И прольется свет - Наталья Рыбкина

То ли книга каким-то образом влияла на Игана, то ли просто устал бояться, но страх чудесным образом ушел. Теперь мужчина не то чтобы стал храбрым до безрассудства, но, по крайней мере, уже не вздрагивал при каждом шорохе.

Надо было выбрать направление, молодой человек закрыл глаза, несколько раз обернулся вокруг себя, поднял веки. На него смотрел седой как лунь старик, но минуту назад его здесь не было. «Наверняка колдун, — подумал Иган. — Причем уродливый».

— А ты был бы красавцем, имея такой горб? — услышал он раздраженное ворчание старика.

— Это ты со мной разговариваешь, — удивленно спросил мужчина. «Не может же он читать мои мысли».

— Могу. Ты прав, Иган, я колдун. Один из самых могущественных колдунов Земли.

— А откуда ты мое имя знаешь. «Если он читает мои мысли, то глупый вопрос».

— На глупые вопросы отвечать нет времени, -отрезал старик. — С минуту на минуту здесь появятся твои вонючие друзья, за ними следуют полузверь и Члерка. Ах, эта Члерка, какой красавицей по молодости была. Глаз не отвести.

— Красавицей? — усомнился Иган. — В последний раз, когда я ее видел, она с красавицей и рядом не лежала.

— Была, была, — томно вздохнул колдун. — А такой как сейчас я ее сделал. А вот и наши друзья быстроногие, пожаловали.

— Будем убегать или ты будешь сражаться? -поинтересовался молодой человек.

— Что за вопрос? Конечно, убегать.

Старик шепнул под нос пару фраз, по-особому дернул ногой, и пропал. Вместе с ним исчез и Иган. Мертвецы остановились, в недоумении потоптались на месте, потом уловили слабый зов откуда-то слева. Дружно развернулись, пошли в нужном направлении.

Тхара с Члеркой подходили к краю леса, когда увидели делегацию мертвецов, идущих обратно в лес. Тхара вздохнула:

— Что за вредное создание этот бывший демон-кот. При жизни бедняг мучил и после смерти продолжает издеваться.

— Из чистого сострадания мог бы сдаться своим жертвам, — поддержала ее Члерка. — Долго они так ходят?

— Будь живыми, уже давно плюнули бы на этого зайца и разошлись. Слушай, душительница, если они идут в обратную сторону, значит вор с книгой там.

— Скорей всего они чувствуют зов.

— Что за зов?

— Точно объяснить не могу, что-то вроде слабого магнита. Он их убил, и жертвы жаждут мести, за свои погубленные души.

— Но они же жертвы, а убиенные не попадают в Вечные Сумерки.

— Убитые демоном попадают, — возразила Члерка. — Вот только понять не могу, как он оказался в противоположной стороне. Вроде обратно не пробегал, а следы ведут к степи.

— И какой же вывод?

— Ему помогли. Чую, без колдовства не обошлось.

— Решено, идем за мстительными мертвецами.

— Только на расстоянии. Не люблю вони.

Они направились за целенаправленно идущими трупами, которые без устали преследовали своего убийцу. Члерка ударилась в воспоминания.

— Когда-то я была красива лицом, статью. Думала внешняя красота важнее всего, любовалась собой.

— Внутренняя красота важнее, — тихо произнесла Тхара.

— После подарка колдуна, это было зеркало, я не смогла вернуться к прежней жизни. Я не смогла оторваться от своего отражения. Колдун, отомстив, практически позабыл обо мне. Лишь изредка я чувствовала на себе его любопытствующий взгляд. Как-то попался на жизненном пути оборотень, от него еще шел странный запах.

— Оборотень-скунс?

— Да, именно он. Все ходил по пятам, вымаливал капельку любви.

— Солнцеликие Боги, так ты та самая Члерка! Из-за тебя я два раза едва не лишилась жизни. Первый раз ты меня едва не задушила, второй -оборотень хотел меня раскормить и съесть.

— Бедный, скунс. Я всегда была страшной эгоисткой. Прости меня, Тхара.

Тхара молча кивнула. Они продолжили преследование.

Между тем убийца комфортно расположился в просторном зале, в одной руке в золотом бокале плескалось красное вино, другая рука бдительно прижимала колдовскую книгу к колену. Сообразительность Игана усиливалась с каждым часом, он чуял, колдун как-то связан с книгой. Недаром хитро поглядывает в его сторону. Ценная видно книжонка, недаром зовется колдовской. Только вот почему колдун не отнимет вожделенную вещицу? Краем уха слышал, что колдовские вещи нельзя отнять у хозяина, нужна добрая воля. Только вот сомнение, он ведь книгу не в подарок получил. Почему жив до сих пор?

— Потому что не украл, — спокойно заметил колдун. Он без труда читал мысли человека. -Как получил-то?

— Хозяйка попросила достать книгу, — воскрешал Иган в памяти недавние события. — Помню, я полез к нише над зеркалом, задел его. Потом мир разлетелся на тысячи осколков, растворился в золотистом тумане. Когда очнулся, в руках была книга.

— И Члерка не попросила отдать свою собственность?

— Н-е-е, вроде не просила.

— Видно совсем поглупела. А раньше-то была колдуньей, которой палец в рот не клади. Откусит. Я даже начал опасаться, что конкуренткой станет. Только, милый, книжечку ты все равно открыть не сможешь. Носить без опаски можешь, хоть спи на ней, но открыть себя книга не позволит.

— Это почему? — Иган попытался открыть книгу, но строптивица не желала поддаваться.

— Потому, то колдовской книгой может воспользоваться только хозяин.

— Значит придется искать Члерку.

— Не придется, — старик торжествующе улыбнулся.

— Но ведь она хозяйка книги? — Иган снисходительно посмотрел на старика. «Съел! Старый маразматик».

— Не такой уж я и старый. Не красней, не красна девица. Повезло тебе, милый, не только Члерка может книжечкой повелевать.

— Но кто еще? Не тяни старик. -Я.

— Но разве может книга иметь двух хозяев? — усомнился молодой мужчина.

— Переплет книжечки конечно сплела Члерка, но содержимое написал я. По доброте душевной подарил девчушке, она тогда еще не потеряла красоту свою писанную.

Иган было протянул колдуну книгу, потом подозрительно посмотрел на него, прижал ее к груди, как ребенка. Насторожили слова о доброте душевной, старик не относился к добрым самаритянам.

— Ага, отдам тебе книгу, а ты меня убьешь.

— Ну что ты, — слащаво протянул колдун, но глаза сказали, человек прав.

— Что же делать? — закручинился Иган.

— Ситуация сложная, — старик чесал затылок, горб ритмично дергался. — Я хочу получить книгу, а ты хочешь остаться в живых.

— Ага.

— Окажись вместе на перекрестке, сказал бы не разойтись. Но! Выход есть. Мы подпишем договор: я получаю колдовскую книгу, ты сохраняешь свою никчемную жизнь.

— Не такая уж она и никчемная. «Были бы силы, разорвал бы гада».

— Я не гад, а колдун, — автоматически поправил старик. — А о каких силах ты говоришь?