Время Тьмы. Источник скверны. - Клёц Евгений

В метре от него за небольшим, так же металлическим столом сидел мужчина, облаченный в обычный серый балахон, без каких бы то ни было знаков высокого сана. Его морщинистое лицо выдавало почтенный возраст, но взгляд темных глаз оставался незамутненным и ясным.

По правую руку от него высилась фигура Севона. Широкоплечий детина, под два метра ростом выглядел очень зловеще. Тем более в длинном кожаном фартуке, надетым поверх балахона. Для каких целей он напялил на себя эту сбрую, понималось очень отчетливо. Моран был достаточно наслышан о дознавателях Храма, в поте лица боровшихся с запрещенной черной магией. Опыта в заплечных делах им было не занимать.

- У нас есть два варианта развития событий, - заговорил Владыка. - Первый состоит в том, что ты нам рассказываешь, где находиться тот маг, что дал тебе амулет, и мы отпускаем тебя на все четыре стороны. Естественно только после того как проверим твои слова.

Моран хмыкнул.

- А второй?

- Я позволю Севону поспрашивать тебя с пристрастием, - в голосе Владыки зазвучала грусть, словно применение силы по отношению к человеку и в самом деле было ему неприятно. - Это вынужденная мера, но в случае твоего отказа необходимая. У нас мало времени.

Моран смерил глазами Севона. Безрадостные перспективы.

- Подумать мне конечно не дадут?

- Разве что минут десять. Поинмаешь… - Владыка вопросительно посмотрел на Морана.

- Моран, - подсказал тот, хотя не сомневался, что Храмовник и без того знает его имя. Просто это была своего рода психологическая игра. Любой его ответ служил своеобразным шагом к положительному диалогу. Но ему плевать было на все эти уловки, и не таких пройдох видали. А вот то, что пока с ним разговаривают, экзекуция не начнется, его вполне устраивало. Сначала пряник, потом кнут. Так стоило подольше продлить время пряников.

- Понимаешь Моран, - продолжил Владыка. - Мы в принципе обойдемся и без твоих показаний. Амулет сам по себе неплохой проводник, так как сила, вложенная в него, до сих пор связана с магом. Но на это потребуется определенное время. А его у нас как я уже сказал не так много.

- А что случилось? Почему такое повышенное внимание к обычному магу? Что он такого сделал? - Моран не скупился на вопросы.

- Пока ничего, но сделает, если его не остановить.

- Вот так-так! Вы судите человека за преступление, которое он даже еще не совершил? - в голосе Морана послышалась издевка.

Севон шевельнул плечом и посмотрел на Владыку. Тот не обратил внимания на этот демарш пленника. Здоровяк расслабился.

- Мы никого не судим. Просто хотим предотвратить.

- Предотвратить что?

- Конец света.

Моран рассмеялся. Он представил себе Винсента в образе губителя мира, карающей дланью извергающий молнии и пепел на головы обреченных людей. Что за бред.

- Вы умный человек, - Моран смотрел на своего собеседника. - Как вы можете во все это верить? Обыкновенный маг, пусть даже и не самый слабый и целый мир, переживший ядерный угар. Вам самому не смешно?

- Не смешно. Можешь думать что хочешь, но это правда, - Храмовник был серьезней некуда. - И потом я не сказал, что он сделает это в одиночку. Просто о других мы пока ничего не знаем. Мир сильно изменился за последнее время. Сегодня становиться возможным то, о чем еще несколько десятилетий назад и мечтать не приходилось. Магия появившаяся в нашем мире обладает огромной мощью, а мы пока как неразумные дети пытаемся заигрывать с ее возможностями, толком ничего не зная о них.

- И как вы хотите его остановить? Убить, изолировать? Ведь пророчество на то и пророчество, чтобы исполниться, хотите вы того или нет.

- Пророчество это один из вариантов возможного развития событий, - парировал Владыка. - Наиболее вероятный вариант, это да, но далеко не единственный.

- Что вы намерены сделать с магом?

- Он останется жив. Это все что я могу тебе сказать, - Храмовник вздохнул. - Ты лучше подумай о тысячах других жизней. Своим молчанием ты ставишь под угрозу невинных людей. Все действительно очень серьезно.

- Серьезно, - согласился Моран. - Вы все серьезно больны, и я в вашей охоте участвовать, не намерен.

- То есть ты отказываешься говорить, где находиться маг?

- Я не ясно выразился?

- Очень жаль. Этим ты ставишь себя в незавидное положение. Отказываясь от сотрудничества, ты становишься соучастником и, обвиняешься в укрывательстве опасного для общества человека. Тем самым, развязывая мне руки, - он повернулся к нетерпеливо переминавшемуся с ноги на ногу детине. - Приступай Севон, благословляю тебя на это богоугодное дело. Да пребудет в свете твоя Душа.

Моран криво оскалился.

- Скоты вы, а не поборники святости.

- Мне жаль твою заблудшую Душу, - прозвучало в ответ.

А потом Севон занялся привычным делом, и Морану стало не до богословских споров.

Худшего места, чем коллекторы под Бэдмонтом, Доган не встречал, пожалуй, нигде в своей жизни. Местами смердящая жижа, состоящая из фекалий, грязных стоков и прочей гадости доходила им с Трэтом до пояса. Несмотря на плотные прорезиненные костюмы, его не покидало ощущение, что каким-то образом мерзость, плавающая вокруг, попадает внутрь, пачкая тело. Вонь стояла несусветная, и если бы не дыхательные аппараты, живыми им из этого ада точно не выбраться.

Лучи наплечных фонарей выхватывали из мрака осклизлые, заросшие какой-то бурой плесенью стены. Иногда Доган успевал заметить неясные тени, скрывающиеся во мраке. Коллекторы были населены, но исследовать местную живность желания не возникало. В таком месте, точно ничто хорошее не заведется.

Трэт уверенно шел вперед. Видимо ему уже не раз приходилось пользоваться этой дорогой. Доган едва поспевал за ним. Каждый шаг приходилось делать с великой осторожностью, так как поскользнуться и упасть в эту зловонную реку совсем не хотелось.

Пропетляв около часа, Трэт, наконец, свернул в неприметный закуток и остановился возле металлической лестницы уходящей вверх. На удивление железные скобы ступеней выглядели совсем свежими, видимо их не так давно меняли.

Трэт знаком показал Догану следовать за ним и ловко, несмотря на свой приличный вес, начал карабкаться к скрытому в темноте люку.

Наверху их уже ждали.

Двое плечистых парней морща носы, задвинули за ними массивную крышку, едва они выбрались на свет божий.

Их встретила маленькая подвальная комнатка, с двумя обшарпанными дверьми. Трэт оставляя грязные следы на полу, сразу подался к одной из них. Доган последовал его примеру.

Второе помещение, куда они попали было еще меньше предыдущего, но зато в нем стояло три душевых кабинки. Трэт не раздеваясь, втиснулся в ближайшую и, выкрутив на полную мощность ручки кранов, принялся яростно оттирать налипшие нечистоты.