Любить Нельзя Забыть (СИ) - Романенко Оксана

Через полчаса они втроём вовсю болтали со счастливыми молодожёнами. Елена сама не понимала, почему так расчувствовалась, разговаривая с лучшей подругой, но в момент боя курантов, не смогла сдержать слёз и расплакалась.

— Ленусь, ты чего?! — вскричала испуганная Анна, которая уже несколько лет не видела её слёз. — Не плачь, родная, а то я тоже разревусь! Ну хочешь, прилетай к нам! Точно! Да, Олег? И Тёмка обрадуется!

Елена замотала головой.

— Нет! Это ваш медовый месяц, я вам мешать не буду!

— Глупости какие! Давай прилетай!

— Нет!

— Ну тогда Рождество все вместе отпразнуем! Обещаю, подруга!

* * *

В начале января Елена вернулась в Москву — работу никто не отменял. Все эти дни у неё из головы не выходил Алексей. С тех пор, как он появился в её жизни — всё перевернулось! Она перестала узнавала себя, перестать понимать себя. Всё чаще и чаще она пребывала в минорном настроении, всё чаще задумывалась о семье, всё чаще вспоминала мужа, — единственного мужчину, который любил её безусловно… И даже, думала о ребёнке, хотя всегда считала себя махровой чайлдфридшей. Но вдруг почему-то она представила себе маленькую девочку с тёмно — карими глазами, как у…

«Да нет, бред какой-то! Мне срочно нужен новый роман, а не ребёнок!»

Но подумав о мужчинах, Елена вздрогнула. С недавних пор, все они, без исключения, вызывали у неё отвращение. Все, кроме одного…

Тем же вечером, она сидела на любимом подоконнике своей спальни с чашкой мятного чая. Вот уж никогда и представить не могла, что настанет то время, когда она превратится в домоседку!

«Никогда не говори никогда, Леночка!»

Лена сделала глоток и посмотрела на автомобильную стоянку, которая располагалась напротив её окна. Её сердце неистово застучало, когда она узнала чёрный JAGUAR, припаркованный между машин жильцов её дома.

«Он здесь! Он приехал! Но зачем, почему?!»

Руки задрожали и она поставила чашку. Вновь посмотрела на стоянку. Несколько секунд спустя, из машины вышел Лекс и принялся постукивать ногой по переднему колесу. Вдруг он вскинул голову, взглядом нашёл её окно и замер, заметив её. Яркое освещение двора, позволяло чётко видеть его лицо, на котором не отражалось абсолютно никаких эмоций.

Она смотрела на него, а он смотрел на неё…

Лекс опустил голову, и резко дёрнув ручку двери, сел обратно в машину. Елену накрыла волна жестокого разочарования.

«Сдался. Эх, ты…»

Но заглушив двигатель, он снова вышел, и пикнув сигналкой, уверенным шагом направился к её подъезду.

Елену затрясло. Она стремительно вскочила с подоконника, и не обратив внимания на разбившуяся чашку, кинулась в ванную комнату, чтобы успеть хоть как — то причесать запутанную гриву волос. Но не успев даже взяться за расчёску, тут же затрезвонил домофон. Елена вздрогнула. Ей показалось, что в этот раз домофон звонил особенно громко, словно уверенная мужская рука, нажавшая кнопку, в стократ усилила громкость. Она открыла подъездную дверь, открыла дверь в квартиру, и вернулась в спальню. Остановившись посреди комнаты, стала ждать…

Она слышала, как открылась и захлопнулась входная дверь. Сердце так бешенно стучало, что казалось, сейчас вылетит из груди. В спальню зашёл Лекс и, близко подойдя к ней, остановился.

Он протянул руку и большим пальцем погладил её нижнюю губу, слегка надавливая.

— Раздевайся! — приказал он полушёпотом.

Его тихий приказ заставил её ещё сильнее задрожать от возбуждения. Не обрывая контакт их глаз, она медленными, чувственными движениями разделась, и легла на кровать. Было Что-то дико эротичное в том, каким вожделённым взглядом, полностью одетый мужчина, смотрит на твоё обнажённое тело.

Быстро скинув с себя одежду, Лекс встал на колени между её раздвинутых длинных ног. Его руки взяли её за бёдра и приподняли, притягивая к себе. Наклонившись, он жадно сосал её грудь, терся об неё уже немного колючей щекой, лизал и покусывал соски. Когда он вошёл в неё, его голова откинулась назад с низким горловым стоном, лицо исказилось сладкой мукой. Казалось, он испытывал боль, мощными толчками продвигаясь в глубь неё, ждал, чтобы её плоть полностью забрала его, а потом отстранялся, чтобы слегка из нее выйти, и так раз за разом, пока её тихие постанывания не переросли в крик.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да, дааа! — закричала она, вцепившись руками в одеяло, когда её накрыли пульсирующие волны оргазма.

Он оставался в ней, пока и его тело не закончило содрогаться. Со стоном он рухнул рядом. Его глаза были закрыты, грудь вздымалась и опадала, словно он долго, долго бежал. Но вскоре, его ладонь накрыла её плоский живот и начала медленно двигаться вверх. Он повернулся набок, чуть прикрыв глаза и провел рукой по её правой груди, слегка сжал её, потер большим пальцем сосок. Опустив голову, он лизнул его…

Через пару часов, лёжа в его объятиях — их тела так и не разомкнулись, — она вспомнила, что ещё давно собиралась готовить ужин.

— Ты голодный?

— Очень! Я всегда голодный, если дело касается тебя, — ответил он, слегка куснув её за плечо.

Елена тихонько засмеялась.

— Поедешь со мной на Рождество в Альпы? — спросил он через какое-то время. — Умеешь кататься на сноуборде?

— Нет. Только на лыжах.

— Я тебя научу. Ну так что, поедешь?!

Елена почувствовала, как внутренне он напрягся, в ожидании ответа, и просто, без раздумий, ответила:

— Поеду.

10

— А ты здорово катаешься! — похвалил её Алексей, когда спускаясь со склона — она на горных лыжах, он — на сноуборде, они вместе достигли основания горы.

— Спасибо! — ответила на комплимент, снимая защитные очки.

— Борд быстро освоишь! Пошли на склон для новичков! Буду тебя учить!

Проведя несколько часов на склоне, Елена более-менее освоила сноуборд, хотя признаться, горные лыжи ей всё же нравились больше, но видя с каким пылким энтузиазмом, а главное, терпением, Лекс обучал её, она, как послушная ученица, выполняла все его наставления.

Собираясь покинуть гору, Лекс присел на корточки, помогая Елене расстёгивать крепления, так как силы у неё были на исходе, как вдруг, откуда ни возьмись, на бешенной скорости, прямо на них мчался потерявший контроль человек. Ещё мгновение — и он врежется в Алексея! В ту же секунду у неё перед глазами возникла картинка из прошлого: автомобиль несущийся на дерево. Она вновь видела это дерево, видела, как они стремительно к нему приближались, видела Вадима, который, секунду спустя, примет на себя весь удар…

Собрав последние силы, она резко оттолкула от себя Лекса, и в тот же миг почувствовала, как сильнейшим ударом её отбросило далеко назад. Она приземлилась на спину, резкая боль пронзила лодыжку.

— Sorry, sorry! — запричитал человек, по вине которого произошло столкновение.

Алексей моментально подскочил к ней, и помогая подняться, взволнованно спросил:

— Как ты?! С тобой всё хорошо?!

— Вроде… Только вот нога…

— Идти можешь?

Она кивнула, но как только наступила на ушибленную ногу, громко застонала.

из-за сильнейшей боли, Елена почти не осозновала, что Лекс обнимает её, прижавшись губами к её виску, почти не чувствовала успокающего поглаживания его рук, почти не слышала тихого мягкого голоса, шептавшего ласковые слова…

Доктор их обрадовал — это был просто сильный ушиб, тем не менее, настоятельно рекомендовал дня три дать ноге полный покой.

— Ну вот! Приехала, называется, покататься! Я скоро завою от безделья! А завтра — Рождество! — с горечью сказала она, когда все прошедшие сутки пришлось провести в постели.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ещё два дня, красотка! Потерпи!

— Терплю…

— А меня тоже терпишь? — с хитрой улыбкой спросил Лекс, ложась рядом с ней поверх одеяла.

— Тобой я наслаждаюсь, — честно призналась она.

Лекс потянулся к ней и нежно поцеловал в губы.

— Я хочу ещё раз сказать тебе спасибо, за то, что спасла меня от удара, хотя ты не должна была этого делать!