Дракон цвета любви - Галина Дмитриевна Гончарова

– Виола говорит, что тебе не поверит никто из крылатых. Вообще никто. Драконам не нужны доказательства, как в королевском суде. В их глазах ты уже виновен и заслуживаешь сожжения заживо. Медленного, в драконьем огне.

Перспектива Баязету не понравилась.

– Рискнете воевать с Санторином?

– А с Санторином никто воевать и не будет, – оскалилась я. – Просто такого государства не будет на карте. Санторин? Был и нет… и в этом тоже будешь виноват – ты.

– Неужели?

– Конечно.

Рассказать, что именно они вызвали к жизни, было несложно. И ПОДЫТОЖИТЬ:

– Это ты стронул химер с места. И теперь они полезут – сюда. А драконов тут не будет, нет. Даже и не рассчитывай. Думаешь, отобьетесь?

– Справимся. Мы не боимся войны.

– А это будет и не война, – отмахнулась я. – Это будет воронка урагана. И чем дальше, тем больше она будет раскручиваться. Химеры будут ползти на запах горя и боли, а вы их будете убивать. И сами при этом погибать. И будет еще больше горя и боли, и вашего, и жен, и детей… вы же не сможете поместить всех под защиту городских стен, да и что той химере ваши стены? Перевалится или сломает их – и поползет себе дальше.

– И вы этому порадуетесь.

Конечно! Он это начал, а мы виноваты! Шикарная логика! Я вас провоцирую и убиваю, а вы меня защищайте! И вообще, за что меня по морде?

А вот! За все!

– Мы? Ты хотел, чтобы в твоей стране не было драконов, ну их и не будет. Вообще. Драконы могут сражаться с химерами, могут даже пожирать их и не привлекать новых. Они созданы для боя. Они для химер словно бы не существуют. А вот люди… Знаешь, я действительно не буду тебя убивать. Я тебя просто отпущу.

– ЧТО?!

– Конечно. Я тебя просто отпущу, и ты отправишься в столицу и станешь тором. А потом увидишь гибель своей страны и своего народа. Здорово, правда?

– Ты… безумна?

– Здрасте-нате! Оружие придумал ты, химер на людей спустил тоже ты, а безумна я? И почему?

– Ты – женщина. Ты будешь так спокойно смотреть, как погибают женщины, дети…

Я развела руками:

– А что ты мне предлагаешь? Положить всех драконов? Чтобы ты порадовался своему уму и сообразительности? Хотя нет… это не ты придумал, верно? Применение – верю, а вот КАК выманить химер… не ты.

– Санджар, – кивнул вконец замороченный Баязет.

Я быстро переглянулась с Виолой.

Санджар.

Этого имени я еще не слышала. А зря… с таким одаренным человеком надо бы познакомиться поближе.

И притопить поглубже.

– Значит, Санджар. Он проводил опыты на людях?

– Он, да…

– Он приезжал к нам, – тихо сказала Мариса. – Я помню. Такой незаметный, серенький даже…

– Такие опасны умом, – вздохнула я. – А еще хуже, что он не смог просчитать последствия. Он, наверное, думал: вот вызовем химер раз, другой… он же не знал всей картины!

Баязет переводил взгляд с меня на Марису и обратно и понимал, что это не шутки, что все всерьез. Что конец…

Его не разыгрывают, его не пытаются запутать. Мы просто разговариваем между собой, а он… А что – он?

– Каэтана, и что теперь? Санторин погибнет?

– Конечно, – даже удивилась я. – А как ты себе это представляешь? Мы вас защищать не будем, оно нам надо? А сами вы не справитесь. Химеры будут атаковать раз за разом, пока не останется один Баязет на ровном месте. Не знаю, кто это задумал, но он – гений!

– Задумал?

– А разве нет? Дурачку, который мечтал о власти, подсунули такую шикарную приманку – этого Санджара! И Баязет повелся…

Это оказалось последней каплей.

Из Баязета прямо-таки поток хлынул, нам только слушать оставалось. А что, правда, я могу ему сделать?

Пытать?

Не потяну. Не смогу я хладнокровно пытать человека. И девочки не смогут. И драконы.

Драконы не имеют моральных препятствий, но они просто забывают, насколько люди хрупкие. Они Баязета угробят до того, как он согласится на откровенный разговор. Так что пытка отменяется. А вот довести принца до состояния, при котором он сам все вывалит?

Да запросто!

Что-что, а доводить мужчин может каждая женщина, просто некоторые это лучше скрывают.

Вот и вылилось все, только подергай за веревочку.

И про сволочь отца, который совершил два отвратительных преступления. То он не помирает вовремя, то он не понимает, кого из сыновей надо наследником назначить. Сомневается еще, гад! А что, у вас есть сомнения?

Вот уж бред из бреда! Ясно же, что лучше Баязета никого нет!

И про сволочей братцев, которые тоже не помирают.

Сами, в смысле.

Вы себе представляете, сколько стоит заказать убийство? Нет, не просто так, а у профессионала? Чтобы никто и концов не нашел? Это ж разоришься!

И про сволочей ученых!

Этих вообще за ноги вешать надо, потому как ничего не понимают и не умеют!

Его высочество деньги тратит, а Санджар, идиот такой, даже драконов перетравить нормально не смог! Обещания одни!

Химеры?

Ну, хоть что-то у него получилось… но если все и правда так, как ему сейчас сказали… химеры – тоже сволочи! Патентованные!

И санторинцы сволочи, так им и надо!

В общем, тяжко живется бедолаге Баязету. Интересно, у него хоть кто приличный есть?

Нет, судя по воплям, весь мир – сволочь! Хотя виновника проблемы ему бы в зеркале поискать. Но – нет. Повопил, успокоился и дозрел до вопросов:

– Я… ты… скажи, ты можешь помочь?

Я фыркнула:

– Помочь? Чем? Петельку подержать?

О, дошло до жирафа! Только поздно и не по адресу дошло!

– Санджар действительно не мог знать?

– Нет. Не мог. Но проблемы будут у вас, у всех.

Матюги посыпались уже трехэтажные. Что ж, я честно прислушивалась, и услышанное меня порадовало.

Кроме Санджара, Баязет никого не упоминал.

То есть имеем – честолюбивого принца, одна штука. Ученую мразь – тоже одна штука. И исполнителей, которые не при делах и сами половины не знают. То есть их даже ликвидировать не обязательно.

Соратники? Таковых нет, абы кому подобные секреты не доверишь.

Да узнай покойный тор о проделках сыночка, он бы его лично скормил драконам, не поленился бы. Поэтому приходилось бедолажке все делать втихаря, ну а Санджар…

Поищем, найдем и прикончим.

Я переглянулась с Виолой и кивнула Баязету:

– Убирайся.

– Что?!

– Что слышал. Пошел вон, мразь.

– Каэтана, ты уверена? – Ярина смотрела на принца с ярко выраженным отвращением. – Может, прибить проще?

– Я не смогу. – Я развела руками. – Ты – сможешь?