Птицы дождя - Кларисса Гоэнаван

по лестнице, я размышлял над предложением Маэды. Профессия учителя нравилась мне больше, чем работа на корпорацию. Я нервничал из-за случившегося ночью, но твердо знал, что больше не повторю такую ошибку.

Прозвенел звонок, когда я открыл дверь класса. Я положил на стол учебные материалы и посмотрел на обращенные ко мне юные лица, такие живые, милые и невинные. Их юношеская энергия вливалась и в меня.

«В конце концов, может, это и неплохая идея?» – подумал я, раскрывая классный журнал.

Мы с Хондой пошли обедать, и я увидел за стойкой администратора в холле незнакомое женское лицо.

– Где же Абе? – спросил Хонда.

– Она взяла три дня и поехала в Осаку на похороны родственника, – ответила женщина. – Я – Ивайя. Буду тут вместо Абе до ее возвращения.

– Очень приятно. Я – Хонда, а это – Ишида.

Женщина повернулась ко мне.

– Господин Ишида?

– Да, – отозвался я.

– Только что звонила какая-то женщина и спрашивала вас, но я ответила ей, что у вас сейчас урок.

Я наморщил лоб. Может, это что-нибудь по делу моей сестры?

– Она назвала себя?

– Она положила трубку, прежде чем я успела спросить об этом, но она перезвонит, когда закончатся уроки.

Я поблагодарил Ивайю за это сообщение, и мы с Хондой вышли из школы.

– Ты ждешь звонка? – спросил Хонда.

– Вообще-то нет, – ответил я.

– Может, ограничимся лапшой быстрого приготовления? Чтобы ты не пропустил звонок?

– Ничего страшного. Не думаю, что я пропущу звонок, если быстро пообедаю.

– Тогда давай зайдем в «Рамэн», это ближе всего.

Но когда через полчаса мы вернулись, Ивайя сообщила, что звонок был пару минут назад.

– Вы узнали имя звонившей? – спросил я.

– К сожалению, нет. Когда я спросила об этом, женщина неожиданно положила трубку. – Ивайя понизила голос. – Вообще-то мне кажется, что она сделала это нарочно.

Я удивился. Сотрудница полиции наверняка назвала бы свое имя. В таком случае, кто бы это мог быть?

Хонда наклонился ко мне и прошептал:

– Может, звонок имеет какое-то отношение к твоей ученице?

– Исключено. Ведь я сказал, что ничего не было. – Я повернулся к Ивайе. – Пожалуйста, позовите меня, когда она позвонит.

– Она сказала, что позвонит еще раз после последнего урока.

Я кивнул и побежал наверх следом за Хондой.

Вскоре начался следующий урок, но у меня не выходил из головы тот телефонный звонок. Я сомневался, что Семь Звезд имела к нему какое-то отношение. Она слишком гордая. И то, что я оттолкнул ее, наверняка остановит ее, удержит от дальнейших попыток. Может, это была моя мать? Вряд ли, у нее не было моего телефона. Я вспомнил про конверт с копиями истории болезни сестры. Может, его прислала та женщина, которая теперь позвонила мне? Кажется, я все время смотрел на часы, висевшие на стене, но надеялся, что учащиеся ничего не замечали. Впрочем, если они и замечали, то никто не сказал мне ни слова.

Наконец прозвенел звонок. Отпустив класс, я помчался в офис, схватил свою сумку и спустился в холл.

– Мне звонили? – спросил я у Ивайи.

– Пока нет, господин Ишида, – ответила она с вежливой улыбкой.

– Могу я подождать?

– Конечно.

Я притащил стул и сел возле телефона.

Учащиеся и преподаватели уже покидали здание. Ко мне подошел Хонда и спросил, подвезти ли меня, но я ответил, что хочу дождаться звонка. Он предложил остаться со мной, но я не хотел его задерживать и сказал, чтобы он ехал домой. Хонда колебался, но ему хотелось посмотреть новый эпизод из его любимого телевизионного шоу, и он сдался.

Вскоре Ивайя сказала, что ей пора уходить. Я продолжал ждать. Вскоре почти все разошлись по домам. Толчея закончилась, в здании стало тихо.

От скуки я начал разглядывать телефон с разных ракурсов. Аппарат был черным, и, кажется, это была более новая модель по сравнению с телефоном в доме Катоу. Я повернул его, чтобы на блестящую поверхность упали лучи солнца. Трубка слегка выцвела, а некоторые цифры совершенно не читались.

Кто-то дотронулся до моего плеча. Я поднял голову и увидел сторожа.

– Простите, но мне надо запирать здание, – сообщил он.

Я взглянул на часы. Как летело время – я прождал непонятный звонок почти два часа.

– Прошу прощения, что задержал вас, – извинился я, схватив свою сумку.

– Не беспокойтесь, – ответил сторож. – Доброй ночи.

Я помог ему опустить рольставни на входной двери и пошел на автобусную остановку. В общем, я напрасно потерял время. Если бы я уехал с Хондой, то сейчас уже лежал бы в постели. Но что сделано, то сделано.

На следующий день после уроков я ждал в холле Хонду.

– Господин Ишида, это вас, – сообщила Ивайя, прикрыв трубку ладонью.

– Спасибо. – Я взял у нее трубку и откашлялся. – Рен Ишида слушает. С кем я говорю, простите?

– Это я, – ответил хрипловатый женский голос.

– Простите, кто?

– Анзу.

– Анзу?

Пауза.

– Ты уже забыл меня?

– Нет, конечно, – солгал я. К счастью, я вспомнил, кто она такая. – Ты была с Каори в Роппонги.

– Да, я рада, что на этот раз ты меня вспомнил.

– Ну, просто… – Я замолчал. Она сказала «на этот раз». Неужели я встречался с ней и раньше? – Я не узнал твой голос, вот и все, – стал оправдываться я. – По телефону он звучит не так.

– Прошло несколько недель. Наверное, ты просто забыл мой голос.

Неужели? Я и не представлял, что прошло столько времени.

– Это ты звонила мне вчера?

– Да, но ты был на уроке. Когда я перезвонила, ты обедал. Непросто тебя поймать. – Помолчав, она вздохнула. – Значит, ты учитель?

До меня не сразу дошло, что кто-то наконец разоблачил треп Дзина. Проклятие, она как-то отыскала меня? Это плохо. Я подыскивал нужные слова. Хотя эту историю заварил Дзин, я тоже был виноват, так как подыгрывал ему в ту ночь.

Ивайя пробормотала, что ей пора уходить.

– Прости, что я тебе лгал, – сказал я, когда она ушла.

– Нет, тебя волнует не то, что ты мне лгал. Тебя волнует, что тебя разоблачили, – поправила Анзу. – А твой болтливый приятель? Он тоже учитель?

– Он еще студент, но только не с юридического. – Я смутно припомнил, что Дзин выбрал бизнес в качестве специализации.

– Что еще?

– Мы из Токио. – Тут я сообразил, что могу выложить свои карты. – Дзин учится в Васэда, а я учился в Кэйо. Сейчас я преподаю в Акакаве в школе экстерна, но это ты уже знаешь.

– Интересно, – равнодушно заметила она.

Последовало долгое, неловкое молчание.

Я понимал, что она чего-то ждала, возможно, объяснения, но я не мог придумать какое-то убедительное оправдание нашего обмана. Я снова кашлянул.

– Мы были ужасными, правда?

– Хорошо, что ты это понимаешь. – Анзу засмеялась.

Я с облегчением вздохнул, поняв, что она с юмором относится к нашей встрече.

– Я обещала позвонить в третий раз, когда у тебя закончатся уроки, но меня позвали на срочный кастинг. Ты ведь не ждал моего звонка, правда?

– Нет, не переживай, – солгал я. – Но как ты ухитрилась узнать этот номер телефона?

Анзу рассмеялась.

– Это секрет. И вообще, дело не в этом. Я позвонила, потому что услышала что-то такое, что может представлять интерес для тебя. Про модель для фотосъемки рук, о которой ты говорил мне.

Про мать Семи Звезд.