Сила, способная изменить мир: Вера - "Элиза Полуночная"

— Всё в порядке, Аман? — она убрала ужин с костра и закрепила второй котелок с водой, закинув в него чайный сбор.

— А что если демон прав, Искатель? — жрец перевел на неё взгляд своих печальных синих глаз.

— Ты сейчас о чём?

— Если уже слишком поздно… Сколько демонов скверны по всей Акрассии? Какие недуги они принесли в наш мир, помимо фетранийской язвы? Мне страшно об этом думать.

Анью задумчиво вздохнула. Ну вот и надо тебе было слушать бред умирающего демона…

— Знаешь, Аман. Всё, что происходит в этом мире, можно поделить на две категории. Первая — то что мы можем изменить, поэтому нет смысла беспокоиться об этом. А вторая — то что мы не можем изменить, и поэтому об этом бессмысленно беспокоиться.

Аман хлопал глазами, смотря на неё. Очевидно эта простая жизненная мудрость не хотела им постигаться… Анью поднялась, обходя костер и села рядом с ним, едва касаясь мужчины своим плечом и смотря прямо перед собой.

— Не переживай о том, что ещё не случилось. Мы ведь справились и на Закатном перевале и здесь. Мы всё ещё живы — это уже что-то. Как бы трудно ни было, я сдаваться не собираюсь. Ты очень хороший целитель, Аман, а я вполне способный боевой маг. Из нас получилась неплохая команда, что скажешь? — она повернулась к мужчине.

— Вы весьма могущественный боевой маг, я бы сказал. Никогда прежде не встречал никого сильнее, — Аман задумчиво смотрел на неё.

— Видимо силлины не такие частые гости в Артемисе, — она поднялась, возвращаясь к котелку и раскладывая рагу по тарелкам, отдавая одну жрецу. — Я знаю много магов сильнее меня.

— Искатель, а что такое элементальный перекос? — он аккуратно попробовал ужин, очевидно оставшись весьма довольным её кулинарными успехами.

— А у людей его разве не бывает? — его вопрос казался очень странным. — Стихий, как тебе известно, четыре. Но сама по себе магия не имеет цвета и направления, когда находится во внутренем в источнике, — Анью прикоснулась к точке солнечного сплетения, где под кожей и мышцами находился её источник. — Только маг, в момент колдовства, решает, какой она будет. Если слишком много магии одного элемента, то внутренняя гармония теряется и от этого происходит элементальный перекос в ту или иную сторону. Как правило, если сильно не запускать, то магический источник сам приходит к балансу.

— Среди людей стихийные маги тоже есть, но они все владеют лишь одной стихией. И такого, что Вы описали, насколько я знаю, с ними не происходит.

— Человеческое колдовство отличается от магии моего народа. Если получится, нужно купить книги по вашей магии, возможно найду там что-то интересное.

— А разве Вы можете использовать магию людей?

Анью удивленно приподняла одну бровь. А что мне мешает?

— Солар, — с её ладони поднялась в воздух сфера золотистого света. — Хмм, над цветом надо ещё поработать, твои белее.

— Потрясающе! Когда Вы этому научились?

— Только что. Видела, как ты создаешь такие и просто повторила. Дара к светлой магии у меня нет, но что-то простое сделать могу.

Они ещё долго болтали о магии, о её схожести и различиях у разных рас. Снаружи по-прежнему громыхала гроза. До Юдии было ещё три дня пути.

Глава 10. Юдия

I put my armor on, show you how strong I am.

I put my armor on, I'll show you that I am.

I'm unstoppable, I'm a Porsche with no brakes.

I'm invincible, yeah, I win every single game.

I'm so powerful, I don't need batteries to play.

I'm so confident, Yeah, I'm unstoppable today.

Sia — Unstoppable

Аньюриэль.

Аньюриэль с наслаждением вдыхала соленый восточный ветер. Сегодня они должны были покинуть Артемис и наконец-то добраться до соляной пустыни. Кони поднялись на вершину холма, и она увидела вдалеке белесые просторы Соляной пустыни.

— А вот и Юдия! — она перевела взгляд на Амана.

— Да. И станция перекладных о которой я Вам говорил.

Анью фыркнула в ответ и отвернулась. Человеческие порядки казались ей странными.

— Искатель, мы же ещё вчера всё обсудили, — голос жреца приобрел интонацию нравоучения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да, да. Кони арендованные. Их нужно вернуть на станцию перекладных. Я помню это.

Эта система была странная и для неё непонятная. Охтар ей нравился, расставаться с жеребцом не хотелось, они отлично ладили.

— А я ведь могу выкупить Охтара? — она снова посмотрела на Амана.

— Можете, наверное. Но в Юдии коням делать нечего. Соль в пустыне такая ядреная, что разъедает конские копыта вместе с подковами. А я обещал Эдмару, что мы позаботимся о лошадях. На конюшне мы наймем местных скакунов. Кабайцы всё-таки кочевники. Не могут же они странствовать по пустыне пешком.

— Аман, а ты прежде бывал в Юдии?

— Нет, я впервые покидаю пределы Артемиса. Так что при возможности надо будет найти ещё и провожатого, а также того, кто расскажет нам где искать древнюю Кабатию.

Они въехали на территорию поста. Анью плавно соскользнула на землю, чувствуя на себе пристальные взгляды мужчин.

Береги себя, дружок. Возможно ещё свидимся.

Она почесала коня за ухом, Охтар ткнулся ей в макушку на прощание и проследовал за Аманом и Тайфуном на конюшню. Пока жрец решал вопрос с транспортом она проследовала к лоткам торговцев, закупая припасы в дорогу. В человеческой кухне Анью уже весьма сносно разбиралась. Аман вернулся спустя десять минут, когда колдунья уже складывала провизию в сумку. Выглядел жрец расстроенным.

— Проходивший три дня назад торговый караван забрал с конюшни всех верблюдов. Боюсь, нам придется идти пешком до ближайшего поселения кабайцев.

— Пешком, так пешком, — Анью пожала плечами и закинула в сумку сверток с вяленым мясом. — Припасы в дорогу я уже купила. Пошли.

Аман кивнул, покидая территорию заставы, Анью привычно подстроилась под его шаг, идя слева. Под ногами жреца тихо шуршал песок, в лицо дул соленый юдийский ветер.

***

Юдия ей не нравилась. Пейзажи однообразные, вся растительность какая-то пожухлая и колючая, жарко, сухой ветер заносит мелкий соленый песок под одежду. Уже спустя пару часов очень хотелось помыться. А с водой в соляной пустыне было напряженно. Анью методично переставляла ноги, продолжая идти дальше, игнорируя внутреннее недовольство и привычно улыбаясь легкой полуулыбкой. Справа молча шел Аман, ему явно было ещё труднее — он не стал снимать даже плащ. Разговаривать не хотелось. Изредка дорогу им перебегали какие-то крупные насекомые. Солнце уже коснулось своим краем горизонта, а они до сих пор никуда не пришли.

Жрец остановился и достал из кармана мантии карту. Он задумчиво смотрел то на лист бумаги в своих руках, то озирался по сторонам.

— Здесь совсем нет ориентиров… — мужчина выглядел озадаченным.

— Только не говори, что мы заблудились.

— Деревня Црен, если верить карте, должна быть на северо-востоке от той заставы, где мы оставили коней. Мы должны были уже прийти…

Анью пошарила в сумке, доставая компас.

— Держи, — она отдала компас Аману. — Мне он всё равно не нужен.

— Откуда он у Вас? — жрец покрутил компас в поисках севера.

— Выдали, когда вступила в ряды искателей, — она пожала плечами.

Аман посмотрел на неё с осуждением. После чего продолжил задумчиво изучать карту, компас и окрестности. Выражение его лица становилось всё более мрачным.

— Мы заблудились, — он грустно вздохнул. — Компас уже не поможет.

Потрясающая новость!

— Значит останавливаемся на ночлег возле тех скал, — Анью указала рукой на ближайшую группу крупных камней, и первая пошла к ним. За спиной грустно брел Аман.

Колдунья осматривала местность в поисках того, из чего можно было бы разжечь костер. С дровами ситуация оказалось хуже, чем с водой. А Солнце медленно опускалось за линию горизонта, и дневная жара очень быстро уходила. Ночь обещала быть в лучшем случае прохладной. Наплевав на поиски дров, Аньюриэль пальцем начала выводить круг магической печати на утрамбованном песке.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})