (не)влюбиться - Ева Арманда

А ещё я знала, что отец Алефа будет нашей головной болью.

Хотя и надеялась, что… кхм — договорюсь.

Я улыбнулась мужчине светло — с открытым сердцем. Всё же это отец моего любимого… И когда я высылала ему приглашение с учётом всех атлантианских заморочек этикета — его секретарь подтвердила мне явку виана Арона предельно вежливо, но тут… ну зачем он делает такое кислое лицо на свадьбе собственного сына?!

Гость стоял перед нами. Все остальные как бы понимающе отступили и занялись своими делами, давая нам возможность поговорить по-семейному…

Или отец Алефа создал купол отторжения и псионическим усилием отогнал других гостей? Вряд ли… это было бы дико невежливо и, кстати — незаконно. Ну да ладно.

— Алеф, — изящные ноздри аристократичного атлантианца-старшего брезгливо дёрнулись, — как это понимать?!

— Ты опоздал на церемонию, отец, — хмыкнул Алеф, — но мы с Элиной счастливы, что ты доехал. И с благодарностью принимает твои поздравления…

— Я тебя не поздравляю! — стукнул рубиновым наксом об пол атлантианец, — это за гранью! Я знал, что не надо было нанимать к себе ассистенткой человечку! Ведь моя секретарша приняла ваше вызывающее приглашение на свадьбу. И так улыбалась, когда сообщала мне об этом, что выбесила просто сверх всякой меры! Она и не в курсе, какое вопиющее оскорбление такой союз наносит нашему древнему роду!

— Отец, — спокойно подал Алеф бокал шампанского разъярённому родственнику, — я скажу один раз и больше повторять не стану…

Виан Арон тяжело на нас уставился, но бокал принял:

— Да что ты, Алеф? Что ты себе позволя…

— Перед тобой моя жена. Мой выбор, отец. Главная женщина в моей жизни… И я совершил восемнадцать должностных преступлений, чтобы получить её расположение. И, если ты сейчас огорчишь мою жену и она потребует развода… я совершу девятнадцатое, чтобы этого избежать. А также у нас будет ребёнок…

— Ну это решаемая проблема, — отмахнулся отец Алефа.

— … и я разделил с ней накса, папа. Моя жена атлантианка побольше, чем некоторые врождённые атлантианцы.

На этих словах отец Алефа закашлялся. А потом на несколько секунд замер с возмущённо распахнутыми глазами и приоткрытым ртом. А потом его губы начали повторять беззвучно: “накс, накс…. как ты мог… накс… отдать человечке накса… совсем уже…”

И Алеф безжалостно продолжил:

— Если хочешь отлучить меня от рода, папа, лишить регалий и титула — уже можно начинать.

— Хватит меня позорить, — зашипел виан Арон, седая прядь выбилась из-за его уха, — женитьба на человечке, дружба со скудоумными хвостатыми шиарийц…

— Отец, — весело перебил Алеф, — выбирай выражения.

Алеф подхватил с фуршетного стола устрицу в раковине и отщёлкал ею, как кастаньетой какой-то диковинный короткий код. Я его не знала… Но сонм шиарийских хвостов гостей защёлкал в ответ, этот же рисунок — видимо, на каком-то рефлексе. И эта сцена явно обескуражила виана Арона!

Я нервно хохотнула: вспомнила, что также можно спровоцировать на клёкот земных индюшек (хах, а фламинго так могут? интересно…)

И у меня совсем исчез настрой напрягаться из-за недовольства отца Алефа. Потому что мой мужчина всё это решит.

— Сколько щёлкающих хвостов ты насчитал, папа?

Виан Арон побледнел.

— Ты понимаешь, насколько ты в меньшинстве здесь, отец? — широко улыбнулся Алеф, — пора тебе уже смотреть на мир… шире. Это, кстати, рекомендовано Союзом. И между прочим именно ты одобрял эти рекомендации от имени Атлантии. Дружба народов на повестке. Так в чём же дело?

— Если бы не генетический конфликт с хвостатыми животн… шиарийцами, — закатил глаза отец Алефа до боли знакомым жестом, — ты бы не остановился на человеке, лишь бы меня опозорить. Да?! У моих потомков были бы щёлкающие хвосты!!!

— Ну ты не расстраивайся, папа, — оскалился Алеф, — наука не стоит на месте. Генетика, иммунология, и, может, у твоих правнуков таки будут шиарийские хвосты. Раз уж это твоя тайная мечта. Как только в семье появится первый хвост — я пришлю тебе уведомление. И официальный опцион от правительства Шиарии — с предложением принять шиарийскую расу по документам. Устроит?

Отец Алефа зарычал не хуже шиарийца.

Наш гость раздавил бокал шампанского в руке, брезгливо стряхнул осколки. Извлёк изящный платок и внутреннего кармана, смахнул капли, окропившие дорогущий пиджак. Платок полетел в траву на осколки.

Отец Алефа процедил сквозь зубы: “совет да любовь”. Развернулся. И зашагал от нас прочь.

Он шёл к ведомственному мобилю на аэроподушке, замершему на подъездной дорожке. Пассажирская дверь нараспашку. И из мобиля навстречу разгневанному отцу Алефа уже неслась симпатичная женщина неопределённого возраста, но на вид не старше тридцати пяти лет. Видимо, та самая секретарша-человек, что неосмотрительно приняла приглашение на свадьбу. Она была красива: вьющиеся каштановые волосы, объёмный бюст (форма ведомства ей явно была мала на размер, но, кажется, её начальника это не раздражало, иначе бы он велел заменить китель… кхем) А ещё у секретарши были огромные добрые глаза медового оттенка. В общем, она казалась полной противоположностью своему склочному виану-начальнику.

Интересно, насколько жёсткий разнос от шефа теперь ждёт бедняжку?

Девушка метнулась к нам, на удивление сохраняя при этом изящество:

— Поздравляю!.. Простите!.. — шепнула девушка и вложила мне в руки подарочную коробку, довольно крупную и в меру тяжёлую. В ней мог лежать небольшой тортик… или…

Секретарша бегом припустила назад, к мобилю, и исчезла в его салоне следом за своим недовольным начальником-тираном. Мобиль шумно сорвался с места, будто это не ведомственный транспорт, а какой-то спорткар. Дрифтуя на непредназначенной для этого дороге — мобиль скрылся из поля зрения.

Мда…

— Мама ушла от отца несколько лет назад, — тихо сказал Алеф, вырывая меня из размышлений — к шиарийцу.

Я ахнула.

— Репродуктивного потенциала у пары атлантианки и шиарийца нет, это верно. Ни братиков, ни сестричек они мне не родят. — задумчиво произнёс Алеф, — но отцу от этого не легче. Брак родителей был договорной, его сердце не разбито. Но он очень… глубоко… оскорбился. И вот. Мы наступили на больную мозоль. Не принимай на свой счёт. Он привыкнет.

Я согласно закивала.

И нашла взглядом маму Алефа.

Чёрные прямые волосы, глубокое тёмно-синее платье с открытой спиной. Она выглядела юной и явилась со светловолосым шиарийцем. Я из вежливости не стала расспрашивать об этом Алефа, а оно вон как оказывается…

Шиариец. Виан Эйлар…

Я так редко встречала шиарийцев без близнеца, что очень хорошо запомнила друга мамы Алефа, а он оказывается… больше чем друг!

— Дружба народов, — выдохнул Алеф мне на ухо, а затем коротко поцеловал в губы, — отец ведь тебя не расстроил?

— Нет, что ты... я понимаю, — шепнула я в ответ.

А